ОКО ПЛАНЕТЫ > Аналитика событий Украины > ЧВВМУ имени... НАХИМЕНКО?

ЧВВМУ имени... НАХИМЕНКО?


1-01-2010, 18:22. Разместил: sergeyussr

ЧВВМУ имени... НАХИМЕНКО?

В стародавние времена эпохи развитого социализма в стране было всё большое, и Военно-морской Флот, понятное дело, был Океанским. Служила там чёртова уйма народу, служила не чета нынешним – аж по три года, а управляли этой уймой, вот прям как сейчас, офицеры. Но нужно их было как тогда, т.е. много.

Кузниц офицерских кадров для ВМФ (на флотском «новоязе» - систем) было одиннадцать штук, а с потешными войсками Наркомпроса – Ленинградским Нахимовским училищем – ровно дюжина. В них поступали, в них учились и их заканчивали, не очень задумываясь над названиями абсолютного большинства из них, а так… Испытывали некоторое подсознательное неудобство и всё. Ну и что? В те поры вся страна испытывала такое же неудобство по самым разным причинам, а спроси почему, и затруднятся ответить. А задуматься, между тем, было о чём.

Ну, в самом деле, старейшее в стране Высшее Военно-морское училище в Ленинграде, ведущее по слухам, с которыми упрямо боролся Политотдел, свою историю от Морского кадетского корпуса Его Императорского величества, носило имя сомнительного со всех точек зрения флотоводца Михаила Васильевича Фрунзе. Моряки, лёгкие, в общем-то, люди, ограничились в обозначении этого учебного заведения только фамилией флотоводства с ударением на последнюю букву, и успокоились. Вытеснили, так сказать из сознания…

Как же, вытеснили. Наоборот, как раз в подсознание и загнали. Ведь их коллегам по образованию, получавшим его под державным шпилем аж самого Адмиралтейства, повезло еще меньше. Мало того, что их угораздило поступить в инженерное училище, обрекая себя на пожизненную борьбу с подчинёнными, так и норовящими к звучащему, как музыка, флотскому званию присовокупить малопочтенное на флоте слово «инженер». Оно у них ещё и имени Дзержинского! Ну, были бы «инженерами человеческих душ», было бы понятно. А то ведь нормальные же трюмные, электрики, турбинисты…

Ну и, наконец, апофеоз. В городе Ленинграде, колыбели трёх революций, не могли обойтись без имени их вождя, и ещё одному училищу, тоже, кстати, инженерному, присвоили имя Ленина! Двусмысленность ситуации, видимо, была очевидна на всех уровнях Командования и священное имя бедным маслопупам (см. слово «инженер») носить на бескозырках запретили. Ну, в самом деле, прёт гарнизонный патруль в комендатуру пьяного курсанта, а у него на лбу такое..! Но изящно выйти из ситуации не смогли: нет, чтоб написать на ленточке «ВВМИУ» и более внимания не обращать?! То то, что нет - написали «Ленинградск. Высш. Воен.-морск. инженерн. училище» и уверяли, что вождю мирового пролетариата просто места не хватило.

С истинными флотоводцами у них в Питере и дальше не складывалось. Не находилось никак лисянских с крузенштернами, бутаковых, сенявиных и проч. Высшее Военно-морское училище радиоэлектроники носило имя изобретателя радиосвязи по версии ЦК КПСС: ВВМУРЭ им. Попова. Говорят, вышеозначенный Попов путал балтийских штурманов, передавая команды флагмана по «беспроволочному телеграфу». Не оценив сих заслуг, моряки, люди ещё и остроумные, опустили одно «В» и быстро разаббревиатурили так: всесоюзное музыкальное училище работников эстрады имени Олега Попова.

Было, было там, правда, серьёзное во всех смыслах учебное заведение: Высшее Военно-морское училище подводного плавания. Но и оно – имени Ленинского Комсомола! Ленкомом, чтоб не путать с московским театром («фи, Москва - провинция!»), звать язык не повернулся. Нарекли Подплавом – самая суть и не обидно.

