Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  |  RSS 2.0  |  Информация авторамВерсия для смартфонов
           Telegram канал ОКО ПЛАНЕТЫ                Регистрация  |  Технические вопросы  |  Помощь  |  Статистика  |  Обратная связь
ОКО ПЛАНЕТЫ
Поиск по сайту:
Авиабилеты и отели
Регистрация на сайте
Авторизация

 
 
 
 
  Напомнить пароль?



Телеграм канал Z-Операция Клеточные концентраты растений от производителя по лучшей цене


Навигация

Реклама

Важные темы


Анализ системной информации

» » » Тур Хейердал. Приключения одной теории

Тур Хейердал. Приключения одной теории


22-06-2009, 09:47 | Файловый архив / Книги | разместил: VP | комментариев: (0) | просмотров: (3 519)
 Гидрометеорологическое издательство. Ленинград - 1969

 

    THOR HEYERDAHL



    INDIANER UND ALT-ASIATEN


IM PAZIFIK DAS ABENTEUER EINER THEORIE

    WOLLZEILEN VERLAG


Перевод Л. ЖДАНОВА

Автор послесловия и комментариев В. БАХТА

Почти на шестьдесят языков переведена замечательная книга Тура
Хейердала "Путешествие на Кон-Тики", со страниц которой в каждый дом
входит одна из интереснейших проблем истории человечества. На
написанные для массового читателя научно-художественные книги
Хейердала неизбежно ограничены рамками жанра. Между тем у
замечательного подвига во имя науки есть свое продолжение.
Исследования Тура Хейердала выходят далеко за рамки того, о чем мы
знаем по изданным книгам.
Новая книга Тура Хейердала восполняет этот пробел. Это сборник
его статей и докладов, как бы подводящий предварительный итог
тридцатилетним исследованиям выдающегося норвежского ученого. Чуть ли
не каждая страница - увлекательное путешествие в прошлое. С
полемическим задором и глубоким знанием вопроса автор рассказывает о
замечательных мореплавателях прошлого, которые покоряли Атлантический
и Тихий океаны на бесхитростных судах, освещает высокоразвитые
культуры древних народов.
Всякий, кто с увлечением прочел "Путешествие на Кон-Тики",
захочет узнать, как Тур Хейердал и его сотрудники продолжали
обосновывать и развивать теорию, ради подтверждения которой шесть
смельчаков в 1947 году вышли на плоту на просторы величайшего из
океанов Земли.



