Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  |  RSS 2.0  |  Информация авторамВерсия для смартфонов
           Telegram канал ОКО ПЛАНЕТЫ                Регистрация  |  Технические вопросы  |  Помощь  |  Статистика  |  Обратная связь
ОКО ПЛАНЕТЫ
Поиск по сайту:
Авиабилеты и отели
Регистрация на сайте
Авторизация

 
 
 
 
  Напомнить пароль?



Противовирусный препарат Виталанг-2. Приобрести.


Навигация

Реклама


Загрузка...

Важные темы
Работа Дмитрия Медведева над «ошибками» страны...
Управление, как реальность: кое-что о Фурсенко, образовании...
Новые реалии методологии управления
Алекс Зес: Тезисы управления
США:У нас мало времени! Час расплаты близок!
Л.Ларуш: Америка рухнет первой. "Мы входим в период бунтов"
Теоретическая география


Анализ системной информации

» » » Небесное государство в Китае

Небесное государство в Китае


21-01-2019, 16:22 | Открываем историю / Новый взгляд на историю | разместил: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ | комментариев: (0) | просмотров: (1 631)

Небесное государство в Китае. Часть 1

Крестьянская война, которая в будущем охватит южный Китай и несколько десятков миллионов человек, станет следствием другого восстания. Народ был сильно недоволен политикой, которую проводила маньчжурская империя Цин. Хун Сюцюань — лидер восстания за короткий срок успел создать на захваченных территориях новое государство — Тайпинское Небесное Царство. Что же касается слова «Тайпин», то оно означает «Великое Спокойствие». И по мнению исследователей, оно перекликается с раннедаоской школой Тайпиндао, существовавшей еще во времена Ханьской империи.




«Общество поклонения Небесному Владыке»

Очагом одного из самых масштабных и кровопролитных восстаний за всю историю Китая стала провинция Гуанси. Именно здесь летом 1850 года начался мятеж против маньчжурской династии Цин. Роль идейного лидера восстания взял на себя Хун Сюцюань. Бывший сельский учитель сумел не просто организовать новое политическое «Общество поклонения Небесному Владыке» с религиозным контекстом, но и привлечь в его ряды многочисленных сторонником. Интересно вот что: Сюцюань весьма, скажем так, творчески подошел к своего новоиспеченному «Обществу». Оно зиждилось на правилах, которые китаец «подсмотрел» и у христиан, и у буддистов, а также у последователей даосизма и конфуцианства. Проанализировав собранный материал, Хун получил «небесное государство всеобщего благоденствия» — Тайпин Тяньго. И это «государство» опиралось на идею всеобщего равенства и братства людей.

Хуну так сильно понравилось собственное детище, что он начал, скажем так, активно продвигать его в массы при помощи «агрессивного маркетинга». И простой сельский народ, уставший от безжалостной и малодушной цинской династии, проникся учением бывшего сельского учителя. А сам Сюцюань прекрасно понимал, что нужно действовать. Требовалось лишь дождаться подходящего момента. И такой ему предоставился летом 1850 года. Хун начал мятеж, призвав под свои знамена порядка десяти тысяч последователей. Сторонники нового «Государства» собрались в южной части провинции Гуанси, а точнее, в уезде Гуйпин, близ деревни Цзиньтянь. Вскоре сюда же подошли военачальники Сюцюаня вместе со своими отрядами. Самыми главными из них были Ян Сюцин, Сяо Чаогуй и Вэй Чанхуэй. А когда к населенному пункту подошел Ши Дакай во главе отряда в четыре тысячи человек, мятежники уже могли бросить вызов маньчжурской династии. С этого-то, собственно, и началось Цзиньтянское восстание. И оно очень быстро переросло в полноценную и масштабную Крестьянскую войну, когда началась в том же роковом 1850 году, а завершилась спустя восемнадцать лет.

Мятеж перешел в активную фазу в конце осени. Хун Сюцюань вместе со своими ближайшими соратниками, собрав двадцать тысяч солдат, начал войну. Причем шла под лозунгом борьбы за равенство и братство. Естественно, мятежники испытывали острую необходимость в финансах. Поэтому богатые сторонники «Государства» отдавали свои сбережения на благо «прекрасного будущего». Казна Сюцюаня находилась в Цзиньтяне, куда и стекались все деньги.

Надо сказать, что Сюцюань с умом подошел к созданию своего независимого государства. Первым делом он установил строжайшую дисциплину внутри своего «проекта», взяв за образец военную организацию. И, таким образом, изначально религиозная секта, словно по волшебству, превратилась в полноценное повстанческое государство и боеспособной армией. Причем мужчины и женщины жили отдельно друг от друга и их общение пресекалось в жесткой форме. Не обошлось и без, так сказать, «цветовой дифференциации штанов», ведь, как известно, без этого «общество лишено цели». Так вот, в знак ненависти к маньчжурской династии Цин мятежники носили красные повязки на головах и… не стриглись. Поэтому в правительственных «окопах» их называли «длинноволосой бандой».

Небесное государство в Китае. Часть 1

Хун Сюцюань


Императорские военачальники оперативно отреагировали по появление новой силы в Китае. Но раздавить в зародыше проект Сюцюаня не вышло. Уж слишком много у него было сторонников, которые весенними ручьями вливались в его огромную армию-реку. В конце 1850 года войска мятежников сумели нанести цинским войскам несколько серьезных и болезненных поражений. Но только одиннадцатого января 1851 года (в день рождения лидера бунта) из Цзиньтяня донеслось известие о том, что именно сейчас начинается настоящая война с маньчжурскими правителями за право на существование Небесного государства Высшего благоденствия. После этого сам Сюцюань стал называть себя «Небесным князем» — Тянь-ванем.

В начале 1851 года правительственные войска предприняли несколько попыток остановить мятежников, но безрезультатно. В тот момент повстанцы были очень сильны. Поэтому отбив атаки цинской армии, они двинулись на север Гуанси. И в конце августа повстанцы сумели занять важный и крупный город — Юнъань. Именно туда Сюцюань и перевел все свое правительство. Надо сказать, что к этому моменту, реальная власть над государством мятежников принадлежала вовсе не Сюцюаню, а его ближайшему помощнику — военачальнику Яну Сюцину. Сюцин стал «Восточным князем» — Дун-ваном — и встал во главе не только армии, но и всего административного управления. Еще несколько человек стали князьями оставшихся направлений. И только Ши Дакай получил титул И-вана — «Князя-помощника». Не обидел титулами и властью Сюцин и своих старых соратников. Среди которых был, например, Ло Даган — речной разбойник.

Благодаря стараниям Сюцина, армия мятежников представляла собой грозную силу. И она выгодно отличалась от войск правительства за счет железной дисциплины. Интересно вот что: все солдаты-мятежники бездумно следовали не только приказам своих командиров, но и христианским заповедям. Причем за их соблюдением следили вышестоящие армейские чины. И эта разница в начале конфликта имела глобальное значение. Дело в том, что солдаты Сюцюаня не позволяли себе никаких вольностей, касавшихся простых китайцев. Они не избивали, не грабили и не убивали. Этого им просто не разрешал их новый «христианский» бог. Поэтому местное население платило солдатам той же монетой. Крестьяне снабжали мятежников провизией и оружием, помогали обманывать и дезориентировать правительственных военачальников. Сами же мятежники очень жестоко обходились с пособниками маньчжуров. Они разрушали все административные здания и расправлялись с крупными чиновниками. Имущество богачей забиралось в пользу мятежа. Что касается продовольственных запасов, то нередко последователи Сюцюаня раздавали его нуждающимся крестьянам и обещали им, в случае победы над цинской династией, на три года освободить их от всех налогов. Естественно, это вызвало бурный восторг среди бедноты. И каждый старался, в силу своих возможностей, оказать помощь мятежникам.

