Александр Лукашенко прилетел с визитом в Вену и провел там официальные встречи с президентом Ван дер Белленом, премьер-министром Курцем и председателем парламента Соботкой. Белорусский президент ранее уже бывал на Западе (в частности, в Италии и в Ватикане), однако, эта поездка стала первой с того момента, как члены ЕС отменили личные санкции против него самого и других представителей белорусского режима. Почему он выбрал именно Австрию? Этот вопрос возникает потому, что Лукашенко приглашали во Францию (окончание Первой мировой войны), в Брюссель (годовщина создания «Восточного партнерства») и Польшу (начало Второй мировой войны), а также в Латвию, но тех приглашений он не принял.

Можно предположить, что выбор был обусловлен несколькими факторами, самым важными из которых выступали российско-австрийские отношения и активность Австрии в Белоруссии. Речь идет об активности как в бизнесе (напомню, что к единственному работающему в Белоруссии банку с участием западного капитала имеет отношение группа «Райффайзен»), так и в политике. К последней сфере следует отнести не только визит Себастьяна Курца в Минск, но и совместные немецко-австрийские инициативы в исторической сфере, касающиеся концлагеря Малый Тростенец. Созданный на его месте мемориал в прошлом году вместе посетили президенты Германии и Австрии.

Свое значение имеет также то, что Йоханнес Хан (Johannes Hahn) австрийский политик из партии, которую возглавляет Курц, стал сейчас еврокомиссаром по вопросам расширения ЕС и политики добрососедства, а Белоруссия ведет спор с Литвой по поводу строительства атомной электростанции, расположенной, как полагает Вильнюс, в опасной близости от границы. Накануне визита Лукашенко появилась информация, что спорные вопросы будут решаться не на двустороннем белорусско-литовском, а на европейском уровне, что сделало фигуру Хана еще более важной. Не исключено также, что у Лукашенко просто остались хорошие воспоминания от отдыха в Тироле, где он в начале века катался на лыжах. Ту поездку полностью оплатил (что обошлось ему в 200 000 евро) владелец сети казино, который занимал тогда пост главы австрийского Олимпийского комитета.

Однако Австрия может казаться Минску самым лучшим партнером еще (или даже в первую очередь) потому, что она традиционно проводит пророссийскую политику. Если составлять рейтинг наиболее пророссийских государств Европейского союза, ее можно было бы поставить, пожалуй, на первое место. Правда, президент Макрон всеми силами старается ее обогнать, но пока пальма первенства все же остается у Вены. Кроме того, Австрия — нейтральное государство, не входящее в НАТО, что исключает появление домыслов на тему того, действительно ли Лукашенко хочет сблизиться с коллективным Западом только на экономической почве.

Однако многие аналитики, чьи мнения цитирует пресса, полагают, что белорусский президент отправился именно в Вену в связи с намеченными на следующий год президентскими выборами. Во-первых, он стремился показать, что его вновь принимают на высшем уровне в странах старой Европы, и поэтому отклонил приглашение Риги, а во-вторых, хотел играть на мероприятии главную роль, а не выступать одним из его участников, и поэтому не поехал ни в Париж, ни в Брюссель, ни тем более в Варшаву. В последнем случае решающее значение (как он объяснил сам) также имело то, что туда не пригласили Путина. Одновременно Лукашенко старался «не спровоцировать» Москву, а именно провокацией там сочли бы присутствие на польских торжествах белорусского лидера в ситуации, когда Польша демонстративно не направила приглашение российскому. Кроме того, следует учитывать, скажем так, особую чувствительность или обычаи, связанные с тем, как на востоке отмечают такого рода годовщины.

Хорошей иллюстрацией в этом контексте стала поездка в Вену, где Лукашенко сразу же после своего прибытия, еще во время неофициальной части визита, возложил венок к памятнику, посвященному освобождавшим австрийскую столицу советским воинам. Сделал он это в сопровождении послов членов СНГ — организации, в которую входят все появившиеся после распада СССР государства, кроме стран Балтии и Грузии.