На бескрайних просторах Великой социалистической Родины было ещё два, казалось бы, приличных учебных заведения, про которых никто толком ничего не знал. К обоим, как к командным, относились, в общем-то, с уважением, но расположены они были в строго противоположных углах отечества: в Калининграде и во Владивостоке, т.е. отовсюду далеко. Калининградское было никого не имени, хотя сейчас, говорят, стало имени Фёдор-Фёдорыча Ушакова (слава Богу, конечно, хотя и загнали святого в анклав). Делали там артиллеристов и штурманов (ударение на вторую букву с конца), из которых первых Хрущёв изничтожал хуже, чем Сталин генетиков, а вторых ненавидит любой моряк со времен изобретения компаса (ударение на третью букву с того же конца). Во Владивостоке же, городе, который моряки всего мира на всех этого самого мира языках зовут исключительно Владик, все было безупречно – училище носило имя адмирала Степана Осиповича Макарова. Злые языки, правда, утверждают, что он больше учёный, чем бравый вояка, а стал-быть почти «штафирка» и «пиджак», и вообще из юнкеров флота и кадетского корпуса не кончал. Ну и что? Зато свой брат-моряк и с ударениями у него всё в порядке. Да и вообще, это так далеко, что наименее информированные оптимисты из выпускников полагали никогда в тех местах не бывать. Наивные… У каждого своя Цусима.

Сейчас все эти бурсы называются гражданским словом «институт» и, хотя обучающихся не перекрестили ни в «институток», ни даже в «студентов», а по-прежнему именуют курсантами, они у нас есть и, даст Бог, никуда не денутся. Позвольте,- скажет знакомый с азами математики читатель – а где же ещё четыре институ… то бишь училища? Увы, дорогой читатель, мы их потеряли. Безвозвратно ли, нет ли, но после беловежских бдений мы их потеряли.

Сразу оговорюсь, что Киевское Высшее (?!) Военно-морское политическое училище без имени любой моряк, включая распоследних маслопупов, был готов потерять с момента его основания. Да-да, оно готовило политработников для ВМФ! Вернее, их военно-учётная специальность в редакции мореманов звучала, как «политработник-минус-штурман», и никак иначе. Что они выделывали на навигационных картах, лихо бросая якоря в центре о.Мальта и строго посередине пересекая Италийский полуо.!!! Слава Богу, после того, как один из них, политрук Саблин чуть не спёр у державы большой противолодочный корабль «Сторожевой», намереваясь совершить на нем вояж в Швецию, им близко запретили подходить к штурманской прокладке и они твёрдо заняли по боевому расписанию место «у пульса матросских сердец». По боевой же готовности №2 они отравляли жизнь и всем прочим категориям личного состава. К тому же и офицерами они были не очень. В отличие от выпускников всех остальных, действительно Высших Военно-морских училищ, эти учились четыре года, а не пять, и потому этих гиен в лейтенантских погонах на всех четырёх флотах неофициально числили курсантами пятого курса… Так что с приобретением тебя, братская Украина!

А вот Каспийское ВВМУ жалко. Расположенное в городе Баку на берегу Каспийского озера, оно готовило штурманов и химиков. Прибытие его выпускников на флота вызывало на этих самых флотах неподдельное изумление и немой вопрос «зачем?». Правда, если в отношении штурманов он скорее звучал как «зачем ещё-то?» и, как правило, весь остаток службы оставался без ответа, то с химиками всё очень быстро разъяснялось: вместе с начмедом, особистом и замполитом химик обеспечивал перманентно готовый квартет для партии в «козла». Был у них там ещё один факультет. Для братьев по оружию. Немцев, румын, болгар… Поляков там… Поговаривали, что видели даже чехов со словаками, хотя, судя по карте, у них и моря-то никакого нет… А-а, вьетнамцы были… Кубинцы… Что там сейчас творится – неизвестно, но, по ощущениям, первые намылились по штральзундам-щецинам, а то и по анаполисам..! А вторые – вьетнамцы с кубинцами – кажется, вообще больше ничему не учатся… КВВМУ также носило имя практически неизвестного флотоводца Сергея Мироновича Кирова, но, во-первых, убили его всё-таки во флотском городе (расположенном на реке). А во-вторых, оно дало миру писателя-химика Александра Покровского, и не просто чисто поржать, а и погрустить над «72 метра». А фильм какой..!