В начале весны 1852 года правительственная армия, численностью порядка сорока тысяч человек, сумела заблокировать войска повстанцев в районе Юнъаня. Но долго сдерживать мятежников она не смогла. И уже в апреле те сумели прорвать окружение на направиться на север. Но, тем не менее, правительственная армия удержала Гуйлинь — столицу провинции Гуанси. Но тайпины не стали останавливаться. Они ворвались в провинцию Хунань. И здесь получили мощное подкрепление в количестве пятидесяти тысяч человек. В декабре мощная армия сумела без боя взять город Юэчжоу. Для цинской империи это был серьезный удар, поскольку мятежникам достались забитые оружием арсеналы. Была и вторая причина — тайпины добрались до Янцзы, и за короткий срок сумели создать свой собственный речной флот. Правительственные войска никак не могли помещать победному шествию воинства Сюцюаня. И когда у них появились корабли, мятежники двинулись по реке в восточном направлении. Их путь лежал в провинцию Хубэй. При этом простой народ встречал повстанцев как настоящих героев и освободителей. Естественно, недостатка в новобранцах у военачальников Сюцюаня не испытывали.

Буквально за месяц мятежники сумели захватить три главных крепости города Ухань — Ханьян, Ханькоу и Учаном. Бедняки, воодушевленные успехами армии Сюцюаня, оперативно подняли свое восстание и присоединились к повстанцам. Таким образом, армия тайпинов достигла отметки в пятьсот тысяч человек. А на реках их поддерживало порядка десяти тысяч кораблей.

Быстрый и фееричный успех мятежников, словно обухом ударил по голове маньчжурской власти. Правительство, что называется, растерянно хлопало глазами и не понимало, как исправить ситуацию. На горизонте уже отчетливо замаячила неминуемая катастрофа. По факту, тайпинам оставалось нанести последний и решающий удар — взять Пекин. Но… идти на север мятежники по непонятным причинам не решились.


Некоторые исследователи считают, что они сами не ожидали такого развития событий. И считали, что возле Пекина собрано большое войско, с которым им справиться не удастся. На самом деле это было не так. Но факт остается фактом. Повстанцы, не разобравшись в ситуации, продолжили активное наступление в восточном направлении. И в конце февраля 1853 года они сумели без боя занять главный город провинции Аньхой — Аньцин. А в марте тайпины, чья численность составила порядка миллиона солдат, захватили Нанкин. В этом городе они устроили настоящую резню, казнив более двадцати тысяч маньчжуров. Причем не щадили ни женщин, ни детей. Именно этот город Сюцюань сделал главным. Он переименовал его в Тяньцзин — «Небесная столица», превратив в столицу. Вскоре тайпины заняли Чжэньцзян и Янчжоу.

Захватив огромную территорию и выбрав столицу, Сюцюань взялся за укрепление своего Небесного государства. По факту, он являлся абсолютным монархом с неограниченной властью. Но очень скоро роль «человека-оркестра» ему надоела. И поэтому, «окопавшись» в Нанкине, Сюцюань полностью посвятил себя только вопросам, связанным с религией и ничего другое его уже не интересовало. Хун фактически отдал административную и военную власть в Небесном государстве своему ближайшему соратнику — Яну Сюцину. Бытовало мнение, что такую привилегию от Сюцюаня он получил благодаря тому, что обладал фантастическим даром — мог «воплощать дух божий». Интересно вот что: сделал Сюцина главным, Хун запретил всем остальным князьям своего государства обращаться к нему с какими-либо вопросами или проблемами. Для духовного лидера было важно сосредоточиться на религии. Что касается Яна, то он с радостью взял на себя обязанности главы Небесного государства. Более того, очень скоро он начал именно себя считать самым главным, не принимая в расчет Сюцюаня. Поэтому среди последователей Хуна постепенно начало нарастать недовольство фактическим правителем. Шли-то они изначально не под его ведь знамена…

Обустроившись в Нанкине, лидер мятежа представил свою программу под названием «Земельная система небесной династии». Этот документ и должен был стать конституцией нового государства. Главный смысл программы заключался в том, что все члены общества объявлялись равными в сфере и потребления, и производства. Более того, поначалу Сюцюань, стремясь к истинному «крестьянскому коммунизму», хотел отметь товарно-денежные отношения. Но потом, хорошенько все обдумав и посовещавшись со своей армией чиновников, он от этой затеи отказался. Дело в том, что его государство, пусть даже трижды «Небесное» не смогло бы жить без торговли, внутренней и внешней. Поэтому вскоре появилась должность Небесного компрадора, человека, занимавшегося исключительно торговыми делами. Что касается трудовой повинности, то она стала обязательной без исключения для всего населения новообразованного государства.

Особенно сильно досталось приверженцам традиционных китайских религий. Буддистские и даосские книги уничтожались повсеместно и в огромных количествах. По факту, все религии, кроме «китайского христианства» стали вне закона. Массовые зачистки произошли в прежних господствующих слоях, поскольку в этих людях тайпины видели угрозу своему «светлому будущему». А система сословий и вовсе была отменена, следом — распущена старая армия. По сути, Сюцюань, Сюцин и остальная верхушка начала все с чистого листа.

После роспуска армии главной военной единицей (а заодно и административной) стала община-взвод. В нее вошли представители двадцати пяти семей. Появилась и новая армия, куда вошло порядка тринадцати тысяч семей. Все они в обязательном порядке отправляли одного человека в армию. Таким образом, Небесное государство явно имело военизированное направление. При этом, что интересно, в нем нашлось место и для демократических порядков. Например, только народ имел право назначить военного на должность командира взвода. Избавили тайпины свое население и от архаичной традиции бинтования ног у девочек. Женщин они и вовсе уровняли в правах с мужчинами. Затем последовали запреты на курение табака, опиума, употребления спиртных напитков. Вне закона стали и любые игры, которых можно было отнести к категории азартных. Не обошлось, конечно, и без откровенной глупости. Ненависть к маньчжурской династии была столь сильна, что из-за этого тайпины уничтожили в Нанкине императорские шелковые мануфактуры, являвшиеся крупнейшими во всем Китае. Не пощадили они и императорские печи в Цзиндэчжэне, в которых процедуре обжига подвергался фарфор.

Попытки спасения

Династия Цин трещала по швам. Она, словно раненый зверь истекала кровью, ожидая последнего удара. Появление полноценного государства стало для маньчжурского режима настоящей катастрофой. «Подобающе» вели себя и чиновники в городах. Когда они узнавали, что к ним приближаются армии мятежников, то просто похищали казну и убегали. Именно поэтому многие населенные пункты, даже крупные, тайпины брали без боя. Местное население, брошенное на произвол судьбы, оказывалось лояльным к повстанцам и не видело смысла с ними сражаться.

В бедственном положении оказались маньчжурские финансы. Поскольку династия Цин утратила часть больших и богатых регионов, то поступления в казну резко сократились. А ведь правительству было необходимо тратить огромные средства на содержание своей армии, которая воевала и с тайпинами, и с представителями других народных движений. Плюсом шли большой отток серебра из страны из-за оплаты опиума и, конечно, коррупции на местах. Кстати, коррупция в то время достигла каких-то фантастических масштабов. Каждый чиновник считал своим чуть ли не святым долгом урвать хоть что-нибудь из казны. В общем, вели они себя так, словно даже не надеялись на то, что династия Цин сумеет сохранить власть.

Дефицит бюджета тем временем становился катастрофичным. Срочно требовалось решение, позволяющее хоть как-то удержать экономику государства на плаву. И в 1853 году маньчжурская династия начала печатать бумажные ассигнации, которые были приравнены к серебряной и медной монетам. Вот только ни гуаньпяо (серебряный номинал), ни баочао (медный номинал) не были обеспечены запасом соответствующих металлов. Вброс «бумажек» государство обеспечило за счет появления специализированных «денежных лавок». Вот только ни простой народ, ни торговцы ассигнациям не доверяли. Забегая вперед можно сказать, что «бумажные муки» были прекращены в 1861 году, поскольку ассигнации так и не получили хоть какую-нибудь покупательскую способность.

Параллельно с выпуском бумажных денег цинская династия решила пойти на крайние меры и ввела несколько новых налогов. Например, в том же 1853 году появился лицзинь — чрезвычайный военный налог на перевозку товаров внутри страны. Вот только такое бремя к тому времени уже существовало. Но о нем правительство просто «забыло».

И когда казалось, что цинская династия вот-вот падет, ей на помощь пришли китайские шэшьши (одно из официальных сословий государства) и крупные землевладельцы. Они, видя, что толку от маньчжурских «восьмизнаменных» и китайских «зеленознаменных» войск нет, решили действовать самостоятельно. Поскольку их совершенно не устраивал уклад, пропагандируемый тайпинами, то шэньши и землевладельцы сделали все от себя зависящее. А именно, привлекли туаньлянь – частные военные дружины. Именно они должны были дать достойный отпор повстанческой армии, поскольку сельское ополчение со своей задачей справиться не смогло.


