Текущий избирательный процесс в Белоруссии ознаменовался формированием новых оппозиционных сил. Оставив в тени привычных оппонентов власти с их прозападной и националистической риторикой, на политическую арену впервые ступили видеоблогеры (Сергей Тихановский) и выходцы из элит (Валерий Цепкало и Виктор Бабарико), заострившие внимание на куда более злободневной социально-экономической повестке.

Это заметно освежило интерес общества к политике — даже на фоне пандемии люди активно записывались в инициативные группы, собирали и ставили подписи за выдвижение новых лиц в кандидаты. Проезжающие мимо предвыборных пикетов автомобили часто сигналили и громко включали песню Виктора Цоя «Перемен» в знак солидарности. Бабарико убеждал сторонников, что у него есть все шансы победить на выборах.

В какой-то момент несогласные граждане действительно в это поверили — эффект «ветра перемен» усиливало господство оппозиции в интернете, а также всё чаще раздающаяся поддержка из уст медийных персон, ранее аполитичных.

 

Недолго музыка играла

Такое положение дел не устраивало власть. Подобная активность и уверенность оппозиционной общественности могла бы крепнуть день ото дня, и после итогового подсчета голосов не в пользу альтернативных президенту Лукашенко кандидатов достичь своего апогея и вылиться в невиданные для белорусской истории массовые протесты. Поэтому Центризбирком сделал всё, чтобы три новых оппозиционных лидера, консолидирующих недовольную часть населения, оказались вне политической гонки.

В самом начале кампании — 15 мая — не зарегистрировал инициативную группу колесившего по стране и собиравшего на встречи немало людей Сергея Тихановского. На документах отсутствовала личная подпись блогера — он на тот момент отбывал арест. Тихановский изначально позиционировал себя как кандидат протеста, и регистрация была для него возможностью законно проводить пикеты и вести стримы с площадей Белоруссии.

В ответ на отказ неожиданно выдвинулась в кандидаты супруга видеоблогера Светлана Тихановская. Сергей через несколько дней освободился и стал использовать пикеты по сбору подписей в поддержку жены в качестве площадки для выражения общественного недовольства и ведения стримов. Правда, недолго. Уже 29 мая он был снова задержан и до сих пор находится в местах заключения. Роль кандидата протеста осталась за Светланой Тихановской.
Уличная активность без лидера заметно поубавилась, и недовольная часть электората продолжила консолидироваться вокруг Валерия Цепкало и особенно Виктора Бабарико. За выдвижение последнего в президенты активисты собрали беспрецедентные для альтернативных кандидатов почти полмиллиона подписей при минимальном пороге в сто тысяч, за Цепкало — более ста шестидесяти тысяч.

 

Однако и здесь вышел облом. 18 июня под арест попал Бабарико — его подозревают в противоправной деятельности во время нахождения у руля «Белгазпромбанка». Политик не утратил шансы быть зарегистрированным (позже даже признают необходимое количество подписей за его выдвижение), но в тот же вечер на улицах Минска произошел стихийно организованный митинг против его задержания. Общественности стало в целом понятно, что всё идёт к окончанию его избирательной кампании.

Таким образом, уже ко второй половине июня на свободе остался лишь один из трех основных конкурентов Лукашенко — Валерий Цепкало. В оппозиционных кругах надежда была ещё не потеряна. Но и этот политик через две недели был фактически выбит из предвыборной гонки путём отбраковки большей части подписей за выдвижение — ЦИК признал только семьдесят тысяч при необходимой сотне.

Отсеивание наиболее опасных конкурентов произошло разными способами и было растянуто во времени, что разделило и «размазало» протест их электората в течение месяца, тем самым снизило градус накала.

