Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  |  RSS 2.0  |  Информация авторамВерсия для смартфонов
           Telegram канал ОКО ПЛАНЕТЫ                Регистрация  |  Технические вопросы  |  Помощь  |  Статистика  |  Обратная связь
ОКО ПЛАНЕТЫ
Поиск по сайту:
Авиабилеты и отели
Регистрация на сайте
Авторизация

 
 
 
 
  Напомнить пароль?



Телеграм канал Z-Операция Клеточные концентраты растений от производителя по лучшей цене


Навигация

Реклама

Важные темы


Анализ системной информации

» » » Фёдоров В.Н. Служители трех миров

Фёдоров В.Н. Служители трех миров


25-11-2009, 16:47 | Файловый архив / Книги | разместил: VP | комментариев: (0) | просмотров: (3 230)

Известный поэт, прозаик и драматург Владимир Федоров, всерьез и основательно изучив тему шаманизма по научным источникам, легендам и преданиям, рассказам очевидцев и личным наблюдениям, повествует об этой языческой вере как писатель - увлекательно и занимательно, но в то же время глубоко и компетентно. Начиная свою книгу с мирового обзора шаманизма и его первобытной истории, автор затем сосредотачивает свое внимание на верованиях и ритуалах народов Якутии и их северных соседей. Многие приведенные в книге факты, как и беседы с шаманами и их потомками, уникальны и публикуются впервые. Отдельные главы посвящены таинственному афро-карибскому культу Вуду.


КАК РОДИЛАСЬ ЭТА КНИГА, ИЛИ НАЗАД В БУДУЩЕЕ

Я уже давно понял, что все случайное в нашей жизни на самом деле бывает далеко не случайным. Так произошло и с этой книгой. В очередной из писательских поездок я познакомился с заместителем главного редактора московского издательства "Вече", известным российским поэтом Геннадием Ивановым. В один из вечеров мы разговорились с Геннадием о серии "Великие тайны", которую он редактировал, а я с увлечением собирал и читал. В конце беседы, видя мою заинтересованность подобной тематикой, Геннадии предложил "А не написать ли тебе о чем-нибудь для нас. Вот только о чем? Какие у вас в Якутии самые великие тайны? " Я тут же совершенно спонтанно, не задумываясь, произнес "Шаманизм " И попал точно в цель — в "Великих тайнах" такой книги еще не было. Мы ударили по рукам. Все произошло очень быстро, и судьба как бы действительно случайно подарила мне шанс, но уже позже, погружаясь в работу, я исподволь обнаруживал все больше и больше каких-то неслучайных обстоятельств рождения книги. Во-первых, я уже около семи лет вел в газете "Якутия" рубрику "Аура" о паранормальных явлениях, феноменах, различных верованиях и ритуалах, встречался со многими их носителями и, естественно, накопил кое-какой материал и опыт личных наблюдений. Были среди моих собеседников и люди, называвшие себя шаманами, народными целителями с шаманскими корнями, нынешние дети и внуки некогда знаменитых шаманов. Параллельно собралась небольшая библиотека литературы по шаманизму. Так что первичная основа для написания книги у меня была, а также просматривались реальные возможности за отведенный год работы над рукописью еще кое-что прирастить к имеющемуся материалу.
Более того, начав пристальнее вглядываться в мир уже под заданным углом, я вдруг обнаружил, что шаманизм, в сущности, окружал меня с самого детства, я просто жил среди него и в нем, но не акцентировал на этом внимания. К примеру, родившись в середине прошлого века в только что обозначенном на карте рыбацком поселке Тас-Тумус (в переводе — Каменный Мыс), у подножия действительно крутого и высокого каменного мыса, врезавшегося в великую Лену, я в детстве долго не мог понять, почему некоторые старики-якуты поставили свои дома и юрты не в самом селе, а где-то на отшибе. В силу тогдашнего атеистического воспитания, я и предположить не мог, что совершенно обыкновенный, поросший молодыми березками и смородинной взгорок, на котором лесенкой расположились недавно срубленные избы, может выглядеть в чьих-то глазах особым, таинственно-запретным местом. Но именно так оно, оказывается, и было. Однажды старый охотник на мой наивный совет перебраться в поселок, чтобы не ходить по целому часу в магазин или больницу, ответил: "Нельзя! Там близко похоронен великий шаман, он будет сердиться..."
Восьмой класс я заканчивал в соседнем поселке Промышленный, построенном на месте, прежде называвшемся Ойун-Хая — Шаманская гора. Напротив был Ойун-аян — Шаманский залив, а недалеко находилось село Ойун-Унгуохтах — Шаманские Кости. И даже наш райцентр Сангар, как я узнал совсем недавно из легенды, носил точно такое же имя, как некогда жившая здесь знаменитая и всесильная тунгусская удаганка...
Вот и получается, что я появился на свет в настоящем шаманском оазисе, правда, бесцеремонно нарушенном и полностью опрокинутом в безверие абсолютным большинством наших родителей-атеистов. Но хранившем тогда еще кое-какие отголоски. Так, "на выселках" Промышленного, в домишке за пределами "запретной зоны", я в силу своего подросткового любопытства однажды разговорился с еще одним дедом-отшельником. Дед то ли проникся ко мне расположением, то ли понимал, что мальчишка выслушает то, на что взрослые просто махнут рукой, но рассказал мне, что он был учеником очень большого шамана, Дед искренне посетовал на то, что его наставник, к сожалению, слишком неожиданно и рано умер. "Старик умел ходить по воде и летать по небу, — вздыхал мой собеседник с непритворной горечью, — а я не успел у него научиться. Недоучкой и остался. Только первую ступень прошел, а надо было три.… Помолчав, он добавил: — Хочу совет тебе дать: когда вырастишь, уезжай из Промышленного. Нельзя в нем жить. Там рядом и мой Старик лежит, и другие ойуны. Им очень не нравится, что люди у самых их костей дома поставили..."
Конечно, тогда к подобным историям учителя и родители предлагали относиться как к "пережиткам прошлого", но то, что на нашем тастумусском мысу существовали старинные захоронения, подтверждала почти каждая весна — из потревоженного льдинами осыпающегося обрыва выпадали похожие на ящики гробы из толстых, грубо отесанных почерневших плах. Обычно при очередном подъеме воды река подхватывала эти пугающие дары и хоронила в своих омутах. Мы, ребятня, заглядывать внутрь черных ящиков боялись даже через щелки, но взрослые иногда любопытствовали. Помню, они рассказывали, что в одном из гробов лежала длинноволосая женщина в истлевшем, но некогда, видимо, богатом наряде, и все пальцы ее были унизаны золотыми перстнями...
Мы еще вернемся к шаманским захоронениям и существующим вокруг них табу, но, завершая это небольшое отступление, не могу не сказать, что Промышленный, как поселок, давно прекратил свое существование, Сангар захирел и дышит на ладан, а в Тас-Тумусе остался один-единственный дом — тот самый, в котором я родился и вырос...
Итак, погружаясь в таинственную материю шаманизма, я начал выстраивать рукопись по главам. И тут меня ждал сюрприз: перед самым подписанием договора с издательством его директор попросил добавить в книгу раздел по вуду, поскольку этим экзотичным и мрачноватым культом интересовались многие читатели. Так книга получила название "Тайны вуду и шаманизма", а я — задачу написать целый раздел о том, о чем имел весьма поверхностное представление и с чем уж точно не сталкивался лично ни в детстве, ни во взрослой жизни. Пришлось срочно искать необходимую литературу, источники информации, налаживать контакты с первыми жрецами и последователями вуду, появившимися в нашей стране. В конце концов, эта работа вылилась в пятьдесят с лишним страниц, которые редактор журнала "Полярная звезда" полушутливо назвал "кандидатской по вуду" и напечатал еще до выхода в Москве. Готовя нынешнее издание, я поначалу хотел сделать его чисто "шаманским" и исключить рассказ о вуду, но все прочитавшие публикацию в "Полярке" дружно просили оставить раздел в книге. Я выполнил просьбы, открыв этой темой книгу. И еще. Рукопись для издательства "Вече" была закончена больше года назад, и за столь немалое время, естественно, в мои папки добавились новые документы и записи бесед, состоялись очередные поездки и встречи. Все это позволило пополнить книгу новым материалом и несколько по-иному отредактировать текст. Работа получилась довольно объемной, поэтому сегодня вы держите в руках только первую ее половину. Но если знакомство с ней покажется вам интересным, то в следующем году вы сможете прочитать вторую часть, которая также выйдет в издательстве "Бичик".
Название книги "Служители трех миров", на мой взгляд, отражает главную особенность шаманов как носителей древнего языческого культа. Только они могут совершать астральные путешествия во всех трех существующих мирах нашей вселенной — Среднем, Верхнем и Нижнем — быть посланниками и связными между ними, нести миссии добра и зла, созидания и разрушения, целительства и проклятия. Подобные качества ставят шаманов в оккультном ряду значительно выше обычных колдунов, магов и чародеев. Тем интереснее это и для писателя, и для читателей.