Государство тайпинов


Благодаря частным дружинам появилась Сянская армия, которая была образована в провинции Хунань. Это войско под командованием Цзэн Гофаня представляло собой реальную силу в пятьдесят тысяч солдат, способную на равных биться с тайпинами. Вскоре у нее появился и свой речной флот. Затем появилась Хубэйская армия, которую возглавил Ху Линьи.

В 1854 году оба воинства отправились против государства мятежников. На протяжении двух лет шли ожесточенные бои с огромными потерями как с одной, так и с другой стороны. Но никому не удавалось склонить чашу весов в свою пользу. Правда, чуть ближе к этому были тайпины, но их подвели внутренние разногласия. В 1856 году повстанцы окружили Гофаня в Цзянси. Казалось, разгром его Сянской армии неминуем. Но повстанцы чего-то не поделили, поэтому устроили внутренние противостояние, забыв о маньчжурском военачальнике. А главные военные события переместились в стратегически важные провинции – Хуань и Хубэй. Правительственным армиям требовалось вернуть над ними контроль любой ценой. Дело в том, что эти земли являлись своего рода житницами всего Китая. Именно отсюда поставлялся рис и пшеница. И Сянская армия, сумевшая избежать разгрома по счастливой для нее случайности, начала действовать.

Пользуясь моментом, Гофань быстро сумел вывести свою армию на новый уровень. А о его военных успехах заговорил весь Китай. Это-то и стало для него гвоздем в крышку гроба. Маньчжурское правительство вместе с императором Ичжу резко усилившегося полководца испугались даже больше, чем повстанцев. Император так и вовсе воевал с тайпинами весь срок своего правления, поэтому к ним он, можно сказать, привык. Поэтому девятый император династии Цин сделал все от него зависящее, чтобы ослабить чрезмерно опасного Гофаня. И Ичжоу сделал ставку на две другие армии, военачальники которых не были столь авторитетны и влиятельны. А именно: на Сян Жуна и Цишаня. Весной 1853 года эти полководцы смогли нанести повстанцам несколько серьезных поражений и приблизились к Нанкину. Сян Жун подошел к городу с юго-запада и обосновался в «Южнобережном лагере». Примерно в это же время к Янчжоу подобралась армия Цишаня. Она встала так называемым «Северобережным лагерем».

В мае мятежники все же решили, что пришла пора двинуть свои силы на Пекин. И хотя момент для идеального наступления был упущен, тайпины рискнули. Но уже сразу многое пошло не по плану. На Пекин выдвинулись две армии. Но одна сразу застопорилась в затяжных сражениях с цинскими войсками, поэтому решать важнейшую задачу предстояло лишь трем корпусам мятежников, общей численностью порядка тридцати тысяч человек. Они сумели пройти через провинцию Аньхой и в июне встретились с одной из правительственных армий близ Гуйдэ. В упорной борьбе верх взяли тайпины. Но та виктория, по факту, ничего, кроме больших потерь, им не принесла. Дело в том, что армия повстанцев не имела возможности сразу организовать переправу через Хуанхэ. И солдаты проделали большой путь вдоль южного берега реке, пока не оказались в провинции Хэнань. При этом они постоянно подвергались атакам цинских отрядов. И, в конце – концов, из-за деморализующих налетов перебраться на другой берег Хуанхэ удалось далеко не всем тайпинам. Та часть войска, оставшаяся в провинции Хэнань, отступила на юг в более спокойные земли для восстановления численности и сил.

«Счастливчики» подошли к городу Хуайцину и начали его осаду. Но в сентябре ее оперативно свернули и направились в провинцию Шаньси. После чего – в Чжили. Их шествие вызвало панику в Пекине, поскольку никто толком не знал, какая сила приближалась к лавному цинскому городу. Император отдал распоряжение вывести все свои сокровища в Маньчжурию, богатые и знатные маньчжуры в экстренном порядке покидали город. В общем, все готовились к краху династии Цин. Но, как известно, у страха глаза велики. Армия мятежников представляла собой весьма слабую, уставшую и обескровленную военную единицу, которая, по большому счету, ничего уже не могла. Тайпины надеялись, что к ним примкнут крестьяне северных провинций Китая, но этого не произошло. Непреодолимым препятствием стало отсутствие понимания, поскольку северные китайцы говорили на другом диалекте. Отказались примкнуть к тайпинам и няньцзюни – крестьяне, которые начали свой бунт в Северном Китае в 1852 году.

Маньчжурские военачальники тем временем сумели собрать значительные силы. На защиту Пекина встали и «восьмизнаменные» армии, и частные дружины, и монгольская конница. А главнокомандующим являлся монгольский князь Сэнгэринчи. Он уже знал, что его войска значительно превосходят по численности противника.

Первым делом монгольских военачальник распорядился уничтожить все дамбы, чтобы затопить равнину. Этот ход позволил не пустить повстанцев к Тяньцзиню. Эта цель была достигнута. Как и вторая – продержаться до наступления холодов. Началась зима, которая была на руку маньчжурам. Повстанцы-южане сильно страдали от сильных холодов и острой нехватки провианта. К тому же, они постоянно находились в состоянии боеготовности, поскольку цинские войска то и дело совершали налеты на их лагеря. Все это очень быстро привело к деморализации тайпинов. Солдаты, находящиеся под гнетом сильного стресса, практически не могли воевать. Чем и пользовался монгольский князь, раз за разом натравливая на них быструю и маневренную конницу. Долго повстанцы протянуть в таких условиях, конечно, не могли… И в феврале они начали отступление. Правительственные войска сделали все возможное, чтобы оно превратилось для тайпинов в настоящий ад. Очень много повстанцев погибло. Среди них был и один из главных военачальников – Цзи Вэньюань.

Относительно благополучной ситуация для тайпинов стала только в мае. В этом месяце они сумели закрепить позиции в Ляньчжэне на Великом канале. Но все равно, по-настоящему мощного удара они бы не выдержали. В Нанкине это понимали. И к ним на помощь отправилась армия в тридцать тысяч человек, которыми командовали Цзэн Личан и Чэнь Шибао. А их Ляньчжэна им навстречу выдвинулась кавалерия во главе с Ли Кайфаном. При этом пехота осталась в городе. Ее командиру – Линь Фэнсяну – требовалось любой ценой отстоять город в случае нападения.

Поначалу для Личана и Шибао ситуация складывалась удачно. Они сумели форсировать Хуанхэ и взять важный город Линьцин. Но на этом успехи закончились. Повстанческая армия оказалась отрезанной от своих силами цинских войск, поэтому о поступлении провианта не могло быть и речи. Город пришлось оставить и двинуться в южном направлении. Уставшие и голодные повстанцы уже ничего не могли противопоставить противнику. Поэтому солдаты Личана и Шибао стали легкой добычей для Шаньдунской армии, во главе которой стоял Бао Чао.


Реконструкция резиденции Хун Сюцюаня в Нанкине


Что же касается армии Линя Фэнсяна, то она была истреблена под стенами Ляньчжэня. При этом сам Фэнсян угодил в плен. Такая же участь постигла и Ли Кайфана. Вскоре обоих тайпинских военачальников торжественно и с особым удовольствием казнили в Пекине.

Провалившийся по всем статьям северный поход тайпинов резко изменил ход войны. Теперь уже Хун Сюцюань и Ян Сюцин поддались панике. Они понимали, что их Небесное государство находится на краю пропасти. Поэтому им, точнее, Сюцину, пришлось резко менять военные планы. Теперь уже он не думал об атакующих действиях, необходимо было отстоять земли Тайпин Тяньго. Таким образом, в ожесточенной Крестьянской войне произошел перелом. И случилось это так внезапно для обеих сторон, что никто из них не был готов к такому повороту событий.
Автор:
Павел Жуков

 

Небесное государство в Китае. Часть 2

Крестьянская война, во главе которой встал Хун Сюцюань, быстро переросла в один из крупнейших военных конфликтов за всю историю Китая, сопоставимый с маньчжурским завоеванием, произошедшим в сороковых годах семнадцатого столетия. По своим масштабам война стала главным вооруженным противостоянием в девятнадцатом веке. Жертвами гражданской войны стали десятки миллионов человек. По разным версиям, число погибших составляло от двадцати до ста миллионов человек. Еще больше было беженцев, вынужденных покинуть родные земли из-за кровопролития. И в той войне империя Цин сумела одержать победу.