    РЕЧЬ В КОРОЛЕВСКОМ


ГЕОГРАФИЧЕСКОМ ОБЩЕСТВЕ

От имени награжденных медалью Общества - доктора Лики и мистера
Бейкера, а также от своего позвольте выразить самую искреннюю
благодарность сэру Майклу Райту за чрезвычайно любезное и дружеское
приветствие, сделанное по поручению членов Королевского
географического общества, и всему Правлению Общества за высокую честь,
которой мы сегодня удостоены.
Нужно ли говорить, что интерес к нашей деятельности и понимание
того, что мы делаем (приглашение Королевского географического общества
- памятное для нас событие), еще больше воодушевит нас. Мы видим в
этом поддержку нашего стремления вникнуть глубже в вопросы
исторической географии, а также географического происхождения и
миграции человека на суше и на море.
В такой памятный день хочется не только смотреть в будущее, но и
оглянуться на прошлое, чтобы осмыслить, какие внешние причины
побуждали нас идти вперед по путям, которые сегодня свели нас здесь.
Вероятно, внешние стимулы были очень различными, и, конечно, это были
не одни награды и признания. Сочетание одобрения и противодействия -
вот главный двигатель научного поиска. Одобрение - желанная награда,
противодействие - вызов, не позволяющий успокаиваться.
Уверен, среди присутствующих не только я убедился, что одного
успеха мало. Противодействие, возражения, а иногда и поражения
необходимы, чтобы идти к научной истине, расширять пределы
человеческого познания. Конечно, не так-то легко воздать должное
этому, особенно когда в лицо дует свирепый штормовой ветер. Но когда
ветер попутный, как сегодня, мы вполне можем это признать, и пусть
сознание этого помогает и другим исследователям в минуты испытаний и
при встречных ветрах.
Каждый исследователь, вероятно, сталкивался с этим, но разрешите
привести несколько примеров из моего личного опыта. Когда мне в первый
раз представилась приятная возможность выступить в Королевском
географическом обществе, я докладывал об экспедиции, которая родилась
в борьбе с противодействием. Ответом на вызов явился эксперимент.
Сперва я несколько поспешно заявил, что мореплаватели древнего Перу
вышли в Тихий океан и заселили острова Полинезии до того, как туда
прибыли нынешние полинезийцы. Такое заявление было встречено в штыки и
как будто опровергнуто ссылками на авторитетные труды, в которых
утверждалось, что южноамериканские суда не пригодны для мореходства и
не дошли бы даже до островов Галапагос. Таким образом,
противодействие, а не признание вызвало к жизни экспедицию "Кон-Тики",
и она показала, что древние перуанские мореплаватели располагали
замечательным мореходным судном - бальсовым плотом, который отличался
большей плавучестью, надежностью и грузоподъемностью, чем
полинезийские лодки и корабли викингов, хотя уступал им в скорости и
изяществе.
Новое противодействие побудило меня впервые привезти на Галапагос
опытных археологов. Скептики признали мореходные качества бальсового
плота, признали, что аборигены Перу в принципе могли дойти до
Полинезии. И тут же заявили, что южноамериканские аборигены ходили
только вдоль берегов материка, иначе острова Галапагос - ближайший к
континенту океанический архипелаг - были бы открыты и освоены инками
или их предшественниками до прибытия испанцев, то есть до 1535 года. В
ответ на противодействие были начаты первые раскопки на
негостеприимных засушливых островах Галапагос.
На трех островах архипелага были обнаружены четыре доисторические
стоянки, собрано около двух тысяч черепков по меньшей мере ста
тридцати одного сосуда аборигенов, найдены образцы керамики чиму,
инкская глиняная свистулька, кремневые, обсидиановые предметы и др.
Сотрудники Национального музея США, исследовал материал, установили,
что на островах Галапагос много раз бывали приморские жители Эквадора
доинкского периода и Северного Перу, во всяком случае времен культуры
приморская тиауанако. Археология Южной Америки продвинулась на 600
миль в просторы Тихого океана.
Но как могли совершаться многократные плавания на Галапагос, если
экспедиция "Кон-Тики" как будто показала, что бальсовый плот не
способен маневрировать и идти против ветра? Был поставлен новый
эксперимент - построен и спущен на воду у берегов Эквадора еще один
плот с гуарами, хитроумной системой выдвижных досок-килей, которые
попеременно опускают и поднимают между бревнами перед двуногой мачтой
и позади нее. Оказалось, что на таком плоту перуанцы могли идти к
ветру под более острым углом, чем старинные европейские парусники, и
достигать любой точки в океане.
Итак, Тихий океан был доступен для древних мореплавателей из
Южной Америки в такой же мере, как и для выходцев из Азии. Тогда
противники нашей теории выдвинули новое возражение. Остров Пасхи лежит
посредине между Южной Америкой и остальной Полинезией. Почему же он
был заселен в последнюю очередь, а не в первую, если мигранты шли из
Южной Америки? Почему на острове нет никаких следов культуры,
предшествующей нынешней, полинезийской? Почему первооткрыватели
Полинезии не знали гончарства? Чтобы ответить на эти вопросы,
требовались новые полевые исследования. Раскопки и пробы пыльцы из
болот острова Пасхи показали, что первые поселенцы, привезшие с собой
полезные южноамериканские растения, достигли острова по меньшей мере
на тысячу лет раньше, чем считала наука, и что нынешней полинезийской
культуре на острове предшествовал неполинезийский субстрат, во многом
перекликающийся с культурой древнего Перу. В это же время разные
научные учреждения впервые направили в Полинезию археологические
экспедиции; выяснилось, что гончарство было знакомо древнейшему
населению Полинезии.
Таким образом, наши познания о прошлом Полинезии постоянно
развиваются в споре с оппонентами. Лишь когда противодействие
кончится, когда все полинезианисты придут к полному согласию, в этой
области воцарится штиль, наше движение к истине в этом вопросе
прекратится.
Так давайте же сегодня, когда мы вместе празднуем, смело
признаемся себе в том, что мы многим обязаны, как бы парадоксально это
ни звучало, тем, кто бросает нам вызов. А тост я предлагаю за тех, кто
нас поддерживает: ведь это ободряет нас и позволяет нам принять вызов.