В польских дискуссиях на тему последних событий в Белоруссии часто звучит мысль (сразу отмечу, на мой взгляд, абсолютно неверная), что политика своего рода разворота Минска к Европе и США, которую мы наблюдаем в последнее время, свидетельствует о желании белорусского режима сменить геополитическую ориентацию или, по меньшей мере, выстроить несколько более уравновешенную систему отношений. В свете того, что происходит в реальности, такие надежды кажутся необоснованными и преждевременными, это просто попытка выдать желаемое за действительное. Прежде всего следует отметить, что все широко обсуждаемые шаги Минска (намерение поставлять углеводороды через Клайпеду или украинские порты, покупая сырье в том числе в США, и создать водные пути из Черного в Балтийское море) пока остаются планами, намерениями, жестами, а не конкретными, запущенными и претворенными в жизнь инициативами.

При этом, если описывать ситуацию в двух словах, в противоположную сторону маятник отклоняется все сильнее. 19 ноября в Москве должно пройти заседание совета министров Союзного государства России и Белоруссии с участием премьеров Румаса и Медведева. СМИ сообщают, что к этому моменту будут завершены переговоры в рамках 31 интеграционной программы («дорожной карты»). Половину, как рассказывается, уже удалось полностью согласовать, а в остальных остаются спорные моменты, в том числе имеющие принципиальное значение, так что, по всей видимости, в течение недели преодолеть разногласия не удастся. Споры касаются таких сфер, как сельское хозяйство, энергетика (в том числе ядерная), газовый и нефтяной рынок.

В прессу просочилась информация, что согласованием этих вопросов займутся Путин и Лукашенко на своем запланированном на 8 декабря «саммите», который пройдет в годовщину создания Союзного государства. В ходе этого мероприятия планируется подписание ряда интеграционных соглашений.

Некоторые эксперты предполагают, что в тех сферах, в которых придти к согласию невозможно, например, в области унификации налогового законодательства, Путин и Лукашенко просто сделают «шаг вперед»: они объявят, что цель состоит в создании не единого кодекса для двух стран, а двух максимально приближенных друг к другу. Российская пресса предсказывает, что после подписания соглашения об интеграции в экономической сфере Москва усилит свое давление на Минск, чтобы добиться политической интеграции.

Эффективные инструменты давления у нее есть. При рассмотрении в белорусском парламенте проекта бюджета на 2020 год оказалось, что Минск не может рассчитывать на 423,6 миллионов долларов, который он получал в рамках процедуры так называемой перетаможки российской нефти. Напомню, что в 2017 году появилось соглашение о сотрудничестве в нефтяном секторе, которое предусматривало, что из-за роста цен на газ Белоруссия сможет поставлять из России 6 миллионов тонн нефти в год и реэкспортировать ее с зачислением экспортной пошлины в свой бюджет. Сейчас в результате «налогового маневра» россияне снизят экспортные пошлины до нуля, увеличив при этом налог на добычу полезных ископаемых. В итоге белорусы не заработают, а помимо этого цены на российский газ могут вырасти, поскольку Газпром хочет повысить их для всех покупателей, в том числе (или даже в первую очередь) для стран ближнего зарубежья (например, Армении), у которых нет альтернативных источников снабжения.

В ближайшее воскресенье в Белоруссии пройдут выборы в нижнюю палату парламента. Выборы (если можно так назвать белорусский способ отбора депутатов) в верхнюю палату прошли в прошлое воскресенье и не принесли никаких сюрпризов кроме, пожалуй, одного: очень низкой явки. Столь же мало интереса проявляют белорусы к идущей избирательной кампании, в том числе к акциям, которые организует слабая оппозиция. Наблюдатели полагают, что в Палату представителей не попадет ни одного оппозиционера (по крайней мере, пока нет оснований для того, чтобы считать иначе).

Иными словами, изменится мало. Белоруссия будет интегрироваться с Россией, поскольку Европа не очень стремится и, собственно, не может предложить ей какую-либо альтернативу. Будет продолжен курс политики малых шагов, не подразумевающий переломных событий. Если те и начнут происходить, то в рамках более широкого российско-европейского сближения и только после президентских выборов, то есть не раньше второй половины 2020 года. Москва будет в то время занята подготовкой к 2021 году, когда пройдут выборы в Думу. Все сегодняшние встречи, жесты и заявления служат прелюдией именно к этому периоду.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.