Успех Ши Дакая

О том, что произошел перелом, противоборствующие стороны догадались далеко не сразу. Поэтому на протяжении нескольких последующих месяцев тайнипы, скорее по инерции, продолжали атаковать и возвращать себе утраченные территории. По большому счету, это являлось бессмысленной тратой сил и ресурсов, потому что удержать столь обширные владения было невозможно. За май и июнь они смогли восстановить контроль над Аньцином. Затем утвердились в большинстве населенных пунктов провинции Аньхой. В феврале 1854 года тайпинскую армию ждал, по сути, последний важный военный триумф за текущий календарный год. Повстанцы сумели захватить южную часть провинции Хубэй, северные территории провинции Хунань, а также занять города Ханьян с Ханькоу. Близ них тайпины разгромили правительственную армию и начали верить в то, что ситуация изменилась. Но это было не так. Цинские армии — с южного и северного берегов — постоянно совершали набеги, нанося мятежникам сильный урон. Для борьбы с маньчжурами тайпинам приходилось то и дело перебрасывать свои войска в район Нанкина. А затем к этой «игре» подключилась с Сянская армия. Цзэн Гофаню, воспользовавшемуся усталостью противника, удалось уже в апреле разгромить сухопутные и речные войска противника близ Сянтаня. А летом Сянская армия освободила от тайпинов Юэчжоу. Дальше — больше. Осенью мятежникам пришлось сдать Ухань, а зимой они потеряли несколько тысяч кораблей из речной флотилии в битве у Тяньцззячжэня.

Надежда на спасение появилась лишь с приходом армии Ши Дакая. Опытный военачальник тайпинов уже зимой 1855 года сумел вернуть потерянные восточные земли провинции Хубэй. А весной он занял Ханьян и Учан. Окрыленный успехом Ши Дакай двинулся дальше. На протяжении всего года он укреплял власть тайпинов в провинции Цзянси, сумев к весне 1856 почти полностью ее подчинить. Западный поход, в отличие от Северного, оказался гораздо более успешным за счет вмешательства Ши Дакая. Благодаря его действиям мятежникам даже удалось разгромить сначала Северобережный, а затем и Южнобережный лагеря (его командир Сян Жун покончил с собой, чтобы не угодить в плен). Таким образом, Ши Дакаю удалось освободить Нанкин и расширить Небесное государство. Тайпины вновь поверили, что смогут одолеть ненавистных маньчжуров.

Дальнейшие события

После триумфа Ши Дакая ситуация стабилизировалось. Государству тайпинов требовалось время для осознания произошедшего и заживления ран. Маньчжуры, так сказать, были только «за». Им самим важно было взять паузу в противостоянии с Сюцюанем. Император Ичжиру, как и его окружение, уже больше не опасался того, что тайпины ворвутся в Пекин. Поэтому он дал распоряжение заняться «тушением» других очагов мятежей, который вспыхнули по всей стране. Дело в том, что успех тайпинов спровоцировал цепную реакцию бунтов. Например, в 1852 году за оружие взялись крестьяне северной части Китая. Это событие вошло в историю под названием «Восстание няньцзюней».

Силы няньцзюней были весь велики, поэтому маньчжурам пришлось долго с ними повозиться, отрядив на их усмирение большие армии (а ведь они могли все этого воевать как раз с тайпинами). Полыхали огнем мятежей и приморские земли. Здесь к войне против маньчжуров подключились самые разнообразные тайные общества, которыми так богат был Китай в те времена. Первыми «зажгли спичку» представители «Общества малых мечей» («Сяодаохуэй»), обосновавшиеся в южной части провинции Фуцзянь. Во главе мятежников встали два купца — Хуан Дамэй и Хуан Вэй. Пользуясь всеобщей неразберихой, два Хуана оперативно захватили несколько крупных городов (в том числе и столицу — Сямэнь) и торжественно объявили, что династия Мин восстановлена. Параллельно взбунтовалось «Общество красной монеты» («Хунцяньхуэй») во главе которой стоял Линь Цзюнь.

Вскоре в охваченную мятежом провинцию пришли правительственные войска. С августа по октябрь они осаждали Сямэнь и все-таки сумели взять город. В той битве погиб Хуан Дамэй. А Вейю с остатками армии удалось прорваться сквозь окружение и на кораблях добраться до архипелага Пэнху, что в тайваньском проливе. Здесь он обосновался и еще пять лет всячески портил жизнь маньчжурским войскам. Что же касается «Красной монеты» и Цзюня, то общество быстро перешло в режим партизанской войны, укрывшись в горах южной Фуцзяни. Но и с ними было покончено. Произошло это в 1858 году.

После того, как два Хуана сошли с батальной арены, их место занял новый лидер «Малых мечей» — Лю Личуань. Он организовал масштабный бунт уже в другой провинции — Цзянсу. С ним маньчжурам пришлось изрядно попотеть, поскольку Личуань и его соратники пользовались фантастической поддержкой местного населения. Благодаря всенародной любви «Малые мечи» без боя вступили в Шанхай, где и разместилось их двадцатитысячная армия. Интересно вот что: добившись быстрого успеха, Лю Личуань сообразил, что его жизненно необходимы союзники. Поэтому он сообщил, что «Малые мечи» являются сторонниками Хун Сюцюаня. И в Шанхае появилось «Великое Минское Небесное государство Великого благоденствия» («Да Мин Тайпин Тяньго»). Надо отдать должное цинским военачальникам. Они на протяжении полутора лет пытались взять Шанхай. Пр этом поддержку маньчжурам в этом нелегком деле оказала французская армия. Надо сказать, что французов совершенно не устраивала власть Да Мин Тайпин Тяньго, и всячески способствовали свержению Минского «филиала» Небесного государства. Причем помощь на первых парах была только финансовая. Но потом европейцы решили взять быка за рога и атаковали город собственными силами. Произошло это в самом начале 1855 года. Но даже наличие мощной артиллерии не помогло французам, Шанхай устоял. Правда, за эту победу мятежникам пришлось заплатить слишком высокую цену. У них практически закончились боеприпасы и появились проблемы с провиантом. Поэтому вскоре город все-таки был захвачен маньчжурами. Часть мятежников, прорвавшись сквозь окружение, ушла к тайпинам, другая — окопалась в Цзянси. Во время захвата Шанхая погиб и Лю Личуань, а цинские солдаты жестко расправились с мирным населением, поскольку считали жителей Шанхая предателями.


Государственная печать Тайпин Тяньго


Летом 1854 года началось еще одно восстание. На сей раз — в провинции Гуандун, а точнее, в одном из ее районов под названием Гуанчжоу. Этот бунт организовали тайные общества, входившие в организацию «Триада». Поскольку мятежники носили на головах повязку из красной ткани, цинская власть назвала их «красноголовыми бандитами» (хунтоу). У этого восстания было сразу несколько лидеров, каждый из которых являлся главой своего собственного тайного общества. Но главными являлись Хэ Лю, Чэнь Кай и Ли Вэньмоу. На первых порах они старались скоординировать свои действия и воевать ради достижения общей цели. После осады Гуанчжоу и захвата нескольких крупных городов, «красноголовые» смогли увеличить собственные армии до нескольких сотен тысяч солдат. Более того, на их сторону перешла даже маньчжурская речная флотилия. А восстание проникло на территорию соседней провинции Гуанси. Но на этом все и закончилось, поскольку личные интересы лидеров перевесили общую идею. Каждый из них пытался укрепить свою власть и сделать своего тайное общество главным. Не смогли они договориться и о будущем, которое ждало Китай после падения цинской династии. Из-за этого войска «красноголовых» действовали несогласованно и малоэффективно. Один из лидеров — Хэ Лю — объявил себя союзником тайпинов, но в этом его никто не поддержал. Чэнь Кай пошел еще дальше и недолго думая, основал династию «Великое спокойствие» («Да Нин»). А вот Ли Вэньмоу радел за возрождение династии Мин. Но так или иначе, мятежники создали собственное «Государство Великих Свершений» («Да Чэн го») в провинции Гуанси. Столицей же был выбран город Сюньчжоу. Конечно, правительственные войска взялись за ликвидацию очередного государства. И уже к декабрю 1855 года они выбили мятежников с территории Гуандуна. А вот изгнать их из Гуанси не удавалось вплоть до осени 1861 года.

