макрон

Поверхностный взгляд на реакцию Берлина на нашумевшее интервью главы французского государства Эммануэля Макрона британскому журналу The Economist, наиболее сенсационным моментом которого была констатация «смерти мозга» НАТО, создаёт впечатление, что правительство Германии считает слова Макрона слишком резкими и в целом не разделяет рвения Парижа дистанцироваться от США.

Многим, действительно, могло показаться после комментариев немецких официальных лиц, что Германия не так, как ядерная держава Франция, тяготится ролью вассала Вашингтона и не жаждет — в отличие от Парижа — вернуть себе и Евросоюзу геополитическую субъектность на путях развития и укрепления безопасности маргинализирующейся в глобальном мире Европы и установления взаимопонимания с Россией.

Макрон, напомним, констатировал, что США поворачиваются спиной к своим европейским союзникам, подставляют их, и Европа больше не может рассчитывать на американскую поддержку, а поэтому должна начать жить своей головой и уметь сама себя защитить.

Что говорят в Берлине?

Диагноз НАТО и другие идеи Макрона, бывшего банкира Ротшильдов, которые он высказал в интервью ими же контролируемому журналу, быстро прокомментировали в Берлине.

«Эта точка зрения не соответствует моей», — заявила Меркель, выступая на совместной пресс-конференции с генсеком НАТО Йенсом Столтенбергом. Она отметила, что «трансатлантическое сотрудничество является неотъемлемой частью сотрудничества» в рамках НАТО.

«Я считаю, что такой выпад не нужен, даже если у нас есть проблемы», — многозначительно добавила Меркель. В своих выступлениях в последние месяцы она выражала между тем похожие взгляды, но не столь резко.

Федеральному канцлеру вторил министр иностранных дел ФРГ Хайко Маас, заявивший на совместной пресс-конференции с главой Госдепа США Майком Помпео, что не разделяет идеи Макрона о том, что дни альянса сочтены.

В опубликованном в воскресенье интервью еженедельнику Der Spiegel Масс усомнился, что Германия и Европа смогут защитить себя без США. Он отметил, что проведение внешней политики и политики безопасности без сотрудничества с Вашингтоном и НАТО было бы безответственным, а «разделение европейской и американской безопасности — опасным».

«Для Германии ясно: было бы ошибкой, если бы мы стали подрывать НАТО. Без Соединённых Штатов ни Германия, ни Европа не в состоянии эффективно себя защитить», — заявил он.

«Мы многие годы будем нуждаться в НАТО. Она символизирует распределение нагрузки, международную кооперацию, многосторонность», — заверил глава МИД ФРГ.

«Да, мы хотим сильную и суверенную Европу. Но она нужна нам как часть сильной НАТО, а не как замена альянса», — утверждал Маас.

Понятно, что главным адресатом этого интервью был Вашингтон. А его цель — успокоить американцев.

Однако в том же самом интервью Мааса имеется пассаж, который ставит под сомнение вышесказанное. Глава МИД ФРГ высказался за создание Европейского совета безопасности, в котором «европейцы объединят свои усилия в сфере внешней политики и политики безопасности». Он пригласил для участия в этом органе и Британию, «даже если она и покинет ЕС».

Что читается между строк?

Наряду с мечтами о «сильной и суверенной Европе» это предложение означает, что Берлин на самом деле вполне поддерживает Париж, но, безусловно, считает, что действовать надо осторожнее и не пугать Вашингтон и контролируемое им НАТО до того, как для европейской эмансипации будет создан мощный практический задел.

О том, что такое прочтение публичных выступлений по данной теме Меркель и Масса не ошибка, свидетельствует традиционное еженедельное видеообращение федерального канцлера, посвящённое на этот раз 64-й годовщине основания бундесвера. В нём Меркель призвала Европу самостоятельно развивать новые системы вооружений.