А кому довелось побывать там на практике или спартакиаде, сохранит о КВВМУ без преувеличения восхитительные воспоминания – забор в забор с ним расположен Бакинский пивзавод! Нет, Каспийское – жалко.

И ещё два жалко. Находятся они в городе Русской морской славы Севастополе, расположенном на Чёрном море, после греческого Понта Евксинского долго именовавшимся Русским. Основан он русским адмиралом Клокачёвым, построен русским адмиралом Ушаковым, бившим оттуда турок и освобождавшим греков с итальянцами, там дрались русские матросы под командованием русских адмиралов Лазарева и Нахимова, Корнилова и Истомина, Колчака и Октябрьского. И стоит этот город на юго-западной оконечности украинского полуострова Крым. Что-то непонятно? Ничего не понятно? А никому не понятно.

Так вот об училищах. Вообще-то их было два: Севастопольское Высшее Военно-морское инженерное училище и Черноморское Высшее Военно-морское училище имени Павла Степановича Нахимова. А стало одно – Севастопольский Военно-морской институт им. П.С.Нахимова. На «ридной мови» не воспроизведу.

Первое лежит на Северной стороне города, на берегу маленькой и уютной бухты Голандия (именно так, через одно «л»), названной комендорами адмирала Ушакова, видимо, в честь учителей Великого Петра, так и не осуществившего своей мечты – выйти и к Чёрному морю тоже и идти дальше через Босфор, диктуя свою волю Средиземноморью. Откуда ж было знать верным комендорам, что такая маленькая Голландия пишется аж через два «л»?!! Вот Россия – другое дело…

Появилось оно, училище т.е., вопреки всякому смыслу и благодаря, в общем-то, капризу августейших лоботрясов. Один из великих князей бредил морем, но путь в Морской корпус ему был заказан по причине слабости лёгких. Ему вообще был опасен «чудесный» климат Петербурга. И всё бы так и ушло в несбывшееся, не озадачься своей судьбой царевич Алексей, тоже богатырским здоровьем отнюдь не отличавшийся. Оказали ли воздействие на Алёшины метания рассказы дядьки-матроса из Гвардейского экипажа, судить не возьмёмся, но, выбирая между продолжением карьерного роста в Преображенском полку и морской романтикой, цесаревич встретил жаркое понимание у родственника – болезного великого князька. Папа (ударение, как в слове «компас»), государь Николай Александрович, положа руку на сердце, вообще никакого образования не получил, т.к. в юности его домашним учителям строго-настрого было запрещено проверять усвоенность начитанного ему материала, а в заведения он не ходил. К флоту он, вполне вероятно, мог относиться с прохладцей, т.к. его ознакомление с флотской службой омрачалось воспоминанием о проломленной ему японским полицейским башке, когда во время учебного плаванья они с греческим принцем Джорджи вздумали дебоширить на улицах премилого городка Отсу. Видимо, под давлением этих воспоминаний он и кинется позже, очертя голову, воевать с Японией. У каждого своя Цусима…

Предубеждение предубеждением, но ведь дети хотят! А Николай Александрович, к чести его надо признать, своей судьбы ребёнку не желал и склонялся к систематизированному образованию в присутственном месте. Стало быть, нужен II Морской кадетский корпус. Где? О том, что такое воздух ЮБК (южный берег Крыма – прим. автора) для лёгочных больных, я вам рассказывать не буду. Поинтересуйтесь у специалистов. Название бухточки Романовых, видимо, очаровало – ай, как славно, и вполне во флотских традициях! Опять же дача у нас в Ливадии… В те поры было как-то не принято сдавать резиденции августейших особ под кутёж певичкам, так что догляд за чадами обеспечен. Начали строить… да в пятнадцатом году и забросили – надорвали пуп на фронтах Империалистической!