К середине 50-х годов три эти крупные восстания были фактически подавлены. По крайней мере, мятежники получили сильнейшие удары и на какое-то время успокоились. Но о спокойствии династии Цин приходилось лишь мечтать. Дело в том, что многочисленные тайные общества продолжали свою «священную войну» против маньчжуров в южных провинциях. К ним то и дело примыкали вооруженные и озлобленные крестьянские группы. А за тем на «тропу воны» вышли неханьские народы вместе с религиозными меньшинствами. Их объединил национально-освободительных дух, мечтавший о свержении ненавистных маньчжуров.

Сначало против цинского императора выступили мяо, проживавшие в Гуйчжоу. А в 1858 году на этих же землях взбунтовались и хуэйцзу. Немногим ранее за оружие взялись мусульмане из Юньнани. Они, следуя сценарию, по-быстрому создали свое собственное независимое государство. И хотя мятежники уступали в силе правительственной армии, они сильно мешали, отвлекая на себя часть войск, предназначенную для войны с тайпинами.


В конце 1859 года мятеж вспыхнул и в провинции Сычуань. В эти земли пришел отряд бунтовщиков, который и подтолкнул местное население к восстанию. И очень скоро здесь цинской армии противостояло порядка трехсот тысяч солдат. Но их подвела разлаженность в действиях и плохая организация. Поэтому цинские военачальники поступили логично — они отлавливали и уничтожали отряды мятежников по одиночке, предпочитая не сходиться в бою с объединенной армией. И к началу 1683 года бунтари в Сычуань были окончательно разбиты.

Хаосом, царившим во всем Китае, решили воспользоваться «европейские партнеры». Ни французы, ни британцы, ни американцы уже не сомневались, что еще чуть-чуть и династия Цин станет достоянием истории. Для них победа тайпинов была более выгодной, поскольку тогда Китай стал бы полностью открытым и колоссально прибыльным рынком. При этом правда, Франция Англия и США всеми силами делали вид, что либо поддерживают нейтралитет, либо выступают на стороне маньчжурской власти. Но затем ситуация стала меняться, и европейцы дружно «переобулись», объявив династии Цин войну. Маньчжуры, что называется вздохнули, смахнули пот со лба и отправились на новый фронт. Ко всему прочему им теперь пришлось принять участие во Второй Опиумной войне.

Тайпины тоже люди

Расклад сил был таковым, что, наверное, даже самый отчаянный фанат и поклонник династии Цин сделал бы ставку на ее спасение. Слишком много противников было у маньчжуров. Но роль их главного палача должны были в обязательном порядке исполнить именно тайпины. Но… они были заняты куда более важными делами. А именно: стали делить власть и тонуть в омуте противоречий. Проблема, о которой в свое время не подумал Хун Сюцюань, вдруг превратилась в катастрофу. Дело в том, что «старые братья» и «старая армия» (то есть, те люди из Гуанси и Гуандуна, которые и начали мятеж) никак не могли договориться с «новой армией» (тайпинами из захваченных провинций). Проблему усугубляли противоречия и среди «стариков», поскольку уроженцы Гуанси спорили с уроженцами Гуандуна о том, у кого больше власти.

Причем поначалу Ян Сюцин поддерживал именно Гуанси и притеснял выходцев из Гуандуна. Но это было, скажем так, весьма глупо, поскольку за гуандунцев заступался Хун Сюциань. Вскоре положение стало еще хуже. Гуансийцы раскололись на два лагеря. Одни поддерживали Сюциня («Восточный князь»), другие выступали за «Северного князя» — Вэй Чанхуэя. И этот раскол получился из-за политики, которую проводил Ян Сюцин. Он отличался, как уже было сказано выше, высокомерием, алчностью и надменным отношением ко всем. Именно себя Ян считал единственным правителем Небесного государства. И, в конце концов, у него, что называется «снесло башню». Он, словно старуха, заявил, что:

Не хочу быть вольною царицей,
Хочу быть владычицей морскою,
Чтобы жить мне в окияне-море,
Чтоб служила мне рыбка золотая
И была б у меня на посылках.

А точнее, захотел забрать себе и роль духовного лидера Небесного государства. И летом 1856 года он прилюдно потребовал у Сюцюаня, чтобы тот воздал ему почести, как главному правителю. Такого унижения и предательства Хун простить не мог. Поэтому оперативно приблизил к себе Вэй Чанхуэя и попросил его «разобраться с проблемой». Естественно, «Северный князь» тут же согласился.

В начале сентября в Небесном государстве произошел государственный переворот. Чанхуэй вместе со своими солдатами устроил безжалостную резню, жестоко отомстив своему противнику. Погиб не только Ян Сюцин, но и все его родственники, друзья и приближенные. После этого реальная власть перешла к Вэй Чанхуэю и Цин Жигану. Они, что называется, дорвались, устроив настоящую охоту за сторонниками покойного Сюцина. За короткое время было казнено порядка тридцати тысяч человек. Причем, некоторые погибли «заодно», другие — из-за личной неприязни новых правителей. Так, например, произошло с семьей Ши Дакая. Естественно, такой произвол возмутил тайпинов. Представители семейств начали требовать у Сюцюаня вмешательства. А он… он просто боялся потерять власть и погибнуть от руки того же Чанхуэя. Но оказавшись под жестким давлением Хун приказал казнить и Чанхуэя, и Жигана. А у них, конечно, были несколько иные планы. Два дня в Нанкине шли бои между солдатами Сюцюаня и «Северного князя». И все же армия первого оказалась сильнее. Вэйя и Цина казнили. Новым лидером Небесного государства стал Ши Дакай. Он, словно кризисный менеджер, во второй раз сумел разрядить обстановку и наладить ситуацию. Причем это удалось ему сделать и среди тайпинов, и в войне с маньчжурами. Ши Дакай смог остановить мощную армию Цзэн Гофаня, победно шествовавшую по долине Янцзы и спас Нанкин. Мятежники прославляли своего правителя и верховного главнокомандующего. И Сюцюань, обжегшийся на молоке, решил подуть на воду. Он неожиданно решил, что Ши Дакай, как и его предшественники, решит всю власть забрать себе. Поэтому отстранил его от власти и отдал ее своим родственникам из семейства Хун и фаворитам. Оскорбленный Ши Дакай не стал разжигать конфликт и не захотел силой вернуть власть (а ведь мог). Вместо этого он со своей армией (около ста тысяч человек) ушел из Нанкина. Бывший «Князь-помощник» засел в провинции Цзянси и там воевал с маньчжурами. Но теперь уже он действовал самостоятельно, а не под знаменами Небесного государства.

После «смутного времени» Хун Сюцюаню только и оставалось, что схватиться за голову. За короткий отрезок времени он потерял, по сути, всех своих лучших военачальников. Без Сюцина, Чанхуэйя и Дакая армия тайпинов представляла собой, как говорил ослик Иа: «Жалкое зрелище, душераздирающее зрелище». По факту, командовать солдатами было некому. Обо всех этих изменениях в верхах Небесного государства, конечно, вскоре узнали маньчжуры. И сразу начали наступления по всем фронтам. В середине декабря 1856 года солдаты династии Цин сумели вернуть трехградье Ухань и нанести мятежникам несколько болезненных поражений. Просле этих событий тайпины только лишь оборонялись. А их войска возглавили Ли Сючэн и Чэнь Юйчэн.


«Нефритовый трон Небесного князя»


Интересно вот что: Ли Сючэн начал свой путь как простой солдат в самом начале восстания. И всего за несколько лет он, благодаря таланту, сумел дорасти до звания полководца с титулом «Верный князь» («Чжун-ван»). И после того, как погиб Сюцин и ухода Ши Дакая, именно Сючэн стал наиболее влиятельным и авторитетным военачальником. Что касается Юйчэна, то он получил от Сюцюаня титул «Героического князя» («Ин-ван»).