    ЛОНДОН


8 июня 1964 года



    ЗАСЕЛЕНИЕ ПОЛИНЕЗИИ



На протяжении двух десятков лет после экспедиции "Кон-Тики"
Хейердал продолжал собирать новые доказательства своей основной
концепции.
Удивительное плавание бальсового плота из Южной Америки в
Полинезию, естественно, привлекло внимание и ученых, и широкой
публики, однако узнали они об этом плавании из популярной книги и из
фильма. Газеты поспешили изобразить Хейердала викингом XX века,
который не только отважился на единоборство с океанской стихией, но и
бросил вызов ведущим кабинетным ученым, заявив, что полинезийцы вышли
из Южной Америки, а не из Юго-Восточной Азии. Мало кто читал его
первую научную статью, напечатанную за шесть лет до экспедиции
"Кон-Тики" в сборнике "Интернейшнл Сайенс" в Нью-Йорке. В ней автор
ясно говорил, что первопоселенцами в Полинезии были люди, приплывшие
на плотах из Южной Америки, потом их поглотила вторая миграционная
волна - выходцы из Азии, плывшие через северную часть Тихого океана.
В обширной монографии "Американские индейцы в Тихом океане"
Хейердал снова и еще более уверенно утверждает, что хотя корни
полинезийского расового и культурного комплекса надо искать в Азии,
путь миграции проходил скорее через северную часть Тихого океана, чем
через Меланезию и Микронезию.
Изложение этих взглядов составило содержание доклада,
прочитанного автором в Пенсильванском университете (Филадельфия).
Доклад был опубликован в Вестнике музея Пенсильванского университета
(т. 4, Э 1, стр. 22-29. 1961).* (*1 Вступления ко всем статьям
принадлежат составителю австрийского (оригинального) издания
профессору Гейдельбергского университета Карлу Еттмару (Прим.
перев.).)