Разочарование и апатия активистов многократно возросли, но самое интересное — регистрация кандидатов — было ещё впереди. Во время данной процедуры должен был окончательно разрешиться ряд интриг. Зарегистрируют ли Виктора Бабарико (пусть он и оставался за решеткой) и Светлану Тихановскую (пусть не имеющую отношения к политике, но ставшую символом протеста своего задержанного супруга) в качестве кандидатов, а также сможет ли Цепкало обжаловать непризнание львиной доли своих подписей.

Аутсайдерам — зеленый свет, фаворитам — красный

Но 14 июля чуда не случилось — ни Виктор Бабарико, ни Валерий Цепкало не были зарегистрированы в качестве кандидатов. Первого, как и предполагалось многими экспертами, отстранили из-за несоответствия реальности декларации о доходах, что связывают с уголовным делом, по которому политик проходит как подозреваемый. Второй так и не «отвоевал» необходимые подписи.

«Андердогов» кампании — Анну Канопацкую, Андрея Дмитриева и Сергея Череченя, остававшихся в тени фаворитов, наоборот, пропустили легко и без лишних вопросов. Им практически не урезали количество подписей, а по сообщениям из штаба Череченя, насчитали даже больше, чем было собрано. Это представители той самой, «старой» оппозиции. Причем, представители не самые яркие — многие считают данных политиков «спарринг-партнерами» власти.

Зарегистрировали, хоть и долго обсуждали неуказанное в декларации имущество, и Светлану Тихановскую. При текущих раскладах протестное сообщество будет консолидироваться именно вокруг нее: новая фигура в политике, олицетворяющее своего популярного супруга, кандидат протеста. Регистрация Тихановской выглядит эдаким «жестом доброй воли» со стороны ЦИК. Мол, новых оппозиционных лидеров, не регистрируем, но представителя одного из них оставляем.

 

В то же время, среди фаворитов оппозиции она самый уязвимый и наименее опасный для власти политик: домохозяйка, воспитывает двоих детей, не имеет ни политического опыта, ни амбиций. Вряд ли она будет всерьез бороться за власть, поэтому является, скорее, символическим кандидатом.

«Страну они не получат!»

Без Тихановского, Бабарико и Цепкало выборы в Белоруссии значительно потеряют в интриге и постепенно перейдут в привычное русло предсказуемости. Похожая ситуация была во время прошлой президентской кампании. Тогда — в 2015 году — у Лукашенко тоже не было серьезных оппонентов, которые могли бы составить ему реальную конкуренцию и объединить вокруг себя не только оппозицию, но и весь недовольный электорат. Чего не скажешь о кампании 2010 года, когда зарегистрировали практически всех основных конкурентов, и всё закончилось многочисленными уличными акциями, разгонами протестующих, реальными сроками для кандидатов и существенным ухудшением отношений с Западом.

Власть изначально и планировала провести избирательную кампанию по сценарию 2015 года: максимально незаметно, тихо и спокойно. Об этом говорит хотя бы назначение даты выборов на 9 августа, когда разгар отпускного сезона, а пандемия еще не успеет закончиться. В непростых политических и экономических условиях, особенно на фоне усиливающегося информационного господства оппозиции, роста протестных настроений и стремления сохранить лицо перед Западом, власть желает свести собственные риски к минимуму и точно не повторить 2010 год. Ставка сделана на снижение политизации общества и уличной активности.

На этом фоне действия властей привели не только к отстранению главных конкурентов Лукашенко, но и к изоляции политиков от своих сторонников, что по идее должно свести массовые акции без организаторов на нет. А помимо Тихановского и Бабарико за решеткой сейчас находятся и традиционные лидеры протеста из «старой» оппозиции — Павел Северинец и Николай Статкевич. Остающийся на свободе Цепкало ранее выразил неготовность организовывать подобную активность, а Тихановская вряд ли будет призывать выходить на улицы и тем более координировать действия людей.
Пострадала ли в итоге избирательная интрига? Сложно сказать, была ли она изначально. Скорее, была лишь надежда несогласных на перемены. Но происходящие процессы заставили многих снять розовые очки.