Армии под командованием Сючэна и Юйчена действовали довольно успешно. Он и наносили болезненные удары по правительственным войскам к северу и югу от Янцзы, тем самым, не позволяя маньчжурам сжать кольцо вокруг Нанкина. Но остановить все поползновения на столицу они, конечно, не могли просто физически. Цинские войска, не занятые противоборством с армиями Сючэна и Юйчена, за осень и зиму 1857 года сумели взять важные крепости — Хукоу, Чжэньцзян и Гуачжоу. Более того, уже в самом начале следующего года они сумели восстановить разрушенный Южнобережный лагерь. А параллельно с ним основали новый Северобережный лагерь. Правда, на новом месте — в районе Пукоу. Таким образом, Нанкин оказался на краю пропасти, угодив в мощные маньчжурские клещи. Цинские командиры и не думали останавливаться — Сянская армия захватила Цзюцзян и взяла под свой контроль Янцзы. За короткий отрезок времени территория Небесного государства резко сократилась.

Ши Дакая, как «кризисного менеджера» сумел на некоторое время заменить Ли Сючэн. Он сумел перестроить армии и пошел в контрнаступление. В конце сентября 1858 году Сючэн и Юйчэн совершили настоящий подвиг — совместными усилиями они уничтожили Северобережный лагерь и прорвали блокаду столицы Небесного государства. После чего тайпинские военачальники догнали Сянскую армию и разгромили ее. На этом противники и успокоились. Пауза в противостоянии была необходима всем. Пока тайпины облегченно выдыхали, маньчжуры, подавив несколько мелких очагов мятежей, приняли участие во Второй Опиумной войне.

Но на тропе войны оставался лишь Ши Дакай. До конца зимы 1858 года он с переменным успехом сражался с маньчжурами в провинции Цзянси. То они его гоняли, то он их. Затем эти «кошки – мышки» надоели талантливому военачальнику, и он вместе со своей армией вступил на землю Чжэцзян. Здесь пошло лучше. За короткий срок Ши Дакай смог взять несколько важных городов. Но под стенами Цюйчжоу его ждала неудача. За три месяца он так и не смог взять город, поэтому направился в Фуцзянь. План военачальник был одновременно прост и гениален – Ши Дакай решил захватить провинцию Сычуань, которую практически не коснулась гражданская война. Эти богатые и не разоренные полчищами солдат земли были идеальным местом для создания собственного государства.

К том времени армия Ши Дакая насчитывала порядка двухсот тысяч человек – грозная сила, способная решить многие задачи. И военачальник разделил ее на две равные части. Одну он возглавил сам, а командиром второй назначил своего родственника Ши Чжэньцзи. Путь им предстоял долгий и опасный, но оно, как говорится, того стоило. Свой путь Ши Дакан и его родственник начали в октябре 1858 года. С ожесточенными боями они медленно продвигались по южным землям Цзянси и северным территориям Гуандун на запад. Цинские военачальники понятия не имели, что именно задумал бывший лидер тайпинов, поэтому всеми силами старались его остановить. Как говорится, на всяких случай. И хотя обе части армии соединились по весне 1859 года, достичь поставленной цели они не смогли. Даже таких мощных человеческих ресурсов было недостаточно, чтобы пробиться в Сычуань. Маньчжуры все-таки поняли, что задумал Ши Дакай, поэтому и так старательно засовывали «палки в колеса». В конце концов, Ши Дакан решил изменить план. Поскольку пробиться в Сычуань не удалось, он приказал отступить в Гуанси. Здесь армия вновь распалась на две равные части. Чжэньцзи направился на юг измученной войной провинции, а Ши Дакай двинулся в западном направлении. Вскоре он захватил город Цинъюань, превратив его в свой опорный пункт.

Ши Дакан и Чжэньцзи надеялись, что им удастся наладить взаимодействие, но этого не произошло. И вскоре Ши Чжэньцзи столкнулся с правительственной армией в районе Байсе. Победа осталась за маньчжурами. Ши Дакай из-за нехватки провианта и постоянных цинских атак был вынужден покинуть свой опорный пункт и направиться на юг. К тому времени в его армии начались брожения. Измученные и голодные солдаты, в конце концов, подняли бунт. И от армии Дакая откололась чуть ли не половина его армии, решившая вернуться под знамена тайпинов. Но сделать это было довольно сложно. Лишь малая часть добралась до территории Небесного государства летом 1861 года. Остальные либо погибли, либо перешли на сторону маньчжуров. Кстати, цинские войска параллельно разгромили государство «красноголовных» и вплотную занялись «блуждающим» Ши Дакаем. А у него, по большому счету, уже и не оставалось пространства для маневра. Поэтому полководец направился на север. Слава о Ши Дакае шла впереди него. Поэтому, когда он в феврале 1862 года вышел на берег Янцзы, его армия вновь насчитывала порядка двухсот тысяч человек. Дакай намеревался форсировать реки, но маньчжурские войска не позволили ему этого сделать. Из-за этого военачальник вместе со своей огромной армией вынужден был чуть ли не целый год маневрировать вдоль берега. И все-таки однажды им удалось форсировать Янцзы. Таким образом, Ши Дакан вплотную приблизился к воплощению своего первоначального плана в жизнь. Они оказались на земле народа и. Ши Дакан не ждал от иских вождей удара в спину и ошибся. Оказалось, что маньчжуры предугадали такой поворот событий и позаботились о том, чтобы и встретили Ши Дакана «как следует». Во время переправы через реку Даду на военачальника и его солдат напали объединенные армии маньчжуров и народа и. Силы были слишком неравным, бой оказался коротким. Все соратники бывшего «Князя-помощника» погибли, а самого Ши Дакана казнили.

* * *

В начале шестидесятых годов территория, которую занимало Небесное государство, практически полностью лежала в руинах. По факту, не осталось ни одного населенного пункта, который бы не подвергся разграблению. Местные жители, кому повезло, конечно, выжить, массово покидали родные места. Соответственно, поля некому было возделывать, и они очень быстро пришли в негодность. Тоже самое произошло с оросительными системами, дамбами и плотинами. Торговать просто стало нечем. Начался голод. Соответственно, оставшиеся крестьяне уже не видели никаких улучшений при тайпинах. Все те послабления, которые им дало государство Сюцюаня сошли на «нет». Ухудшала и без того сложную ситуацию и сама власть. Родственники и фавориты Сюцюаня своим поведением все больше напоминали маньчжуров. Постоянные сражения требовали гигантских финансовых затрат и бесконечных человеческих ресурсов. Династия Хун нашла лишь один выход – нарастить количество налогов. В общем, власть сменилась, а ситуация стала только хуже. Крестьяне, уставшие от затяжной войны, хотели только мира. И им стало абсолютно все равно, кто им его обеспечит – тайпины или маньчжуры.


Памятник Ши Дакаю в городе Чэнду, где он был убит


Затем начало приносить свои горькие плоды и «китайское христианство», а точнее, «тайпинизированное протестантство». Хун Сюцюань натравливал своих последователей на представителей исконный китайских религий. И если в начале восстания это было мятежникам на руку, сейчас ситуация изменилась. Тайпины повсеместно разрушали буддийские, конфуцианские и даосские монастыри и храмы. Как только обстановка в Небесном государстве стала накаляться, большая часть населения, которая терпимо относилась к «христианству», тут же припомнила Сюцюаню все обиды. И первыми от него отвернулись влиятельные шэньши. За ними последовали и многочисленные крестьяне, не желавшие менять веру предков. Против тайпинов стали выступать еще и тайные общества, имевшие определенные силы и возможности. В общем, религиозная упертость Сюцюаня сыграла роковую роль. Вместо потенциальных союзников он получил врагов, мечтавших о возрождении династии Мин. Идеологическое оружие, на которое так сильно слепо уповал Хун Сюцюань было направлено против него. И народ вспыхнул. Сначала их приобщали к христианству чужеземцы, теперь этим «заболели» свои же. Терпение крестьян, ремесленников и торговцев лопнуло. Они начали борьбу против любого проявления христианства.
Автор:
Павел Жуков

Небесное государство в Китае. Часть 3 (окончание)

В начале шестидесятых годом над тайпинами стали сгущаться тучи. Изменение политического курса, внутренние распри и преследование людей по религиозному признаку поставили под сомнение существование Тайпин Тяньго. Предательство стало обычным делом. Многие полководцы переходили на сторону маньчжуров вместе со своими армиями. Но у тайпинов была надежда на спасение. Они верили, что европейцы, «братья по религии», не бросят их в беде. Вот только Сюцюань не знал, что французы и англичане решили сделать ставку на династию Цин. И шансов на сохранение жизни Небесного государства уже не оставалось.