Еще двести лет тому назад широко распространилось мнение, что
полинезийские племена уединенных островов восточной части Тихого
океана - американские индейцы, которых, как и первых европейцев,
занесли туда господствующие восточные ветры и течения. (Вспомним, что
на востоке Тихого океана находится американский берег, на западе -
азиатский.) Начиная с плаваний Магеллана и вплоть до путешествий
капитана Кука во второй половине XVIII века ни одно европейское судно
не могло пробиться из европейских колоний в Индонезии в какую-либо
часть Полинезии. Все без исключения плавания в Южных морях начинались
в течении Гумбольдта и совершались по направлению пассатов, то есть от
Южной Америки на запад, в Полинезию. Чтобы оттуда вернуться в Америку,
приходилось идти сперва на запад до индонезийских вод, а затем по
длинной дуге на север, вдоль берегов Азии; только севернее Гавайских
островов корабль вновь встречал американские берега.
Но вот во времена капитана Кука было обнаружено, что в языке
островитян-полинезийцев и малайских племен есть общие слова и корни. С
той поры стало общепризнанным, что полинезийские неолитические племена
совершили то, что было недоступно европейцам с их парусниками, -
путешествие на восток, из Малайской области в Полинезию.
Веский лингвистический аргумент подкрепляли следующие факты:
полинезийцы разводили кур, свиней, выращивали хлебное дерево, бананы,
сахарный тростник, ямс, таро, они пользовались лодками с балансирами.
Все это бесспорные элементы азиатской культуры, неизвестные в Америке.
Таким образом, этнографически проблема происхождения полинезийцев
решалась как будто просто. Однако в XIX и XX веках, когда антропологи,
археологи и этнологи стали углубляться в изучение полинезийской
проблемы, возникли неодолимые препятствия и глубокие противоречия.
Такие антропологи, как Уоллес (1870 год), Деникер (1900 год), Салливэн
(1923 год), подметили коренные различия между полинезийскими и
малайскими племенами. Оказалось, что полинезийцы резко отличаются от
малайцев ростом, телосложением, формой черепа, носа, у них различная
волосатость лица и тела, иное строение волоса, несхожи глаза, цвет
кожи. А современные исследования состава крови, выполненные
Мельбурнской лабораторией, показывают, что полинезийцы не могут быть
прямыми потомками малайских племен или племен из Юго-Восточной Азии -
слишком велико различие в наследуемых факторах крови.
В декабре 1955 года "Американский журнал физической антропологии"
опубликовал совместный отчет виднейших английских серологов (Симмонса,
Грейдона, Семпла и Фрая), которые пришли к заключению: "Существует
тесное кровное генетическое родство между американскими индейцами и
полинезийцами; такое родство не отмечается при сравнении крови
полинезийцев с кровью меланезийцев, микронезийцев и индонезийцев,
исключая пограничные зоны, где они непосредственно соприкасаются". (I)
Следов протополинезийской культуры и физического типа в Малайской
области, как ни искали археологи и этнологи, найти не удалось. Зато
они независимо друг от друга обнаружили важные факторы, опровергающие
возможность распространения полинезийской культуры из малайского
центра. Сравнительную однородность своеобразной полинезийской культуры
от Гавайских островов на севере до Новой Зеландии на юге, от Самоа до
острова Пасхи можно объяснить только тем, что она развилась в этом
районе еще до распространения в восточной части Тихого океана. Это же
свидетельствует о сравнительно недавнем переселении и распространении
полинезийских племен на обширной площади. Специалисты полагают, что
последняя крупная волна переселенцев достигла Полинезии в XII веке.
Однако ни в Индонезии, ни на Микронезийско-Меланезнйских
островах, отделяющих ее от Полинезии, не найдено ни одного из
характерных полинезийских орудий. Исключение составляет, пожалуй,
определенный тип каменных тесел на севере Филиппинских островов, да и
то они вышли там из употребления и уступили место другим орудиям за
две с лишним тысячи лет до последней миграции полинезийцев. Железо с
полуострова Малакка распространилось через Борнео и Яву около 200 года
до нашей эры; между тем в Полинезии металлы были совсем неизвестны.
Не менее важен тот факт, что ни одно полинезийское племя не знало
ни ткацкого, ни гончарного ремесла. А это два очень существенных
признака распространения культуры, с которыми поневоле нужно
считаться. Ведь керамика и ткацкий станок были широко
распространенными культурными элементами почти во всех прилегающих к
Тихому океану областях и прочно утвердились в Индонезии задолго до
нашей эры. О колесе, издревле известном и имевшем столь огромное
значение в Старом Свете, также не знали в Полинезии, несмотря на
существование мощеных дорог. Жевание бетеля (точнее, орехов бетеля с
известью) - характерная черта индонезийской культуры,
распространившаяся на восток до Меланезии включительно, - исчезает на
границе Полинезии; зато здесь начинается ритуальное потребление
напитка кава, которого в Индонезии не знают. (Кава - напиток из корней
дикого перца Piper methysticum; корни разжевывали, полученную кашицу
разбавляли водой и процеживали.) Пальмового вина, издавна широко
распространенного в Индонезии, у полинезийцев не было, как, впрочем, и
других алкогольных напитков, пока их не завезли европейцы. Струнные
музыкальные инструменты, всемирным центром эволюции которых были Азия
и Индонезия, у полинезийцев отсутствовали, хотя музыку они любили. Лук
и стрелы как боевое оружие внезапно исчезают на границе Меланезии и
Полинезии.
В 1955 году шведский этнограф Анелл пытался, сопоставляя
рыболовные принадлежности, найти в Малайском архипелаге истоки
миграции полинезийцев, но и он по обнаружил общих черт. Анелл делает
вывод, что рыболовные навыки полинезийцев связаны не с Малайей, а с
более северной культурой, которая развилась в Северо-Восточной Азии
(включая Японию), откуда ее влияние распространилось на Северную и
Южную Америку, а также на острова Полинезии и Микронезии.
Недаром в 1923 году виднейший американский полинезианист Салливэн
в критическом обзоре господствовавших теорий происхождения
полинезийцев, а в 1939 году и английский этнограф Вильямсон заключили,
что нет и двух совпадающих теорий и что исследователи находятся в
полном недоумении относительно центра происхождения полинезийского
народа и путей его миграции. Когда автор настоящего обзора довел его
до 1952 года, оказалось, что более тридцати ученых, пытаясь доказать
недавний исход полинезийских племен из Старого Света, опубликовали
тридцать с лишним различных и взаимоисключающих теорий.
Большинство ученых предполагали, что в Полинезию в разное время
прибыли независимо друг от друга две (некоторые говорили - три)
народности с различной культурой. При этом все опирались на
малайско-полинезийское лингвистическое родство. Но так как физическое
родство полинезийцев и малайцев исключалось, а лингвистическое
сходство было неопределенным и случайным (различные корни
обнаруживались в языках разных малайских племен, живущих далеко друг
от друга), то для догадок открывался неограниченный простор. Поэтому
позднейшие исследователи вместо Индонезии обратились к Азиатскому
материку. Языковые признаки, бесспорно, говорят о том, что некогда
существовал какой-то контакт между праполинезийцами и прамалайцами,
однако сомнительно, что предки полинезийцев когда-либо обитали в
Малайской области. И ведь малайцы, как и полинезийцы, не исконные
жители населяемых ими ныне островов. Они, безусловно, прибыли на
архипелаг с материка, находящегося поблизости, и первичная связь между
малайцами и полинезийцами, наверно, предшествовала этому
географическому перемещению.
Вследствие явной зыбкости и противоречивости
малайско-полинезийской теории необходимо было проверить ценность
аргументов, доказывающих исход полинезийцев из Индонезии, таких, как
балансир (балансир сочетался с приспособлениями, которые придавали
лодкам устойчивость на бурных реках Юго-Восточной Азии) и столь часто
упоминаемые домашние животные и культурные растения. Результат был по
меньшей мере неожиданным.
Выдающийся полинезианист сэр Питер Бак (Те Ранги Хироа),
сторонник малайско-полинезийской теории, еще в 1938 году показал, что
ранние поселенцы в Полинезии не знали ни одного из интересующих нас
индонезийских растений, когда достигли своих нынешних мест обитания в
восточной части Тихого океана. Он выяснил, что такие важные пищевые
культуры Старого Света, как хлебное дерево, банан, ямс и таро (лучшие
сорта), не были завезены с запада полинезийцами. Их доставили в
Полинезию из Индонезии и с Новой Гвинеи давние обитатели промежуточной
области - меланезийцы. А уже на островах Фиджи, являющихся их крайним
восточным форпостом, приплывавшие с востока полинезийцы обнаружили
растения индонезийского происхождения. Бак считал, что гости из
Полинезии прибывали через атоллы Микронезии, где названные растения
тоже не были известны.