«Мы будем в будущем совместно развивать системы вооружений, в том числе проект военных самолётов и проект танков. Германия и Франция находятся здесь на острие развития», — заявила канцлер ФРГ, чья реакция на интервью Макрона была истолкована некоторыми СМИ чуть ли не как отказ от создания Евроармии. По её словам, «европейские члены НАТО должны в будущем взять на себя больше ответственности», в том числе в рамках PESCO. Речь идёт о программе постоянного структурированного сотрудничества стран-членов ЕС по вопросам безопасности и обороны, которая направлена на более тесное сотрудничество в сфере безопасности и обороны европейских стран в рамках Глобальной стратегии ЕС по внешней политике и политике безопасности.

Меркель подчеркнула необходимость объединить «военный компонент с внешнеполитическими интересами и сотрудничеством в области развития» в ЕС. В качестве предлога — или прикрытия — для этого она назвала «конфликт на Украине и аннексию Крыма» Россией.

Хотя совершенно очевидно, что эти меры в куда большей степени направлены против США, относящихся к Европе вообще и к Германии, в частности, как к своей колонии. Ведь это именно американцы пытаются сорвать выгодные ведущим странам ЕС экономические проекты вроде «Северного потока — 2», ведут торговые войны против сообщества, стремятся всячески ослабить его. Ничем подобным Москва, которая надеется, что ЕС однажды всё же заговорит своим голосом и перестанет участвовать в качестве подневольного подручного в американских интригах, не занимается.

Делаем выводы

Таким образом, и Меркель, и Маас являются, как видим, точно такими же сторонниками европейской эмансипации от сменивших имперскую щедрость на своекорыстие и вообще переориентирующихся на тихоокеанский регион США, как и Макрон. Просто в силу большей политической, экономической и военной зависимости от Вашингтона (американские войска не ушли из Германии после Второй мировой войны) Берлин вынужден — в отличие от Парижа — проявлять большую осторожность и деликатность.

Нет никаких сомнений в том, что как только создание Евроармии и тесное сотрудничество европейских стран в оборонной сфере продвинутся достаточно далеко, НАТО будет дана отставка. Ибо никакой геополитической субъектности у Европы не будет, пока американцы будут контролировать и определять вопросы её обороны и безопасности, использовать европейские контингенты для затыкания дыр в своих глобальных авантюрах, от которых Европа несёт сплошные издержки, в частности, из-за миллионных потоков беженцев. Тратить европейцам огромные средства и на Евроармию, и на НАТО — и невозможно, и глупо. И выбор тут — очевиден.

Кстати, и сама Франция не сомневается, что Германия действует с ней заодно. Макрон в своём нашумевшем интервью не согласился с мнением журналиста The Economist, что немцы не разделяют стратегическое видение французов, не имеют особого желания менять статус-кво, «всё время отталкивают» его: «Это не совсем так. В вопросе обороны они с нами, что ранее было табу. Они стратегические партнеры по амбициозным проектам, в том числе по экспорту вооружений…».

На франко-германском Совете министров 13 июля 2017 года, — продолжал Макрон, — мы запустили два крупных проекта: танк и самолёт будущего. Все говорили: «Нам это никогда не удастся». Это очень сложно, но мы делаем успехи, это возможно. Мы запустили европейскую интервенционную инициативу… Это свидетельствует о растущем осознании вопроса об обороне… Нестабильность нашего американского партнера и рост напряженности привели к тому, что идея европейской обороны постепенно начинает реализовываться… Я бы добавил, что нам на каком-то этапе придется подвести итоги деятельности НАТО.

В общем, Макрон предрёк НАТО конец, сболтнув, что немцы в этом вопросе вместе с французами. И «дымовая завеса», которую срочно поставили вокруг данной темы Меркель и Маас, вряд ли обманет американцев.

Что же касается интересов России, которую вряд ли удовлетворит прописанная ей Макроном роль не до конца равноправного партнёра ЕС, то для неё большой вопрос, с чем ей на самом деле выгоднее иметь дело: со всё более недееспособным «старичком» НАТО или мощными военными потенциалами США и ЕС, если они совместно — на основе практически общих ценностей или стратегических интересов — однажды обратятся против неё. Но это уже тема отдельного разговора.