Немедицинский каннабис

Из воспоминаний первого вице-спикера Ирины Геращенко: «Боже мой, как мы жрали на фронте! Сотни раз садились за стол с героями АТО, наворачивали лучшую в мире гречку со свиными шкварками, приготовленными по особому рецепту: ты порежь сало на тонкие шматочки, посоли, поперчи, обжарь в лучке, а затем добавь в гречечку. Дома же нельзя себе такое позволить, потому что постоянно сидишь на ореховой диете, лупишь ненавистную икру с семгой без хлеба.

 

Зато когда с Петром Алексеевичем приезжаешь под обстрелы бурятских снайперов, сразу же просыпается зверский аппетит и все ограничения снимаются сами собой...

В любой момент может прилететь снаряд из вражеской гаубицы. Но рядом с нашими любимыми спецназовцами из сил крайне быстрого развертывания ты сразу забываешь об опасности и съехавших прокладках. Нападает зверский жор. Не можешь дождаться, когда официанты в камуфляже накроют тебе стол и начнут таскать «смаколики» с полевой кухни: овощи, фрукты, печеньку, кабаньи туши, кабачки фаршированные, лобио, манты, пельмени, белое игристое, водку, консервированные помидоры, херес, хек, и ведь нельзя отказать! Если только попытаться это сделать, то сразу же смертельная обида. Поэтому мы жрали все и везде: в блиндажах, на передовой, в подбитом танке на дергающейся ноге героя из Львова, в столовых, кабаках, барах, придорожных кафе, стрип-клубах с улыбчивыми мальчиками в камуфляжных трусах. Ели руками, вилками, ложками, консервными ножами, самодельными деревянными членами и не могли нарадоваться! Как же изменилось обеспечение Армии после того, как наш сывочолый гетьман ее возглавил! Теперь все на передовой прекрасно питаются изысканными блюдами литовской и эстонской кухни, получая на десерт вкусную «рошенку», у которой вообще нет срока годности.


На жор Ирину явно пробивало неспроста. Возможно, это такая реакция на стресс. Тоже замечал за собой такую особенность: как только переволнуешься за нашего похуев… похудевшего Петра Алексеевича, так сразу же бежишь к холодильнику. А там, с...ка, пусто

И когда я вижу фотографию Зеленского, который на пару со своим посипакой Ермаком наминает борщец, а рядом сидят голодные воины без вилок и других столовых приборов (наверное, отобрали в целях безопасности), мой желудок испытывает чудовищные спазмы. Это же они должны были есть в первую очередь! Мы всегда так делали. Бывало, главнокомандующий наестся, достанет из кармана летного комбинезона нагретую апельсинку и давай всех угощать. Все кричат СУГС, плачут, смеются, поют гимн. Все это делают одновременно, а ты садишься в уголке с котелком гречки со шкварками, накрываешься плащ-палаткой и жрешь, жрешь, жрешь...».

В принципе, я не особо переделывал текст. Слегка усилил некоторые моменты. Наверное, это одно из лучших описаний жрачки в «Фейсбуке» за последние десять лет. Чувствуется, что Геращенко очень любит это дело, питается много и хорошо, но явно рефлексирует по поводу своей фигуры, напоминающей тумбочку на небольших спичечных ножках. По мне, так только Булгакову удалось превзойти творчество Геращенко: «А стерлядь, стерлядь в серебристой кастрюльке, стерлядь кусками, переложенными раковыми шейками и свежей икрой?».

На жор Ирину явно пробивало неспроста. Возможно, это такая реакция на стресс. Тоже замечал за собой такую особенность: как только переволнуешься за нашего похуев… похудевшего Петра Алексеевича, так сразу же бежишь к холодильнику. А там, с...ка, пусто. Да и изрядно отощавший Порошенко вызывает сложные, очень противоречивые чувства. Нет, никто его пожизненно не посадит, даже если все одобрят на фейковом плебисците соответствующий вопрос не приходящего в сознание президента. Тем более в таком состоянии: тощая шейка выглядывает из вышиванки, мятый френч больнично-военного типа, запавшие глаза, справка от врача в дрожащих руках... Хочется его накормить полукопченой колбасой, чтобы, б...ть, жрал как... Сорри, увлекся.

На жор пробивает и после употребления чисто медицинского каннабиса. Хоть в капельках (так это называет Зеленский), хоть в чистом виде, то есть с шишечками, которые потрескивают и наводят на веселые размышления о сути экзистенционализма. Потом да, тянет попить, поесть. Годится все: гречка без шкварок, печенька, пельмени с маслицем, политые уксусом и посыпанные перчиком, наваристый борщ, из которого соблазнительно торчит мозговая косточка.
Ирина Геращенко, несмотря на свою ненависть к «зеленым», двумя руками за легалайз. После того, как дунуть, и английские базы очень органично впишутся в ландшафт Николаева. Степь да степь кругом... И торчит башня с флагом Великобритании. Романтика

И это пятый вопрос, который лидер европейской державы задает своему счастливому народу. Может, курнете в медицинских целях? Повысите внутреннюю самооценку, станете добрее, будете спокойно воспринимать реализацию Будапештского меморандума.

Ирина Геращенко, несмотря на свою ненависть к «зеленым», двумя руками за легалайз. После того, как дунуть, и английские базы очень органично впишутся в ландшафт Николаева. Степь да степь кругом... И торчит башня с флагом Великобритании. Романтика. Потом хорошо зайдут американские крылатые ракеты, подлетное время которых из Харькова и Днепропетровска до «мягкого подбрюшья» РФ составит считанные минуты. Не, ну а кто еще должен давать нам гарантии безопасности и освобождать оккупированные территории? Только США и ментальные друзья из Британии.

Донбасс превратим в сплошную зону свободной торговли. Этакий огромный базар восточного типа, где беспошлинно можно купить тот же сушеный инжир, курагу, изюм, восточные пряности. Можно сварганить классный плов. Сначала наливаешь в казан специальное масло, которое продает хач на Бессарабке, раскаляешь его, добавляешь зернышки зиры. Пойдет не всякая, а такая темная, которой тот же хач торгует. Потом лучок. Лучше заморочиться и порезать его кубиками. Золотистая корочка, аромат, и сразу же кусочки телятины. Главное, чтобы они обжаривались, а не варились. Потом... Блин, опять на «Мастер-шеф» потянуло. Вся фракция «Европейской солидарности» будет столоваться на базах НАТО. И Геращенко напишет: «Приехали к своим побратимам-«котикам». Боже, какие гамбургеры они нам сделали! Жрали в два горла, запивали свежайшей колой, макали нагетсы в соус «сладкий чили» и заедали все жареной картошкой. Только вблизи крылатых ракет могу позволить забыть себе о диете».