 

 

ПЯТНО НА МУНДИРЕ КОЛУМБА, ИЛИ ИСПАНСКИЙ СЛЕД ВУДУ

Слово "зомби" вошло в современный русский язык настолько стремительно, что, став не только общеупотребительным, а уже и нарицательным, оно успело попасть разве что в самые последние словари. Сложно найти в российских справочных изданиях и слова "вуду" или "воду", а именно так называется один из самых экзотических, таинственных и в некоторой части своей зловещих культов, по сути даже — сложная синкретическая религия, порождением которой и являются зомби. Большинство наших соотечественников знакомству с черными колдунами-бокорами и "живыми мертвецами" острова Гаити обязано хлынувшим за распахнутый "железный занавес" голливудским фильмам ужасов и претендующим на сенсации или откровения публикациям в постперестроечной прессе. Причем, публикациям разной степени достоверности и компетентности. А между тем вуду в последние десятилетия не только была достаточно сильно распространена эмигрировавшими с Гаити неграми по Америке и добралась до Европы, но уже оказалась и рядом с нами. Сегодня в Москве предлагают свои услуги несколько центров и салонов, практикующие этот вид магии, и наверняка скоро подобные вывески появятся в других российских городах. Поэтому есть смысл рассказать о вуду поподробнее. Основанием же для объединения этого культа под одной обложкой с шаманизмом является то, что вуду представляет из себя фрагментарную разновидность последнего и, как ни странно, при всей географической полярности и тропических корнях во многом родственна мистериям сибирских шаманов.
Но для того, чтобы начать свое повествование, нам невольно придется окунуться в далекую историю. По крайней мере, мысленно преодолеть половину минувшего тысячелетия, потому что все началось с... Колумба. Да, именно первооткрыватель Америки невольно запустил долгий, трагический и сложный механизм, конечным продуктом которого стала вуду.
Еще во время первого из своих четырех знаменитых путешествий к новому континенту, миновав только что нанесенную на карту Кубу, утром 5 декабря 1492 года Колумб увидел большой гористый остров. Своими ландшафтами и растительностью он так напомнил ностальгирующему адмиралу далекую родину, что тот окрестил неведомый кусочек суши Эспаньолой — Маленькой Испанией. Хотя остров на местном языке уже назывался Возвышенным — Гаити. И так уж получилось, что именно эта малая частица вновь открытого огромного континента сыграла особую роль в судьбе Христофора Колумба, став, в конце концов, его последним приютом.
Поначалу все было прекрасно. Отправленные на берег разведчики были радушно приняты и бескорыстно одарены туземцами и, возвратившись, донесли капитану, что "с этими людьми по красоте и учтивости не смогут сравниться ранее встречавшиеся индейцы". Репутация наглядно подтвердилась буквально через несколько дней, когда один из кораблей небольшой флотилии, попав на отмель, был разбит волнами и аборигены самоотверженно пришли на помощь испанцам. А потом, чтобы утешить гостей и сделать им приятное, по приказу своего вождя-касика, стали каждый день привозить морякам золотые изделия. Воодушевленный адмирал быстро заложил в этом райском месте форт и, оставив в нем сорок человек, поручил подобрать подходящее место для строительства города и начать поиск золотых россыпей. Радушные хозяева поначалу, видимо, даже обрадовались появлению на их земле столь могущественных друзей, обладающих "оружием грома" и могущих наконец-то защитить гаитян от постоянных набегов воинственных карибов, кое-где уже закрепившихся на побережье острова. И действительно почти сразу же, обходя остров под парусами, испанцы в одной из бухт натолкнулись на племя карибов и были встречены их стрелами. В ответ прозвучали пушечные залпы, и главным террористам архипелага пришлось спасаться бегством.
Поскольку основной интерес нашего повествования лежит в сфере древних верований, то логично будет сразу же рассказать, что они представляли из себя у жителей Гаити и других Больших Антильских островов. Итак, религией аборигенов вновь открытого архипелага, естественно, воспринятой христианами-испанцами в силу их взглядов "черной дьявольской верой", был шаманизм. Точнее, одна из его форм, достаточно близких к классической сибирской.
У нас еще будет возможность поговорить о шаманизме во всех деталях, поэтому, обозначив его главные особенности в предыдущей главе, коротко добавим, что для путешествия в иные миры и личного общения там с божествами и духами шаман входит в состояние экстаза или транса. Считается, что при этом физическое тело шамана остается на месте совершения ритуала, а некий энергетический, астральный или ментальный фантом перемешается по месту назначения.
Для обретения подобных качеств будущие антильские чудодеи проходили особую и длительную "теоретическую" подготовку под руководством шамана-наставника, чередуя ее с жестким постом, курением сигар, длительными изнуряющими танцами и "запивая" огромным количеством сока из неведомого доколумбовым европейцам табака. Для усиления наркотического действия последнего неофиты к тому же натирали глаза соком красного перца. В результате уже через шестую ночь они впервые "превращались" в ягуара и летучую мышь, а еще через неделю начинали видеть Великого Индейца или Духа Вод и общаться с ними. Кое-где для легкости полетов в неведомые миры тела новоявленных шаманов оклеивали перьями, да еще и вызывали у них сильнейшую искусственную горячку с помощью особых трав. Колумб лично наблюдал лечебный ритуал уже признанного шамана, когда на голову индейского идола ставилось блюдо с порошком растения когобы, который вдыхался исцеляющим в ноздри "через посредство двух стеблей тростника". И "тамошний жрец, призванный к больному, опьянев и не зная, что делает, говорит страшную нелепицу, считающуюся разговором с духами "цеми" и являющимися, по утверждению жреца, виновниками болезни..."
Разумеется, как мы уже говорили, в глазах "добропорядочных христиан" все это выглядело возмутительными сатанинскими ритуалами, но из дипломатических соображений они тактично закрывали глаза на "странные дикости туземцев". Как говорится, главное, чтобы человек, то бишь индеец, был хороший и нес побольше золота...
Колумб вернулся на Эспаньолу в конце 1493 года во главе уже огромной полуторатысячной экспедиции, куда входили не только матросы, солдаты, сотни погнавшихся за счастьем и богатством безземельных дворян-идальго, но и десятки священников, направленных обращать индейцев в "правильную" веру. Увы, встречать их на берег не вышел никто, а от форта остались одно пепелище. Как рассказал Колумбу вождь, блеск золота и полная свобода затмили морякам разум, они пустились во все тяжкие и были частично перебиты друг другом, частично — выведенными из терпения индейцами.