(pic 1) Кроме показанных здесь двух основных экспедиций, Хейердал
побывал в 1937 году на Маркизских островах, в 1953 году на островах
Галапагос, много путешествовал вдоль побережья Центральной и Южной
Америки.

Мы знаем, что свинья и курица также не были известны первым
обитателям Полинезии, пока, как указывает Бак, их не ввезли с островов
Фиджи, и это отражено в устных преданиях. Этим можно объяснить также
неожиданное отсутствие таких животных у многочисленных племен маори.
Они приплывали в Новую Зеландию из собственно Полинезии, но оказались
изолированными от населения остальных островов после XIV века, то есть
до того, как там стали известны свинья и курица. Племена маори (а
также мориори на островах Чатем), рано оторвавшиеся от своего ствола в
собственно Полинезии, оказались единственными хранителями чисто
полинезийской культуры, существовавшей до XIV века, в то время как
между остальными полинезийскими племенами сохранились межостровные
контакты и между ними продолжалась торговля вплоть до появления
европейцев. Примечательно, что ко времени прибытия европейцев ни одно
племя маори или мориори еще не знало балансира - этого гениального
изобретения, придающего устойчивость дощатым лодкам.
В остальной части Полинезии уже распространились с соседних
островов Фиджи свинья, курица и меланезийские культурные растения;
повсеместно был освоен и балансир. Отметим, что полинезийцы знали
именно о меланезийском типе одинарного балансира. Двойной балансир,
применяемый в Индонезии, до Полинезии не дошел.
Словом, критическое рассмотрение немногочисленных аргументов из
области материальной культуры, которые призваны были подкрепить
лингвистические свидетельства происхождения полинезийцев из Индонезии,
показывает их неосновательность и обманчивость. Их, наоборот,
приходится отнести к числу негативных свидетельств, когда задаешься
вопросом, как полинезийские иммигранты могли прибыть из Индонезии,
пересечь "буферную" меланезийскую территорию и осесть в восточной
части Тихого океана, ничего не узнав об одинарном или двойном
балансире, но узнав о свинье и курице.
Лингвистами и археологами ныне установлено, что все следы
полинезийского поселения в Меланезии и Микронезии связаны с прибытием
полинезийцев с востока - из собственно Полинезии, а не с запада - из
Индонезии. Поневоле возникает вопрос: могли ли открытые индонезийские
лодки неолитического типа вплоть до XVIII века конкурировать с
европейскими кораблями, против ветра и течений пройти 6000 километров
по враждебной территории Микронезии или Австрало-Меланезии, не оставив
при этом там никаких следов?!
Выдающийся мореплаватель Бишоп три года подряд пытался провести
азиатскую джонку в восточном направлении, чтобы повторить
предполагаемые ранние индонезийские плавания в Полинезию. Еще до
Микронезии его всякий раз отгоняло назад. В конце концов он сдался и в
1939 году справедливо заявил, что такая миграции была неосуществима.
Что же в действительности могло произойти с примитивным
суденышком, которое без карты выходило на просторы Филиппинского моря
в поисках новых земель? Его подхватывало течение Куросио и увлекало к
Северо-Западной Америке. У берегов Аляски - Канады ветвь течения
сворачивает прямо к Гавайским островам. Мы знаем немало случаев, когда
уже в более поздние времена течение Куросио приносило людей к
Северо-Западной Америке. Кроме того, известно, что в период первых
европейских открытий в Тихом океане жители Гавайских островов делали
свои самые большие лодки из плавника с северо-западного побережья
Америки.
Плавание на простейших судах из Индонезии в Полинезию было
возможно только по начертанной стихиями естественной дуге - через
северную часть Тихого океана с дальнейшим поворотом к Гавайским
островам. Стоит принять этот простой факт, как исчезают все проблемы.
Отпадают навигационные препятствия. Суда идут в обход простершейся на
6000 километров враждебной области Микронезии и Меланезии и попадают в
нее лишь с противоположной стороны. Если считать острова
Северо-Западной Америки (например, острова Ванкувер и Королевы
Шарлотты, архипелаг Александра) трамплином, то становится вполне
понятным, почему полинезийским племенам не было известно гончарное
искусство. Вдоль всего северо-западного побережья (оно стало
конкретным понятием в американской этнографии) гончарства не знали
вплоть до прихода европейцев, в отличие почти от всех других областей,
окаймляющих Тихий океан.
Приморские племена этого уединенного района (например, квакиутли
на острове Ванкувер, хайда на островах Королевы Шарлотты) пользовались
выложенной камнями земляной печью; точно такую же печь мы видим у всех
полинезийских племен. Отсутствие у полинезийцев ткацкого станка тоже
можно понять: острова Северо-Запада - одна из немногочисленных
областей вокруг Тихого океана, где его не знали до исторических
времен. Незнакомые с ткачеством приморские жители Северо-Запада
вырезали из дерева и кости кита грубые колотушки, такие же, какими
пользовались во всей Полинезии, и делали одежду из размягченного этими
колотушками вымоченного луба определенных деревьев. Плащи
новозеландских маори, не знавших тропических деревьев, из которых
обычно изготовляли тапу, так сильно напоминают лубяные плащи индейцев
северо-западного побережья, что даже опытные исследователи не сразу их
различают. (Тапа - полинезийская материя, делалась из луба бумажной
шелковицы Broussonetia papyrifera.)
Огромный разрыв в хронологии между концом неолита Индонезии и
заселением Полинезии тоже легко перекрывается трамплином на
Северо-Западе, где культура оставалась неолитической вплоть до прихода
европейцев и где основным орудием труда, как и во всей Полинезии, был
не топор, а тесло, насаженное на одинаковую для обеих областей
коленчатую рукоятку. Одно из наиболее типичных для Полинезии тесел
археологи обнаружили на побережье Северо-Западной Америки. Здесь
находят варианты и других полинезийских изделий, которых нет в
Юго-Восточной Азии, - своеобразные каменные колотушки в форме
колокола, латинских букв D и Т, развившиеся на месте из пестов, а
также характерные палицы типа пату и мере из полированного камня или
китовой кости (по классификации полинезийских боевых палиц,
разработанной несколькими исследователями, в том числе Баком, мере -
короткая, плоская палица с утолщенной рукояткой).
Как и в Полинезии, здесь отсутствовал боевой лук со стрелами. Не
было струнных инструментов; в обеих областях их заменяли барабаны,
погремушки и духовые инструменты. Некоторые резные антропоморфные
флейты настолько схожи у маори и северо-западных племен, что могут