Ли Сючэн – последний герой

Чтобы выжить, Небесному государству требовалось чудо. И оно произошло благодаря Ли Сючэну, который стал настоящим «кризисным менеджером» в сложившейся ситуации. Он понимал, что необходимо как можно скорее ликвидировать Южнобережный лагерь, а значит, разгромить стотысячную армию, которая там находилось. Сделать это, что называется, лоб в лоб было невозможно. Требовался хитрый маневр, чтобы рассредоточить превосходящие силы противника. Поэтому в начале весны 1860 года Ли Сючэн неожиданно для цинских военачальников совершил марш-бросок в Чжэцзян и в середине марта сумел взять Ханчжоу. Противник отреагировал на это соответствующим образом – отправил в провинцию часть войск для ликвидации угрозы. Когда об этом узнал Сючэн, он приказал своим военачальникам Чэнь Юйчэну и Ян Фуцину провести масштабную наступательную операцию на Южнобережный лагерь. Поскольку все было сделано быстро и точно, тайпинам удалось окружить противника. В начале мая состоялась ожесточенная битва, продлившаяся несколько дней. В итоге победа осталась за солдатами Небесного государства. Одолев цинскую армию, тайпины не позволили ей отступить и, что называется, добили. Когда с войском Южнобережного лагеря было покончено, вернулись маньчжурские солдаты из Ханчжоу. Ли Сючэну удалось и их разгромить. Таким образом уже во второй раз за время войны тайпины уничтожили Южнобережный лагерь и сняли блокаду с Нанкина. Благодаря этой блестящей победе, тайпины открыли себе дорогу на Чжэцзян и Цзянсу. Так начался Восточный поход.

На первых порах удача сопутствовала Ли Сючэну и его солдатам. В мае они сумели подчинить себе Чанчжоу и Уси. А в начале июня без боя заняли Сучжоу. При этом местное население воспринимало тайпинов как героев-освободителей от ненавистного маньчжурского режима. Естественно, в армию Сючэна потекли реки новобранцев. За короткий период тайпинскому военачальнику удалось увеличить численность своих войск на более чем пятьдесят тысяч человек. Более того, к на его сторону даже перешло несколько десятков тысяч цинских солдат. Этот успех и благосклонное отношение местных жителей позволили Ли Сючэну взять без сопротивления еще несколько населенных пунктов, а затем выйти к Шанхаю. Тайпинский военачальник считал, что европейцы окажут ему поддержку в борьбе с маньчжурами. Надо сказать, что вся верхушка Небесного государства была в этом уверена. Все они считали, что европейцы не оставят «братьев во Христе» в беде. Но… «западные братья по истинной вере» уже сделали свой выбор. И он был не в пользу тайпинов.

Здесь необходимо сделать небольшое отступление. Французы и англичане с нескрываемым интересом следили за развитием Гражданской войны ы Китае. Поначалу они действительно склонялись к тому, чтобы поддержать тайпинов. «Христиане» все-таки… Но это была лишь одна из причин, причем далеко не главная. Европейцы считали, что победа мятежников откроет для них новые площадки для торговли. И вообще, тайпины станут послушными марионетками, исполняющими любые приказы европейских «братьев». Но череда поражений и непоследовательная внутренняя политика Сюцюаня заставили англичан и французов пересмотреть свои первоначальные планы. Европейцы поняли, что тайпины не в состоянии справиться с династией Цин. Более того, не в состоянии они были и обеспечить жизнедеятельность своего Небесного государства без посторонней помощи. Но главный просчет правительства Сюцюаня заключался в том, что он запретил продажу опиума – главного источника сказочных богатств. И поэтому англичане с французами решили оказать помощь маньчжурам ликвидировать никому не нужное и неудобное «христианское государство». Такого же мнения придерживались и американцы. Они не видели смысла идти против европейцев в этом вопросе.

Ли Сючэн, конечно, ни о чем не знал и даже не догадывался. И поэтому без каких-либо опасений подошел к Шанхаю. Но вместо теплого и радушного приема его армию встретили артиллерийские залпы. Обескураженные и растерянные тайпины даже и не думали об осаде. Они поспешили удалиться…

Небесное государство в Китае. Часть 3 (окончание)

Цзэн Гофань


Шанхай праздновал победу. Особенно довольны были иностранцы. Например, американец Фредерик Уорд, который летом 1860 года собрал «Всегда побеждающую армию» для противостояния с тайпинами. Новая военная единица была создана под покровительством американского консула на средства китайских компрадоров. А вскоре появился «Франко-китайский корпус» и «Англо-китайский контингент». Такая вот «дружба народов». Сухопутные войска поддерживали европейские и американские военные корабли. При этом официально они оставались нейтральными. И прикрываясь эти статусом беспрепятственно курсировали по Янцзы с цинскими солдатами, оружием и боеприпасами. Известно, что в начале 1862 года Уорд располагал армией в восемь тысяч хорошо вооруженных солдат, которых поддерживали военные джонки и пароходы. Естественно, у тайпинов не оставалось даже призрачных шансов на победу. У них в союзниках числились лишь уставшие и деморализованные няньцзюни, которые предпочитали действовать по собственному усмотрению.

Айсиньгеро Ичжу, который правил Китаем под девизом «Саньфэн», сам не мог справиться с Небесным государством. Поэтому решить это надоевшую проблему он поручил авторитетным и влиятельным военачальникам, выдав им по сути карт-бланш. Но главным борцом с тайпинами считался военачальник Сянской армии Цзэн Гофань. После ряда побед над повстанцами он очень сильно укрепился, сумев стать наместником Лянцзяня. То есть, под его контролем оказались провинции Цзянсу, Цзянси и Аньхой, которые и составляли наместничество. Влияние Гофаня было столь велико, что он фактически забрал под свой контроль и провинцию Чжэцзян. Цинская верхушка, видя какую власть сосредоточил в своих руках Гофань, официально дала ему чрезвычайные полномочия для противостояния с тайпинами в тех землях. Понятно, что это была откровенная условность, Цзэн и без «разрешения» всеми силами старался ликвидировать «китайских христиан». Но теперь он это делал с императорского, скажем так, благословения. В этом деле ему активно помогали Ли Хунчжан и Цзо Цзутан, которые оперативно развернули на территории Гофаня создание новых антитайпинских армий. И вскоре династия Цин стала располагать в общей сложности восьмью полноценными армиями. Среди которых, конечно, особые надежды возлагались на Сянскую и Хуайскую армии. Последней, кстати, как раз командовал Хунчжан. А активную поддержку тем, как их называли, провинциальным армиям оказывали монгольская конница, правительственные китайские «войска зеленого знамени» и «восьмизнаменные» маньчжуры. При этом их вооружение было на порядок лучше и современней, чем у солдат Небесного государства. Например, в распоряжении цинских войск находились гаубицы, мортиры и винтовки. А командиры прошли обучение у иностранных коллег.

Пока династия Цин укреплялась и раздумывала над тем, как побыстрее устранить Небесное государство, Хун Сюцюань впал в депрессию. Он никак не мог определиться со стратегией спасения, поэтому отдал это дело на откуп своему родственнику – Хун Жэньганю. Тот, надо признать, отличался трезвым и осмысленным видением сложившейся ситуации, но этого было явно недостаточно. Будучи главой правительства, он в экстренном порядке решил провести несколько реформ, направленных на объединение разрозненных тайпинов. Но толку от этого практически не было. Небесное государство все сильнее деградировало под ударами цинских армий. Народ уже не верил в победу, поэтому ко всем решениям властей относился скептически, считая, что реформы лишь продлят и без того мучительную агонию.

А вот цинская власть скопировав европейскую модель реформ осталась в плюсе. И хотя было чувствительное поражение во Второй Опиумной войне, которая завершилась как раз в 1860 году, модернизация вооруженный сил по чужеземному образцу позволила сделать маньчжурскую династию сильнее, а главное, современнее. Кроме этого, в Китае начали массово и быстро строиться военные заводы, мастерские и арсеналы. А их работа была направлена на снабжение цинских армий. Ничего подобного в Небесном государстве, конечно, не наблюдалось. Буквально за несколько лет оно резко отстало от Китая в своем развитии.