Не желая портить отношений с островитянами, адмирал попытался максимально загладить конфликт, но прибывшие с ним не сделали из случившегося никаких выводов. Не проявили себя должным образом и святые отцы, и, пока Колумб плавал к берегам Кубы и Ямайки, в "райском уголке" была развязана самая настоящая война.
Интересно, что с тех времен дошел любопытный рассказ о главном кацике-вожде Хатуэйе острова Кубы. Он уже знал, как проявили себя испанцы на Эспаньоле, и, собрав весь свой народ, рассказал, что пришельцы преследуют гаитян из-за своего бога. Затем он вынес ящик, наполненный золотом, и произнес: "Вот их бог, которого они любят, чтят и которому повинуются. Они придут и к нам, чтобы отыскать его. Поэтому устроим в честь него праздник, чтобы он запретил им делать нам зло, когда они сюда появятся". После речи вождя весь народ исполнял ритуальные песни и пляски возле "бога" целую ночь, а затем кацик сказал, что прятать куда-либо христианского бога бесполезно, его нельзя утаить даже в собственном животе, поэтому надо схоронить бога на дне реки. Что и было сделано.
Возможно, подобная философия и действа и помогли в чем-то Кубе, а вот на Эспаньоле события стали развиваться, вопреки воле вождей и шаманов, по самому мрачному сценарию. Война там длилась почти год, и Колумб по возвращению тоже принял в ней участие, записав в послужной список "открывателя нового мира" не самые красивые строки.
"За это время, — свидетельствует летописец Лас Касас,— произошли чудовищные избиения индейцев, и целые области совершенно обезлюдели, особенно в королевстве Каонабо. Так произошло потому, что индейцы прилагали все свои силы, чтобы попытаться выбросить из своей страны таких жестоких и свирепых людей. Они видели, что без малейшего на то повода, без всякого вызова с их стороны их лишают родины, земли, свободы, жен и детей и самой жизни и ежедневно истребляют жестоко и бесчеловечно. При этом христиане легко достигали своей цели, ибо бросались на индейцев на лошадях (которых те видели впервые — В.Ф.), разили их копьями, рубили мечами, травили собаками, сжигали живьем..."
Испанцам было относительно просто все это делать, потому что, как уже упоминалось, населяли Гаити "учтивые", не агрессивные племена индейцев-араваков. Может, все оказалось бы по-другому, если бы остров полностью принадлежал "весьма свирепым" карибам, что при первой же встрече показали зубы белым пришельцам, заставив, в конце концов, зауважать свою силу и воинственность. Араваки же были полностью разгромлены физически и на какое-то время подавлены духовно, позволив обложить себя данью. "Адмирал велел всем жителям провинций Сиабо и Вега Реаль и всем живущим поблизости от золотых копей индейцам, которым более 14 лет, каждые три месяца приносить полный фландрский касавель (бубенчик) золота. Только один король Маникаотех должен был давать ежемесячно полтыквины золота. Все же остальные люди, не живущие вблизи копей, обязаны были приносить по одной арробе хлопка. А те, кто не платил, должны были подвергнуться наказанию", — свидетельствует все тот же беспристрастный Лас Касас. В королевскую казну Испании и карманы колонистов потекли золотые реки, название далекого острова и слегка потускневшее имя Колумба стали вновь произноситься в Европе с восхищенными интонациями.
Однако вытерпеть долго такое угнетение индейцам было по-человечески невозможно, и по призыву жены одного из плененных вождей араваки восстали во второй раз. Они сами уничтожили свои поля и плантации и укрылись в горах. Перед испанскими колонистами, привыкшими к легким деньгам и сытой жизни за чужой счет, забрезжила перспектива самого настоящего голода, и, обозленные, они с еще большей жестокостью ударились в карательные экспедиции.
В итоге Гаити стал все больше походить на человеческую пустыню. Если первые моряки насчитывали здесь до 300 тысяч индейцев, то уже через десять лет, в 1508 году, их было 60 тысяч. В такой ситуации и распростился с островом мечты и всем бренным миром великий мореплаватель и, увы, сын своего жестокого времени Христофор Колумб, завещавший захоронить его прах все же именно на Эспаньоле. Правда, воля покойного была выполнена родственниками только через 30 лет. А еще через сорок лет в живых на Гаити осталось лишь... 50 (!) араваков.
Уничтожив все работоспособное население, не привыкшие что-либо делать собственными руками, идальго пришли к тупику: "райская земля" стала превращаться для них в адские выселки. Пытаясь изменить ситуацию, они стали захватывать и привозить на Гаити индейцев с соседних островов, но те, не знавшие никогда рабства, не выдерживали такой жизни и быстро умирали. И тогда взоры захватчиков устремились в сторону Африки, откуда потек первый тоненький ручеек чернокожих рабов.
Правда, еще в 1503 году генерал-губернатор Эспаньолы и один из самых свирепых и лицемерных ее правителей Овандо просил королеву Испании Изабеллу запретить ввоз на остров негров, так как они оказались более дерзкими по отношению к своим хозяевам и подстрекали индейцев на сопротивление. Королева дала согласие. Но "из-за плачевного состояния дел" уже в 1505 году каравелла из Севильи привезла 17 черных невольников, а пятью годами позже Овандо пришлось радикально переменить свои взгляды, и на золотые рудники Эспаньолы были доставлены по особому королевскому указу сразу 250 чернокожих рабов.
А дальше процесс стал развиваться просто стремительно, особенно с расцветом эпохи работорговли — ежегодно на Гаити завозилось до 35 тысяч негров. И, несмотря на то, что треть их умирала в первые же годы жизни, к концу XVIII века общая численность достигла почти 500 тысяч.
Бывшая Эспаньола стала практически черным островом, где оказались смешены три большие группы народов главным образом из Западной Африки — суданская, банту и гвинейская. Нас интересует последняя, поскольку входящие в нее племена фон и несли в своем языке слово воду, превратившееся в английской транскрипции в вуду. В различной литературе эту народность (скорее — группу народностей) иногда именуют дагомейцами, бенинцами или бини (от Дагомеи и Бенина — названий их государства, несколько раз сменявших друг друга), а также восточными эве. По сути то же самое представляют очень близкие к ним аджа (когда-то включавшие в себя все упомянутые группы) и махе. Большое влияние оказали на фон и их верования многочисленные племена йорубов из соседней Нигерии.
Вот на их общую историческую родину, к древним истокам вуду мы теперь и отправимся.