Но строили солидно, респектабельно, державно… Когда стоишь на безбрежном, прямо-таки павловском плацу СВВМИУ и смотришь на фасад их Главного корпуса, чувствуешь – Третьим Римом пахнет. А Второй вот он, два шага – и Босфор!

И стало там при Советах Военно-морское инженерное училище. Строго говоря, учились там, конечно маслопупы, но курсанты из ЧВВМУ им. П.С.Нахимова, речь о котором ниже, их так почти и не называли. Ну, разве что на шлюпочных гонках… А уважительно именовали «голандёрами».

А уважать было за что: готовило это училище специалистов высочайшего класса по эксплуатации энергосиловых установок всех без исключения типов подводных лодок, имевшихся и поступавших на вооружение Военно-морского Флота СССР – как дизельных, так и атомных.

Да вы сходите туда и сами посмотрите! Я понимаю, что воинская часть, но вы не бойтесь – там нет никого. Повезет, унитаз сопрёте. Или панцирную койку из курсантского кубрика. Хотя вряд ли – где хохол прошёл… Ну, можно оставшиеся стекла повыбивать. Или стены еще больше испачкать. Из хулиганских побуждений. Там, кстати, рядом Чёрная речка есть… Нет, это не та, где Пушкина убили. Это где корабли убили. Кладбище старых кораблей. Давно-о-о оно там. Так что в милой бухте Голандия сейчас всё очень органично.

Чё «заливаешь»? Говорят, что у независимой Республики Украина есть оборонительная доктрина. Так вот согласно ей у Украины нет подводного флота, а, стало быть, и подготовка специалистов для него ей не нужна. А куда делась матчасть учебной базы училища – да кто ж тебе скажет? Да какая матчасть – писсуары где?!!

К слову сказать, врут. Есть, есть у них в Южной бухте подлодка советской постройки. Ну, понятное дело, испортилась: время, ржа, туда-сюда… Поломались дизеля. Надо новые. Дорогу-у-ущие заказали. Чи в Англии, чи во Франции… В НАТО, в общем. Капиталисты – народ дисциплинчатый. Доставили. И надо же незадача – не лезут, по габаритам не лезут буржуйские дизеля в горловины советской подводной лодки! Резать горловины под новые дизеля - значит из подлодки делать просто лодку. А-а, хай так стоит. Она и стоит. Дизеля рядом, на причальной стенке. И старые – выгрузили же. И новые – не загрузишь же…

Вспоминается Черномырдин по телевизору. С высокой трибуны и с умным видом читает список объектов Краснознамённого Черноморского флота СССР, подлежащих разделу с ВМС Украины. Ну раз вид умный, чё рот-то разевать? Ветераны-черноморцы валокардин пьют, а он всё моноложит и моноложит… Откуда зрителю, сугубо гражданскому, а в большинстве своём совсем сухопутному человеку, знать, что скрывается за этими наименованиями географических объектов? Школу водолазов разделили: учебно-тренировочную базу им, а акваторию полигона – нам. И как их теперь учить? Как плавать на Руси – брось на глубину, глядишь, сам выплывет?

Элиту спецназа, боевых пловцов загнали в Константиновский ривелин, а он аккурат напротив городского пляжа. А у них там водолазное бельё – и то секретное! А ривелин низенький, при царе Горохе строили. И во дворике его эти самые «пираньи» целыми днями что-то рвут, аж на мысе Хрустальный слышно. А вокруг этого самого низенького ривелина весь день парят отдыхающие на «летающем крыле». Высоко-о-о парят. Отдыхающие они, чи шо? Как проверишь? И снайперу не поручишь – зона отдыха и вообще… независимое государство!