Но агония, как известно, может продолжаться долго. Ли Сючэн не собирался сдаваться заранее. Он понимал, что необходимо сражаться до последнего, а там будет видно. Поэтому осенью 1860 года он и еще несколько военачальников отправились во второй Западных поход, который изначально уже был обречен на провал. Дело в том, что все армии тайпинов действовали несогласованно, в отличии от войск противника. А их положение еще больше ухудшилось после нескольких битв с Сянской и Хубэйской армиями. Тайпины, что называется, разбрелись по провинциям, в надежде «хоть не съесть, так понадкусывать». С последним дела тоже шли не так хорошо, как им бы хотелось. Ли Сючэн вместе со своим войском «путешествовал» по Цзянси, Хубэй и Чжэцзян. Кроме уменьшения численности его войска, толку от «вояжа» не было. Чэн Юйчэн попытался помочь осажденной крепости Аньцин, но потерпел поражение. И в начале сентября Цзэн Гофань ее захватил, оставив таким образом Нанкин без защиты с западной стороны. Чэнь Юйчэн пытался остановить триумфальное шествие цинских солдат, но безрезультатно. В его армии начались брожения и, в конце концов, солдаты взбунтовались. И первым делом они выдали своего командира маньчжурам. Вскоре Юйчэн был казнен. Так тайпины потеряли одного из лучших своих военачальников. Это событие позволило Сянской армии спокойно подойти к Нанкину с юга и начать осаду.



Чарльз Гордон


Единственным военачальником тайпинов, у которого хоть что-то получалось, был Ли Шисянь. Во время своего рейда по провинции Чжэцзян, он сумел установить контроль почти над всей ее территорией. По осени 1861 года сюда же добрался и Ли Сючэн. Совместными усилиями они сумели взять Нинбо и Ханчжоу. Таким образом, провинция Чжэцзян стала тайпинской.

Ли Сючэна, не смотря на все события, не оставляли мысли о Шанхае. Поэтому в начале 1862 года он предпринял вторую попытку захватить город. Но как только он появился у его стен, вновь начался обстрел. А затем армия Уорда вместе с франко-китайским корпусом и англо-китайским контингентом, при поддержке цинских войск, перешла в наступление. Для тайпинов это во второй раз стало полнейшей неожиданностью. Они никак не могли или не хотели поверить в то, что чужестранцы взяли сторону династии Цин. Затяжные и ожесточенные бои шли в провинциях Чжэцзян и Цзянсу. В одном из сражений погиб и сам Фредерик Уорд. Кроме него погибли также командиры французских подразделений.

В последний путь

После гибели Уорда, во главе «Всегда побеждающей армии» встал опытный британский офицер Чарльз Джордж Гордон. Произошло это знаковое событие в 1863 году. Вместе с другими европейско-китайскими армиями он принялся активно помогать главным цинским войскам. И к весне 1863 года в войне произошел окончательный перелом. Тайпины ничего не могли поделать с подавляющей силой противника. Они потеряли Чжэцзян, а кольцо вокруг Нанкина сжалось максимально сильно. Ли Сючэн, прибывший спасть столицу из Цзянцу, сделал все, что от него зависело. Военачальник попытался провернуть две масштабные военные операции, чтобы прорвать кольцо блокады, но потерпел неудачу. К этому времени цинские войска сумели еще и окончательно разгромить няньцзюней. У тайпинов не осталось ни единого союзника. Методично и хладнокровно, цинские войска уничтожили также все армии тайных обществ, которое дестабилизировали обстановку в провинциях Гуандун, Гуанси и Сычуань. То есть, теперь уже ничто и никто не мог отвлечь их от главного действа – захвата Нанкина.

Неизбежность поражения, словно паралич, сковал всю верхушку тайпинской власти. От нее заразилось и все многочисленное население. Дисциплина в войсках рухнула, солдаты отказывались воевать. Они массово дезертировали и переходили на сторону врага. Их примеру следовали военачальники и чиновники. Оставшиеся у власти влиятельные люди вместо поиска спасения начали выдавать сами себе титулы, ранги и награды. И… нашлись завистники. Государственные измены, заговоры и предательства стали обычным явлением. Хун Сюцюань смотрел на все это и ничего не видел. Точнее, ничего не предпринимал. Он уже смирился с гибелью своего Небесного государства. Поэтому окончательно замкнулся и только молился о спасении своей души. Все остальное его уже не интересовало.

А тем временем цинские войска и Гордон осадили Сучжоу и через несколько месяцев взяли этот город. Это стало своеобразным сигналом для всех остальных тайпинских военачальников. Они стали начали сдавать города противнику без боя, переходя на их сторону вместе со своими армиями. Весной 1864 года цинские войска заняли последние оплоты тайпинов – Ханчжоу и Чанчжоу. Теперь Небесное государство состояло лишь из одного города – Нанкина.

Столица к этому времени уже почти год как находилась в состоянии блокады. В Нанкине начался голод. Понимая безвыходность положения, Ли Сючэн разрешил мирным жителям уйти из города. К моменту финального противостояния его обороняло порядка четырех тысяч солдат. Единственная надежда на спасение заключалась в попытке прорвать оборону и, бросив город, укрыться в провинциях Хубэй или Цзянси. Но Хун Сюцюань отверг эту идею. И первого июня 1864 года он покончил с собой, выпив яд. Ли Сючэн остался один. Его крохотная армия (по сравнению с войсками противника) оборонялась до девятнадцатого июля, после чего цинские войска ворвались в Нанкин. Город фактически был уничтожен. Сючэн вместе с небольшим отрядом сумел вырваться из горящего Нанкина, но спастись ему все же не удалось. Тайпинского военачальника поймали и казнили.

Небесное государство перестало существовать.

* * *

Официально Крестьянская война закончилась с падением Нанкина. Но еще на протяжении четырех лет цинские войска вылавливали мелкие и крупные армии тайпинов, которые продолжали оказывать сопротивление. К ним примкнули и остатки няньцзюней. Но это лишь отсрочило их полное уничтожение. Цинские войска, словно охотничьи собаки, шли последу мятежников, не позволяя им восстановить силы. В середине августа 1868 года был уничтожен последний тайпинский отряд в провинции Шаньдун. А его командир Чжан Цзунъю покончил с собой. На этом была поставлена точка. Точно неизвестно, сколько людей погибло во время Крестьянской войны. Исследователи считают, что число жертв может варьировать от двадцати до ста миллионов.



Интересно вот что: Мао Цзэдун считал тайпинов настоящими героями-революционерами, которые не побоялись бросить вызов старой системе. В современном Нанкине есть Музей истории, в котором собраны материалы о Небесном государстве.


Источник: topwar.ru.

Рейтинг публикации:

Нравится4




Комментарии (0) | Распечатать

Добавить новость в:


 



 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Чтобы писать комментарии Вам необходимо зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.






» Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации. Зарегистрируйтесь на портале чтобы оставлять комментарии
 


Новости по дням
«    Февраль 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728

Погода
Яндекс.Погода


Реклама


Загрузка...

Опрос
Уход Лукашенко




Реклама
Загрузка...

Облако тегов
Аварии и ЧП на АЭС, Акция: Пропаганда России, Америка настоящая, Арктика и Антарктика, Блокчейн и криптовалюты, Воспитание, Высшие ценности страны, Геополитика, Импортозамещение, ИнфоФронт, Кипр и кризис Европы, Кризис Белоруссии, Кризис Британии Brexit, Кризис Европы, Кризис США, Кризис Турции, Кризис Украины, Кризис в России, Любимая Россия, Навальный, Новости Украины, Оружие России, Остров Крым, Правильные ленты, Россия, Сделано в России, Ситуация в Сирии, Ситуация вокруг Ирана, Скажем НЕТ Ура-пЭтриотам, Скажем НЕТ хомячей рЭволюции, Служение России, Солнце, Трагедия Фукусимы Япония, Хроника эпидемии, видео, коронавирус, новости, политика, сша, украина

Показать все теги
Реклама

Популярные
статьи



Реклама одной строкой

    Главная страница  |  Регистрация  |  Сотрудничество  |  Статистика  |  Обратная связь  |  Реклама  |  Помощь порталу
    ©2003-2020 ОКО ПЛАНЕТЫ

    Материалы предназначены только для ознакомления и обсуждения. Все права на публикации принадлежат их авторам и первоисточникам.
    Администрация сайта может не разделять мнения авторов и не несет ответственность за авторские материалы и перепечатку с других сайтов. Ресурс может содержать материалы 16+


    Map