 

 

КРОВАВЫЕ РЕКИ ДАГОМЕИ, ИЛИ ОТКУДА РОДОМ ЗОМБИ

Еще за полвека до того, как Колумб добрался до первых островов Америки, в 1441 году, молодой и жаждущий славы капитан Антан Гонсалвиш, отправясь на добычу только что открытых морских львов к неведомой Африке, сумел пройти на своей каравелле невиданно далеко вдоль западного побережья, до границ теперешней Мавритании. Там ему в голову и пришла мысль, что хорошо бы порадовать своего знатного покровителя принца Генриха Португальского, привезя для него в подарок несколько невиданных чернокожих туземцев. Одновременно такая же идея возникла у случайно оказавшегося в тех же местах и столь же "юного, доблестного и пылкого" капитана Нунью Триштана. Объединив свои усилия, они совершили вылазку на берег.
Хроника летописца Азузары 1453 года сохранила для нас фиксацию этого "подвига":
"И случилось так, что ночью, спустившись на берег, они подошли к месту, где расположились два лагеря туземцев. И, приблизившись, наши с яростью набросились на них, надрываясь от криков "Португалия" и "Сантьяго". И это повергло туземцев в такой ужас, что они все бросились кто куда. И вот туземцы в смятении удирали без оглядки. Правда, мужчины, впрочем больше для видимости, защищались дротиками (другого оружия у них не было). Тот, что схватился один на один с Нунью Триштаном, бился до последней капли крови. Кроме того туземца, который пал от руки Нунью Триштана, португальцы убили еще троих и взяли в плен десять мужчин, женщин и мальчиков. Нет сомнений, что они бы уничтожили и захватили в плен много больше, если бы с самого начала действовали более дружно".
Вот таким образом состоялось первое "знакомство" белых европейцев с жителями западного побережья Африки непосредственно на их родине. Хотя до этого, конечно, отдельные "мавры" уже попадали в Европу через арабские страны.
Капитанов с экзотическим даром встретили в Лиссабоне как героев. Обрадованный принц тут же обратился к Папе римскому за благословением нового похода и тот, не долго думая, по-христиански гуманно пообещал "всем, кто примет участие в предстоящих войнах, полное отпущение грехов".
Дорога в Африку с моря была открыта, маховик корысти и быстрой наживы (а первые пленники были оценены очень дорого) стремительно закрутился. И вскоре уже крупная экспедиция доставила в Португалию целых 235 невольников.
Но надо подчеркнуть, что средневековая Европа, практиковавшая рабство даже и среди христиан, видела в этом смысле африканцев подобными себе и относилась к ним как к равным. Например, у рабов-негров, составивших со временем немалую прослойку в Андалузии, был собственный, дарованный королем кодекс законов и свой верховный судья, именуемый "негритянским графом". Их при желании крестили, усыновляли и делали наследниками значительных состояний. А что касается цвета кожи, то иногда это служило даже предметом восхищения. Некая "чернокожая леди" достигла такой славы, что перед началом очередного королевского турнира в Эдинбурге ее из собственного замка до места состязаний несли на руках 14 прославленных рыцарей. Поединок в ее честь выиграл сам король, а известный поэт Данбар со всей принятой тогда реалистичностью воспел этот турнир в стихах.


Пусть верный щит тебя от бед хранит,
Пусть страх от тебя бежит, смельчак задорный.
Коль звонкий меч врагов повергнет в прах,
Ты станешь паладином леди черной.
Она тебе подарит блеск очей,
Взволнует душу лаской губ коварных,
Восторгами любви смутит покой ночей.