показаться сделанными одной рукой. Большие деревянные каноэ (основа
чисто морской культуры племен северо-западного побережья Америки)
перевозили до ста человек, и ранние путешественники отмечали
поразительное сходство их с маорийскими военными каноэ. Как и в
Полинезии, на Северо-Западе для плавания в открытом море иногда
связывали вместе две лодки и накрывали общей дощатой палубой.
Кроме того, что суда в этих двух областях схожи по форме,
размерам, способу соединения бортовых досок, отдельному изготовлению
носа и кормы, увенчанных головами на лебединых шеях, совпадали даже
обычаи их владельцев. Так, у некоторых племен маори и племен, живущих
на Северо-Западе, было принято при подходе к берегу разворачивать
боевые суда кормой вперед, ибо только богам полагалось причаливать
носом.
Все эти, казалось бы, неожиданные и, однако, несомненные
параллели и совпадения в культуре племен, населяющих прибрежные
архипелаги Северо-Западной Америки и далекую Полинезию, неоднократно
отмечались ранними путешественниками и современными этнографами.
Отмечались и многие другие поразительные аналогии: от составного
деревянного рыболовного крючка до резных деревянных столбов и дощатых
домов с двухскатной крышей, в которые входили между расставленными
ногами тотемного столба.
Этнограф Диксон подчеркивал в 1933 году, что Кук, Ванкувер и
другие ранние путешественники, знакомясь с указанными областями Тихого
океана, были поражены сходством культуры в этих районах. Те самые
мореплаватели, которые обнаружили лингвистическое родство Полинезии и
Индонезии, установили, что аналоги материальной культуры полинезийцев
сосредоточены на побережье Северо-Западной Америки. Столь же
примечательно сходство социального строя, обычаев и верований, также
многократно отмеченное в литературе.
Привлекая внимание к архипелагу в северной части Тихого океана
(севернее Гавайских островов) как к логическому трамплину на пути из
Восточной Азии в Полинезию, мы не оспариваем прежних предположений о
родине последних полинезийских иммигрантов, а лишь предлагаем новый
вариант пути иммигрантов. Лингвистическое родство остается в
неприкосновенности. До сих пор не выдвинуто никаких лингвистических
аргументов, привязывающих полинезийских переселенцев к меланезийскому
или микронезийскому маршруту. С точки зрения языкознания возможен
любой географический трамплин. Правда, пока нет прямых указаний на то,
что через архипелаг у северо-западного побережья Америки прошел
какой-либо протомалайский язык. Но нельзя забывать, что (в отличие от
изолированных в Океании полинезийских племен) язык жителей прибрежных
островов Северо-Западной Америки, после того как они прибыли сюда из
Азии, развивался.
Это можно подтвердить тем, что все здешние племена - квакиутли,
хайда, сэлиши, цимшиены, тлинкиты и нутка, несмотря на тесное расовое
и культурное родство, говорят на разных наречиях. Возможно, именно это
расхождение - причина того, что современные исследователи не
предпринимают серьезных попыток отыскать древнее родство языков
Северо-Запада, с одной стороны, и малайских или полинезийских племен -
с другой. Правда, в конце девяностых годов прошлого века кое-что было
сделано.
Английский лингвист Кемпбелл в 1897-1898 годах высказывал мнение,
что язык хайда на островах Королевы Шарлотты с таким же основанием,
как полинезийский, следует отнести к океанийской семье. Он считал, что
язык хайда развился на основе языка иммигрантов из области Южных
морей. На рубеже XX века канадский профессор Хилл-Тут опубликовал
лингвистическое исследование, озаглавленное "Океанийское происхождение
квакиутлей. нутка и сэлишей Британской Колумбии...". Он доказывал, что
языки этих племен Северо-Запада производят впечатление остатков
некогда единого языка, который был родствен языку современных
полинезийцев. Его труды заслуживают внимания; вообще всю эту проблему
нужно снова основательно изучить.
На следующий, возможно главный, вопрос: не позволяет ли нам
физическая антропология считать племена Северо-Запада недостающим
звеном в цепи между физически отличающимися друг от друга
индонезийцами и полинезийцами? - можно ответить утвердительно. Все
признаки, резко отличающие полинезийцев от индонезийских народов, -
рост, телосложение, форма головы, носа, строение волоса, волосатость
лица и тела, пигментация - удивительно совпадают с типичными чертами
хайда и квакиутлей, населяющих южно-центральный архипелаг у
северо-западного побережья. И уже в последние годы к числу наиболее
веских аргументов в пользу генетического родства жителей Полинезии и
Северо-Западной Америки присоединились факторы крови.
В обеих областях почти отсутствует преобладающий в Индонезии
фактор В, высок фактор О и поразительно высок фактор А. Отсутствие
фактора В можно истолковать как признак того, что общий центр, из
которого распространились малайцы, индейцы американского Северо-Запада
и полинезийцы, находился где-то на северном побережье Восточной Азии и
что малайцы приобрели доминирующий ген В уже после того, как
обосновались в своей нынешней области.
В статье "Группы крови у полинезийцев" (1952 год) доктор Грейдон,
видный австралийский авторитет в этой области, проверил наше
предположение о родстве полинезийцев с индейцами Северо-Запада,
исследуя для этого и другие факторы крови. Он обнаружил, что кровь
полинезийцев и северо-западных индейцев и по другим признакам
"поразительно схожа". И она же "явно отличается" от крови индонезийцев
и микронезийцев. Он заключил: "Серологические данные, представленные в
настоящей статье, говорят в пользу полинезийско-амернканского родства,
и возможно, что заселение островов Полинезии в большой мере
происходило волнами из континентальной Америки".
Позднее (1954 год) видный британский серолог Муран в своей
монографии "Распределение групп крови человека" сделал следующий
вывод: "Таким образом, наблюдения над факторами групп крови - ABO, MNS
и Rh - согласуются с теорией Хейердала". Могу добавить, что после
года, проведенного в Юго-Восточной Полинезии, я несколько месяцев жил
среди сэлишей и квакиутлей Северо-Запада и наблюдал удивительное
физическое сходство индейцев с полинезийцами. В долине Белла-Кула
(центральное приморье Британской Колумбии) со мной происходили
курьезные случаи: я на каждом шагу "встречал" лиц, с которыми был
знаком на островах Южных морей.
Подводя итог, высказываю предположение, что восточноазиатский
элемент в полинезийской расе и культуре проник в Полинезийскую область
через Гавайские острова, причем северо-западное побережье Америки
следует рассматривать как наиболее логичный, возможный и даже
необходимый трамплин.

