Состоявшееся на прошлой неделе 14-е ежегодное заседание дискуссионного клуба «Валдай» носило очень амбициозное название — «Мир будущего: через столкновение к гармонии». В течение первых нескольких лет дискуссионный клуб «Валдай» — изначально созданный для того, чтобы предоставить иностранным экспертам по России возможность ближе познакомиться с особенностями внутренней и внешней политики этой страны — занимался обсуждением главным образом внутрироссийских процессов. Однако в последние несколько лет внутренняя политика России обсуждалась довольно мало, а в центре внимания чаще всего оказывались вопросы мировой политики. В этом году эксперты обсуждали самые разные темы, от конфликтов между богатыми и бедными, между человеком и природой, между «универсализмом» и «гуманизмом», до степени готовности стран к будущим угрозам и проблемы «черных лебедей». Только на одной сессии обсуждалась тема внутренней политики, и объектом той дискуссии была вовсе не Россия. В центре обсуждения оказались США и вопрос, который волнует американцев: что будет дальше? Меня и других экспертов попросили поделиться нашим мнением об «итогах политического кризиса в США».

 

Кульминацией конференций клуба «Валдай» всегда становится выступление Владимира Путина. В этом году на сцене к нему присоединился бывший президент Афганистана Хамид Карзай (Hamid Karzai) и китайский предприниматель Джек Ма (Jack Ma), основатель интернет-гиганта Alibaba. Затрагивая темы, которые обсуждались на панельных заседаниях клуба, Путин сделал акцент на росте риска начала войны, особенно ядерной войны. Заявив, что Россия полностью выполнила все условия соглашений по контролю над вооружениями, которые она подписала вместе с США, он отметил, что неспособность США выполнить их обязательства в соответствии с Соглашением об утилизации оружейного плутония 2000 года озадачила и вызвала тревогу. Хотя Путин подверг критике северокорейскую программу по разработке ядерного оружия, он все же призвал к диалогу.

Путин также вернулся к одной из своих постоянных тем, снова заговорив о том, что настойчивое стремление Запада добиться признания независимости Косово открыло ящик Пандоры сепаратистских движений. Он даже привел цитату из постановления Международного суда 2010 года, поддержавшего право Косово на отделение от Сербии, чтобы оправдать сепаратистские движения на постсоветском пространстве. Он обвинил Евросоюз и США в том, что произошло на Украине, и обвинил Киев в том, что тот не выполнил условия Минского соглашения. Он обвинил США в «поддержке сепаратизма и радикализма на нашем Северном Кавказе». А когда его спросили, не совершала ли Россия ошибок, он ответил, что главной ошибкой России стало то, что она слишком доверяла Западу, а главной ошибкой Запада было то, что он истолковал это доверие России как слабость и злоупотребил им.

 

Но несмотря на уже ставший привычным длинный список обвинений в адрес США, Путин не позволил себе критиковать президента Трампа. Напротив, Путин даже подчеркнул, что к Трампу необходимо относиться с уважением как к законно избранному лидеру США и что Конгресс и суды мешают американскому президенту реализовывать его программу в области законодательства. Он заявил о готовности России сотрудничать с США, но только на условиях взаимного уважения и полного равенства.

 

Некоторые другие ораторы тоже выступили с критикой в адрес США. Один высокопоставленный российский чиновник, принявший участие в сессии «Америка: что дальше?», заявил, что проблемы России с США начались в 1994 году с расширения границ НАТО, и категорически отверг утверждение о том, что Россия вмешалась в американские выборы. По его словам, Америка заявляет, что Россия не понимает американскую систему, но это не так. Россия, объяснил он, понимает американскую систему, но это не помогает.

 

Один высокопоставленный чиновник, говоривший о российской экономике, сделал акцент на положительных изменениях, таких как увеличение темпов роста ВВП, увеличение объемов запасов твердой валюты и уменьшение зависимости государственного бюджета от продажи нефти и газа. Он отметил, что западные санкции обошлись России всего в 1% ее ВВП. Указав на укрепление связей с Китаем и растущее экономическое значение Китая для России, он заявил о необходимости развивать российский Дальний Восток и решать существующие там демографические проблемы. Как и многие другие, он высоко оценил результаты смены губернаторов российских областей, которая, по его мнению, позволила омолодить систему.

 

В этом году большевистской революции в России исполняется ровно 100 лет, и официальная Россия демонстрирует двоякое отношение к вопросу о том, как нужно отмечать эту дату и нужно ли ее отмечать вообще. В конце концов, революция большевиков стала матерью всех «цветных» революций. Путин отметил, что она имела как положительные, так и отрицательные последствия. Некоторые участники «Валдая», придерживающиеся левых взглядов, пожаловались на то, что 100-летняя годовщина тех событий отмечается недостаточно широко. Сессия с участием историков, посвященная Русской революции, оказалась самой интересной из всех сессий клуба. Во время дискуссии возникли разногласия касательно того, почему и как все произошло и какие последствия имели те события. Когда ораторы начали обращаться к личному опыту и заговорили об участии членов их собственных семей в той революции, сложность и трагедия российской истории стала очевидной. Среди их предков были генералы Белой армии, крестьяне и рабочие-революционеры, а также аргентинские коммунисты, которые прибыли в Россию, чтобы принять участие в революции. Каким был консенсус? Что, возможно, еще слишком рано давать окончательную оценку тем бурным событиям столетней давности.

 

Эпитафией этой конференции стало высказывание одного высокопоставленного российского чиновника: «Мы только выглядим как европейцы, но на самом деле мы другие».

 

Анджела Стент — директор Центра изучения Евразии, России и Восточной Европы Джорджтаунского университета и автор книги «Границы партнерства: российско-американские отношения в 21 веке» (The Limits of Partnership: U. S-Russian Relations in the Twenty-First Century).