И ослепит улыбкой лучезарной.
Но твердо помни: тот, кого сразят,—
Злосчастный опозорившийся воин —
Целует даму прямо в черный зад,
Он большего, конечно, недостоин.


Вот так-то. По крайней мере, европейцы тогда признавали, что не только в своем темпераментном выражении чувств, но и в некоторых науках и ремеслах, особенно в знаниях, связанных с медициной, составом и изготовлением различных снадобий, а тем более ядов, в лечебных и целительских действах африканцы ушли далеко вперед. Конечно, будучи ортодоксальными христианами, европейцы не могли принять традиционных африканских верований и не пытались вникать в их суть, но, тем не менее, относились к ним с достаточным почтением, а иногда и с суеверным преклонением. Именно в таком тоне свидетельствуют, скажем, об известном оккультном "Обществе леопардов" первые капитаны, появившиеся на побережье Гвинейского залива. Они признают, что "леопарды" создали среди многих племен тайную всепроникающую и всесильную систему религиозно-политической власти почище инквизиции, негласно, но жестко управляющую целыми государствами побережья. И самый надежный способ повести здесь дела и сохранить собственную жизнь — это неукоснительно следовать условиям игры "леопардов", а еще лучше — попытаться добиться их покровительства и содействия.
Теория о расовой, человеческой и духовной неполноценности негров возникла и развилась значительно позже, когда белому человеку уже было негоже и даже кое-где официально запрещено продавать собратьев-христиан, но в то же время надо было как-то обосновывать вывоз рабов с черного континента. Одним из оправдательных аргументов служил и тот факт, что, мол, в Африке само по себе издревле существовало рабство. "Мешая нам увозить несчастных дикарей из Африки,— убеждали работорговцы,— вы обрекаете их на более тяжкие муки".
Действительно, рабство в Африке существовало еще за несколько столетий до ее открытия европейцами, но рабы прибрежных государств фактически были крепостными или даже вассалами своих хозяев. Вот как об этом писал очевидец Босман: "Те, кто приезжает из внутренних областей страны торговать с нами,— в основном рабы. Один из них, пользующийся наибольшим доверием хозяина, назначается начальником каравана. Когда он прибывает к нам, к нему относятся не как к рабу, а как к крупному купцу, и мы стараемся всячески ему угождать... В самом деле, я замечал, что некоторые из этих рабов пользуются большим авторитетом, чем их хозяева, так как им долгое время приходилось командовать теми, кто зависел от их хозяев; кроме того, они в результате самостоятельной торговли сами получили в собственность несколько рабов и со временем достигли такого могущества, что их патроны вынуждены считаться с их мнением..."
Некоторые источники сообщают, что в государстве Бенин того времени вообще абсолютно свободных было только 300 граждан из самого близкого окружения царя, а все остальные кому-то принадлежали. В то же время запрещалось продавать в рабство на сторону кого-либо из своих соотечественников, так можно было поступать только с плененными на чужих территориях во время военных стычек.
И, тем не менее, сотни тысяч тех же бенинцев, упомянутых фон, аджа и йоруба оказались за пределами родины. Произошло это потому, что португальцы и испанцы, а затем англичане и голландцы быстро пришли к выводу, а цари и короли прибрежных государств дали им понять, что гораздо проще не добывать рабов с применением оружия и угрозой для собственной безопасности, а просто покупать их у названых властителей. А чтобы "товар" всегда был под рукой, чернокожие монархи стали регулярно захватывать пленников друг у друга, обмениваясь специальными военными операциями. На побережье Гвинейского залива быстро возникла и стала расцветать целая индустрия работорговли, и он вполне обоснованно стал называться Невольничьим берегом. С нового промысла кормились уже многие, и все они, включая в первую очередь царей, были заинтересованы в том, чтобы продать в рабство как можно больше народу. Более того, царь Бенина, объявивший под страхом смерти работорговлю личной монополией, даже отправлял послов в европейские страны с просьбой увеличить закупки живого товара.
Однако рабство в Европе все больше выходило из моды, и корабли из Африки все чаще везли золото, пряности и слоновую кость, а не пленников. И, может быть, и те, и другие вскоре бы вовсе забыли о постыдной продаже друг другу себе подобных, но тут на авансцену и вышли Христофор Колумб, Америго Веспуччи, Эрнандо Кортес, Франциско Писаро и другие конкистадоры, открывшие и почти сразу же опустошившие Новый Свет.
Так был вызван новый и небывалый доселе всплеск работорговли в самом ее жестоком и неприглядном виде.
Мы не будем отвлекаться на цифры увезенных в рабство со всей Африки, на количество погибших в корабельных трюмах и выброшенных в моря пленников, но отметим, что до окончательного падения рабства в Америке было отправлено за океан около двух миллионов человек из интересующих нас племен фон и йоруба, взаимно продававших друг друга. Именно тогда (а точнее — в 1625 году) и родилось государство Дагомея, в которое объединились не слишком многочисленные племена фон, чтобы защитить себя от более сильных соседей. Для того чтобы успешно обороняться, они вынуждены были постоянно закупать огнестрельное оружие и боеприпасы у европейцев, а это, в свою очередь, требовало захвата и продажи все новых и новых рабов. Немалую долю требовали и посредники в портовых городах-государствах. Последнее привело, в конце концов, к настоящей войне, из которой король Дагомеи Агаджа вышел победителем в 1727 году, заняв побережье и взяв торговлю рабами в Бенинском заливе (расположенном внутри Гвинейского) в свои руки. В итоге "на обломках" древнего и тоже не отличавшегося свободой и миролюбием Бенина было создано еще более сильное диктаторское государство с системой правления, приспособленной к постоянному ведению войн. Агаджа "поставил под ружье" даже женщин, сформировав из них особую гвардию амазонок численностью в несколько тысяч. Заокеанским торговцам живым товаром такой мощный партнер-монополист, конечно же, не очень пришелся по душе, но они вынуждены были с ним считаться. Независимая Дагомея существовала вплоть до окончательного колониального раздела Африки, когда в 1892 году потерпела поражение от французских агрессоров и стала колонией этой страны.
Видимо, военная диктатура, абсолютная власть короля Дагомеи и стремление поддержать ее как можно выше способствовали сохранению при его дворе самых мрачных ритуалов бенинского прошлого. Осталось не так уж много свидетельств непосредственных очевидцев и участников кровавых жертвоприношений, но они все же существуют. Вот строки из дневника Антера Дуке, судя по всему, богатого торговца из приморского города и влиятельного члена "Общества леопардов". Написаны они на следующий день после смерти местного "герцога Эфраима", которая была почтена соответствующими персоне жертвами. Сообщает об этом Дук, как о чем-то совершенно обыкновенном, хотя на дворе стоит 1775 год, и, по европейскому календарю, заканчивается эпоха просветительства Вольтера. Кстати, и стиль его письма — вполне европейский:
"Около четырех часов я проснулся. Шел сильный дождь. Я пошел к дому собраний и встретил там всех господ. Мы приготовились рубить головы и в пять часов утра начали рубить головы рабам. В тот день мы снесли 50 голов. Я принес 29 ящиков бренди в бутылках и 15 калебас (сосуд, блюдо из плода колебасового дерева — В.Ф.) мяса для всех, и во всех дворах города шла игра".
Посетивший чуть позже (благодаря очень богатым подаркам) королевский двор Дагомеи англичанин Роберт Норрисс, с содроганием заметил, что "по обеим сторонам входа в здание, на плоских камнях лицом вниз, кровавыми обрубками ко входу лежали отрубленные недавно человеческие головы. В доме стражи находилось 40 женщин, вооруженных мушкетами и дротиками, — то были "амазонки" Дагомеи..." Прежде чем пройти к королю, три сопровождавших гостя министра "преклонили колени и поцеловали землю. И пока мы пересекали двор, где было выставлено шесть человеческих голов, выкрикивали титулы короля". И даже в следующем веке, через десять лет после смерти Пушкина один миссионер стал свидетелем невиданного истребления людей по случаю похорон короля. Он потрясенно сообщал: "У Эйамбы V было много жен из лучших семейств страны, а также множество рабынь-наложниц. Из первых 30 умерли в первый же день. Мы не знаем, сколько погибло от яда, который необходимо было принять, чтобы отогнать от покойника нечистую силу. Тех, кто удостоился чести сопровождать его в Страну духов, вызывали по очереди, громко произнося: "Король зовет тебя". Некогда это было честью, а теперь превратилось в кошмар. Обреченная быстро надевала на себя украшения, выпивала кружку рома и шла за гонцом. Палачи немедленно накидывали на нее шелковый платок и душили. Каждую ночь смерть посещала берега реки. Некоторых клали связанными в каноэ и топили. Тех, кто радостный возвращался домой с далеких рынков, оглушали ударом по голове и бросали в воду".
После этого массового кровавого побоища, уже никак не вписывающегося в рамки XIX века, христианские миссионеры вроде бы убедили "леопардов" принять формальный закон, запрещающий человеческие жертвоприношения, но на деле всесильное "Эгбо" оказалось не в состоянии изменить "менталитет" правящей верхушки.
Естественно, маленькая Дагомея прославилась на весь мир как государство зла. И долго оставалось таким. Российское "Человековедение", вышедшее в 1904 году в авторитетной "Библиотеке Брокгауза-Ефрона" сообщает: "В стране ашантиев , а также дагомейцев, население все редело и отчасти и теперь продолжает редеть благодаря страшным человеческим жертвоприношениям, которые совершаются почти ежедневно. Жертвами служат преимущественно военнопленные и рабы. В Дагомее прежде ежегодно убивалось 500 человек, чтоб тем дать знать пребывающим в загробном мире предкам о деятельности государя. Сверх того ежегодно в определенные дни приносятся "малые", а в особенных случаях "большие" искупительные жертвоприношения, при которых число жертв доходит до невероятных размеров. В случае смерти государя должны быть принесены в жертву, смотря по обстоятельствам, от 4 до 10 тысяч человек..."
Подобные факты, конечно, потрясают, но одновременно и дают основания предположить, что такое количество людей просто невозможно было бы практически разом насильственно лишить жизни — обязательно разразился бы социальный взрыв, бунт. Тем более что все происходило на почве народа, практически не выпускавшего оружия из рук. Значит, в большинстве своем это случалось добровольно. О том свидетельствуют и наблюдения сторонних очевидцев, еще и в XIX веке утверждавших, что "жертвы охотно идут на смерть за государя, так как подобная смерть считается почетной".
Известный русский поэт, романтик дальних странствий Николай Гумилев, еще в юности "заболевший" Африкой и в молодости (в 1909—1918 годах) совершивший туда несколько путешествий, в том числе и в интересующие нас места, оставил после себя небольшое стихотворение "Дагомея", в котором в яркой поэтической форме подтверждает приведенные выше слова.