Однако ни в Индонезии, ни в Северо-Западной Америке, ни отдельно,
ни вместе, не удалось найти достаточно убедительного объяснения всей
полинезийской островной культуры. Большинство этнографов полагают, что
полинезийская раса и культура состоят из двух (некоторые говорят - из
трех) компонентов. В большей части Полинезии, особенно на Пасхе, на
этом уединенном, ближе всех расположенном к Перу острове,
обнаруживаются многочисленные признаки иного расового и культурного
субстрата. Поэтому, согласно второму пункту моей гипотезы, предки
нынешнего населения Полинезии, прибывшие туда в начале второго
тысячелетия, не были первооткрывателями этих островов - их опередили
мореплаватели андского происхождения. С ними связывают особую
мегалитическую кладку и антропоморфные каменные изваяния на ближайших
к Америке окраинных островах, появление маорийско-полинезийской
собаки, распространение в Полинезии 26-хромосомного культурного
американского хлопчатника, а также батата, бутылочной тыквы и ряда
других американских элементов в полинезийской флоре, в том числе
пресноводного камыша тотора на острове Пасхи и чилийского перца,
который встречали в Полинезии европейские мореплаватели.
Многочисленные элементы полинезийской культуры восходят к этому
южноамериканскому субстрату, который повлиял даже на окраину
Меланезии. Ярким примером служит неизвестное в Южной и Восточной Азии
искусство трепанации черепа, а также типично ритуальное потребление
напитка кава с ферментом слюнных желез, распространившееся из
Центральной и Южной Америки по всей Полинезии вплоть до ее западной
окраины; здесь наряду с этим обычаем существует азиатский обычай
жевать бетель.
Праща как боевое оружие неизвестна в Индонезии, зато прототипами
трех специализированных типов пращи - ленточной, клапанной и щелевой -
в области Южных морей являются перуанские образцы. Не знали в
Индонезии и мумификации, однако в Полинезии, несмотря на
неблагоприятный климат, ее применяли, причем метод сходен с
перуанским. Плащи и мантии из перьев - одежда знати, характерная для
Полинезии, - в Старом Свете не были известны, зато они присущи
культурам Нового Света, в том числе культуре древнего Перу.
Своеобразные простые и составные рыболовные крючки полинезийцев, не
обнаруженные нигде в Индонезии, попадаются при раскопках мусорных куч
на территории от Эквадора до Северного Чили. Сложную полинезийскую
кипону - хитроумную мнемоническую систему узелков - не сравнить с
простой веревочкой с узелками для счета, которая была распространена
во всем мире; зато она в точности повторяет перуанские кипу.
Можно привести еще много примеров, касающихся материальной
культуры, социальных особенностей и мифологии этих двух областей.
Однако здесь достаточно указать, что на полинезийских островах явно
знали керамику и ткацкий станок, несмотря на то, что последняя волна
поселенцев пришла в Полинезию из области, где не было ни гончарного
искусства, ни ткачества и где известны были лишь земляная печь и
лубяная колотушка.
Теперь известно, что в Полинезии некогда в самом деле была
культура, знакомая с керамикой. Как на восточной, так и на западной
окраине Полинезии археологи нашли черепки различной красной посуды,
причем находки на Маркизских островах оказались пока наиболее старыми.
На этом же архипелаге и вообще во всей Полинезии до островов Фиджи на
западе 26-хромосомный американский хлопок одичал; нынешним
полинезийцам он ни к чему, но первые поселенцы, конечно, привезли его
на острова неспроста.
Назад Вперед