Царь сказал своему полководцу:
"Могучий,
Ты высок, словно слон дагомейских лесов,
Но ты все-таки ниже торжественной кручи
Отсеченных тобой человечьих голов.
И, как доблесть твоя, о, испытанный воин,
Так и милость моя не имеет конца,
Видишь солнце над морем? Ступай!
Ты достоин

Быть слугой моего золотого отца".
Барабаны забили, защелкали бубны,
Преклоненные люди завыли вокруг,
Амазонки запели протяжно, и трубный
Прокатился по морю от берега звук.
Полководец царю поклонился в молчанье
И с утеса в бурливую воду прыгнул,
И тонул он в воде, а казалось, в сиянье
Золотого закатного солнца тонул.
Оглушали его барабаны и крики,
Ослепляли соленые брызги волны,
Он исчез.
И блестело лицо у владыки,
Точно черное солнце подземной страны.


И в наши дни, показывая туристам уцелевшую часть царского дворца бывшей столицы Абемеи, экскурсоводы подчеркивают полную добровольность происходившего: "Под этой хижиной находится могила 41 жены короля Геле, последовавших за своим супругом и в смерти. Это было в конце декабря 1889 года. В нескольких шагах от могилы короля построили большую подземную комнату и украсили ее дорогими тканями. В ней установили 41 ложе для жен короля, пожелавших умереть вместе с Геле. Перед тем, как закрыть эту громадную могилу землей, женщинам дали выпить сильно действующий яд, и они уснули вечным сном..."
Правда, нынешние гиды стараются патриотически убедить заезжих путешественников, что количество приносимых в жертву рабов по случаю смерти царей и королей было значительно меньше, чем указывают упомянутые европейские источники. Но и им в целях щекочущей нервы приманки для туристов приходится показывать своеобразный храм джехо, где, по их словам, до сих пор обитает душа короля Гезо. Стены джехо сделаны из глины, к которую добавлены жемчуг, золотая пыль и дробленые драгоценные камни, а замешано все это на пальмовом масле, спирте и... человеческой крови. Ходят слухи, что на крови стоят и многие другие здания дворцового комплекса, тянувшегося когда-то не одну милю. Можно представить, сколько для этого надо было обезглавить людей...
Что же могло заставить дагомейцев так легко расставаться с жизнью? Конечно, только вера. Огромная вера в то что быстрее перейдя "в мир ушедших", они выступят в нем в роли долгожданных вестников, любимых спутниц и желанных гостей и будут вознаграждены за все земные страдания. А потом возвратятся назад, значительно повысив свой "статус". К примеру, раб, пожертвовавший свою голову на алтарь королевской власти и величия, в следующем воплощении сам может родиться королевским отпрыском. Эта вера, заложенная в душу и подсознание народа многие столетия и даже тысячелетия назад, оказалась сильнее и человеческого прогресса, и более гуманных христианских религий.
Последние, кстати, делали попытку посостязаться с традиционными негритянскими культами еще при первом знакомстве с ними. В начале XVI века были построены католические храмы, и "тысячи людей крещено" португальскими миссионерами. Они даже несколько раз возглавляли военные походы бенинцев, когда цари, видимо, желали проверить могущество нового Бога в сражениях со старыми богами соседей. Но затем, в 40-х годах XVII столетия, из-за высокой смертности европейцев, которым трудно было переносить влажный и жаркий "малярийный" климат тропиков, католическая церковь отозвала своих священников и назначила на их места чернокожих. Негритянских пасторов должны были инспектировать каждые пять-десять лет, но, однако, уже в 1651 году бенинский царь не принял проверяющих, мотивируя это тем, что один из жрецов предсказал ему смерть от европейцев. Еще через 40 лет приехавшие католики обнаружили, что все их "обращенные" впали в язычество, а храмы превратили в культовые святилища. Кстати, даже первым официальным послом Бенина в Португалии был назначен приблизительно в те времена "жрец морской стихии, торговли и богатства" Олокуна.
К началу XIX века в Дагомее не осталось и следов христианства, и оно начало здесь вновь медленно приживаться стараниями новых поколений миссионеров только с середины столетия. Правда, в XVIII веке португальская королева сделала попытку окрестить бенинского царя Агонгло, и тот было согласился из меркантильных соображений, надеясь посредством такого "сближения" с Европой увеличить вывоз рабов. Но решение царя было расценено даже ближайшим окружением как измена, и его убила амазонка из собственной же охраны. А затем произошел кровавый дворцовый переворот. После чего среди чернокожих монархов не нашлось желающих последовать путем Агонгло.
Сориентироваться в сложной системе божеств и духов, а тем более что-то противопоставить им миссионерам и демонологам со стороны всегда было нелегко, потому что культы бенинцев оставались достаточно закрытыми, а то и вовсе тайными. Даже с вроде бы показательными жертвоприношениями все оказывалось непросто. То же "Человековедение" гласило: "Съедаются ли эти жертвы, неизвестно, так как туземцы скрывают от европейцев, куда они девают остатки убитых людей. Различного рода заклинания и суеверия указывают на существование у них людоедства; по крайней мере, человеческий жир употребляется при различных обрядах, а сердце убитого врага съедается, чтобы закалить собственный дух. Черепами убитых украшают дворец, дома и ограды. Головы убиваемых каждое утро жертв кладутся на порог царского дворца..."
Что же представляли из себя боги и духи бенинцев-дагомейцев-фон, требовавшие таких кровавых даров? Разобраться в их разветвленных пантеонах и имеющих несколько вариантов иерархиях было непросто даже подготовленным ученым-этнологам и специалистам по религиям. Тем более что заметное влияние на народности фон оказывали в разное время религиозные воззрения то одних, то других поочередно набиравших силу государств западного побережья. Особенно сильным, как мы уже упоминали, и в этом смысле оказалось давление йоруба, прослойка которых не только всегда существовала (и до сих пор существует) на территории Бенина, но и присутствовала рядом в виде мощного старинного государства Ойо (ныне Нигерии), постоянно осуществлявшего свои военные и духовные экспансии по отношению к дагомейцам. К тому же существует предание, что и фон, и йоруба когда-то очень давно вообще входили в одну группу народностей аджа и мигрировали вместе с территории современного Того. Это необходимо было обозначить потому, что без упоминания йоруба и его религиозных культов просто невозможно рассказывать о формировании вуду.
Итак, у племен фон существует несколько десятков мифов о собственном происхождении, которые можно разделить на две группы. Согласно первой, они вылезли из пор земли или спустились с неба. Вторая же группа версий ведет родословные различных племен от браков человека с каким-либо животным или даже растением. Есть кланы, связывающие свои корни с собакой, гиеной, свиньей, а дагомейский царский род — с леопардом, откуда и столь высок статус этого хищника. Такое существо, появившееся на свет в результате смешения человека и нечеловека, называется тохвийо и является объектом религиозного преклонения. Что касается первой группы, то для нее вместо тохвийо существует понятие воду — общее обозначение всех божеств и духов. Слово "воду" у фон по сути является синонимом "ориша" у йоруба, а многие их божества очень похожи друг на друга. Один из самых главных и распространенных воду, в честь которого возведено большинство храмов, носит имя Маву-Лиза. Предание связывает распространение его культа с именем дагомейского царя Тегбесу, попавшего еще до коронации на много лет в заложники к йоруба и по возвращению из плена энергично вводящего в жизнь и веру увиденное на чужбине. Маву-Лиза, как и его йорубский "двойник" Одудува, — двуединое божество-андрогин. Оно имеет два лица, первое (Маву) — женское и обращенное к ночи с глазами-луной; второе (Лиза) — мужское, обращенное ко дню и свету с глазами-солнцем. Женское начало олицетворяет еще и землю, плодородие, материнство, мягкость, прощение, сторону света запад, а мужское — небо, силу, воинственность, стойкость. Вместе же они символизируют единство мира и его двойственность.
Маву-Лиза и создал землю с помощью огромного змея Айдо-Хведо, что нес при акте творения упомянутого бога в собственном рту. Все долины, каньоны и хребты — как раз и есть следы, оставленные на земле гигантским полозом. Когда мир был сотворен, оказалось, что Маву-Лиза перегрузил его лесами, горами, реками и живыми существами. И тогда бог повелел Айдо-Хведо свернуться в коль-цо и поддерживать землю снизу. Когда он шевелится, происходят землетрясения. Но иногда этот змей, видимо, временно раздваиваясь и, не покидая ответственного поста, появляется на небе в виде радуги.
Двойственность Маву-Лиза позволила ему (в данном случае — им) выступить в роли супружеской четы и породить множество детей, отдав каждому в управление какие- то сферы жизни и стихии. Аге стал божество леса, диких животных и охоты, Джи — божеством грома, Аджапка — питьевой воды, Айаба — домашнего очага и т.д. И все они с течением времени получили на земле собственных служителей-жрецов, свои алтари и храмы, хотя часто последние представляли собой обыкновенные тропические хижины.
Особая роль выпала на долю самого младшего сына Легбы, который стал посредником между людьми и всеми богами. Без его помощи, как говорится, не достучаться ни до кого, поэтому первая жертва всегда приносилась и приносится Легбе. И его нерасторопностью, капризом или леностью в данный момент может быть объяснена любая неудача проводимого ритуала.
Важное место занимает и один из сыновей Гу, бог железа и всех связанных с этим металлом проявлений жизни, в том числе и войны. Вполне естественно, что Гу стал покровителем кузнецов. У йоруба ему соответствует божество с созвучным именем Огун, которое в глубокой древности считалось даже самым главным и до недавних пор обязательно удостаивалось человеческих жертв перед началом военных выступлений. В упомянутом дворце-музее и сегодня "в оружейном зале стоит статуя Гу. Она величиной в человеческий рост и сделана из кованого железа. Тело Гу как бы заключено в громадный конический панцирь, лицо искажено свирепой усмешкой, и от всего облика божества веет холодом смерти, жаждой разрушения. Но в его головной убор вплетены и изображения мирного труда, ведь они тоже делались из железа..."
Заслуживает упоминания и порожденное йоруба божество земледелия Ориша Око, храмы в честь которой возводились не только в городах, но и почти во всех деревнях и обслуживались профессиональными жрецами, точнее — в основном жрицами. Массовые церемонии при храмах устраивались во время праздников урожая, но женщины поклонялись Ориша Око каждое новолунье. При этом, как выражаются этнографы, "обряды сопровождались узаконенным нарушением жрицами норм сексуального поведения". В компетенцию этого божества входило и вынесение вердикта при обвинении женщин в колдовстве. Параллельно с Маву-Лиза существовал и существует менее значимый пантеон воду Со, тоже божества-андрогина, но управляющего только морскими стихиями, бурями, ливнями и просто дождями. Видимо, еще ниже ступенькой или чуть особняком находится "хозяин почвы" Сагбата со своими чисто земными слугами. Кроме того, существует поклонение предкам. Считается, что когда человек умирает, то разрушаются его тело и тень, покидает связывающий с божествами дух, но душа остается в могиле и может интересоваться жизнью своих родственников и влиять на нее, а затем, как мы уже упоминали, воплотиться в одном из потомков.
Немудрено, что при таком обилии разного рода покровителей-воду трудно определить, кому должен поклоняться конкретный человек. Помочь тут может только особый профессиональный жрец, в совершенстве владеющий дагомейской системой гаданий Фа (у йоруба — Ифа). Олицетворяющее Фа божество Гбаду восседает на небесной пальме и все оттуда видит и слышит. А поскольку на небе все происходит раньше, чем на земле, то он может еще и подсказать, чего следует ожидать в ближайшем или отдаленном будущем. Одновременно Гбаду является и "голосом Маву". Он-то и называет каждому дагомейцу еще в детстве имя персонального божества или покровителя и подсказывает, как выстраивать отношения с ним и какие приносить жертвы в традиционных или особо сложных ситуациях. Опытный жрец-прорицатель в роли гадалки нужен для того, чтобы со знанием дела истолковать все возможные 256 комбинаций Фа и аж целых 4096 Ифа, с каждой из которой иногда связано по нескольку притч. Тут уж действительно требуется профессионализм.
Поставив точку в последнем предложении и несколько сориентировавшись в сонме воду и месте официальных жрецов в нем, мы на время переместимся в некую оппозицию последних. И отправимся в гости к колдуну.