Источник: moshkow.cherepovets.ru.

Рейтинг публикации:

Нравится0



Комментарии (0) | Распечатать

Добавить новость в:


 

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Чтобы писать комментарии Вам необходимо зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.





» Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации. Зарегистрируйтесь на портале чтобы оставлять комментарии
 


Новости по дням
«    Декабрь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Погода
Яндекс.Погода


Реклама

Опрос
Ваше мнение: Покуда территориально нужно денацифицировать Украину?




Реклама

Облако тегов
Акция: Пропаганда России, Америка настоящая, Арктика и Антарктика, Блокчейн и криптовалюты, Воспитание, Высшие ценности страны, Геополитика, Импортозамещение, ИнфоФронт, Кипр и кризис Европы, Кризис Белоруссии, Кризис Британии Brexit, Кризис Европы, Кризис США, Кризис Турции, Кризис Украины, Любимая Россия, НАТО, Навальный, Новости Украины, Оружие России, Остров Крым, Правильные ленты, Россия, Сделано в России, Ситуация в Сирии, Ситуация вокруг Ирана, Скажем НЕТ Ура-пЭтриотам, Скажем НЕТ хомячей рЭволюции, Служение России, Солнце, Трагедия Фукусимы Япония, Хроника эпидемии, видео, коронавирус, новости, политика, спецоперация, сша, украина

Показать все теги
Реклама

Популярные
статьи



Реклама одной строкой

    Главная страница  |  Регистрация  |  Сотрудничество  |  Статистика  |  Обратная связь  |  Реклама  |  Помощь порталу
    ©2003-2020 ОКО ПЛАНЕТЫ

    Материалы предназначены только для ознакомления и обсуждения. Все права на публикации принадлежат их авторам и первоисточникам.
    Администрация сайта может не разделять мнения авторов и не несет ответственность за авторские материалы и перепечатку с других сайтов. Ресурс может содержать материалы 16+


    Map