Назад Вперед


Источник: “ Служители трех миров ”.

Рейтинг публикации:

Нравится5



Комментарии (0) | Распечатать

Добавить новость в:


 

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Чтобы писать комментарии Вам необходимо зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.





» Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации. Зарегистрируйтесь на портале чтобы оставлять комментарии
 


Новости по дням
«    Декабрь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Погода
Яндекс.Погода


Реклама

Опрос
Ваше мнение: Покуда территориально нужно денацифицировать Украину?




Реклама

Облако тегов
Акция: Пропаганда России, Америка настоящая, Арктика и Антарктика, Блокчейн и криптовалюты, Воспитание, Высшие ценности страны, Геополитика, Импортозамещение, ИнфоФронт, Кипр и кризис Европы, Кризис Белоруссии, Кризис Британии Brexit, Кризис Европы, Кризис США, Кризис Турции, Кризис Украины, Любимая Россия, НАТО, Навальный, Новости Украины, Оружие России, Остров Крым, Правильные ленты, Россия, Сделано в России, Ситуация в Сирии, Ситуация вокруг Ирана, Скажем НЕТ Ура-пЭтриотам, Скажем НЕТ хомячей рЭволюции, Служение России, Солнце, Трагедия Фукусимы Япония, Хроника эпидемии, видео, коронавирус, новости, политика, спецоперация, сша, украина

Показать все теги
Реклама

Популярные
статьи



Реклама одной строкой

    Главная страница  |  Регистрация  |  Сотрудничество  |  Статистика  |  Обратная связь  |  Реклама  |  Помощь порталу
    ©2003-2020 ОКО ПЛАНЕТЫ

    Материалы предназначены только для ознакомления и обсуждения. Все права на публикации принадлежат их авторам и первоисточникам.
    Администрация сайта может не разделять мнения авторов и не несет ответственность за авторские материалы и перепечатку с других сайтов. Ресурс может содержать материалы 16+


    Map