Были у этих ребят и дельфины. Дельфин – он, конечно, умный. Но, поверьте - учить его дольше, чем даже не очень умного матроса. И даже совсем не умного. А базы-то, как по уговору, все поотдавали! Ну и продали они наших дельфинов. В Турцию, да в Иран. В цирки. Но это тогда в цирки, а сейчас и не угадаешь уже, как там у Турции с Ираном повернётся…

Флагман у них есть. У флота ихнего – «гетман Сагайдачный». Не на ходу, хотя стоит, как взрослый, на 12-том причале в Северной бухте, где некогда стояли красавцы-корабли 30-ой дивизии надводных кораблей КЧФ СССР. Эскадренный миноносец начала 80-х годов типа «Современный», по советской классификации. Есть у него в Севастополе два прозвища. Первое – «столовка» (не «кают-компания» даже!), т.к. там харчится весь Главный штаб их ВМС. Второе – «собака», т.к. на надстройке намалёвана волчья голова. Так вот осадка у этой собаки такая, что кажется, что под верхней палубой у него вообще ни черта нет - всё повыносили! По слухам, гребных валов точно нет. А наши коробочки в полтора-два раза старше – а в море бегают!

А база 155-ой бригады подлодок в Балаклаве? Люди умирали, вырубая в сплошной скальной породе фарватеры, причальные стенки, ремонтные доки и оружейные арсеналы! Практически лодка могла в подводном положении придти в базу на предпоходовую подготовку, там отдоковаться, заправиться и принять боезапас, и снова уйти на боевую службу в подводном же положении! И ни один спутник-папарацци ничего усечь не мог. Да он здесь и не сёк – в «голову» не приходило! А теперь там музей милитаристской экспансии большевизма-коммунизма. Хотя какой там музей – «новодел» сплошной! Кабельтрасс-то по коридорным переборкам нету - батькивщине треба цветной металл …

Надавали им. Что не дали, то так хапают – газ, маяки, писсуары… Ведь не могут же переварить! Гниет всё, разваливается-разворовывается, сквозь пальцы уходит… Ни-и-и, шо не съив, то надкусив.

И ведь не всегда потому, что денег нет. Но как вложат..! Как говорил незабвенный Александр Иванович Лебедь, глупость – это не отсутствие ума, это такой ум. Последняя инициатива – ракетный полигон на мысе Тарханкут. Во-первых, если украинский солдат ещё раз возьмётся за ракетное оружие, израильские авиалинии точно поставят свои лайнеры под сопровождение «Кфиров», а тем есть шо пытать ещё с батьки Махно и прочих батек более поздних исторических периодов. Во-вторых…там же меловые скалы!!! Там же в подводных гротах газету читать можно! Рай для дайверов… У вас Крым – курорт, чи шо?

Но вернемся к СВМИ им. П.С.Нахимова. Одна его составляющая, а именно инженерное училище подводного плавания фактически перестала существовать, как боевая единица. А где же, собственно, и что же, собственно, СВМИ? А это расположенное много южнее самой, что ни на есть Южной бухты бывшее Черноморское Высшее Военно-морское училище имени Павла Степановича Нахимова, ковавшее командные кадры для Военно-морского Флота СССР. Его 44 гектара (тогда…) раскинулись на берегах двух бухт – Стрелецкой и Песочной, и шаловливые курсанты запросто ходили в самоход от мыса Фиолент до мыса Херсонес просто вплавь. К шоколадным девочкам. И из Москвы, между прочим, и из Киева… Мы не будем говорить ни о «биле мицне» из квасных бочек, ни о шашлыках на Максимовых дачах. Мы – об училище.

Основанное 1 апреля (да-да!) 1937 года, к началу войны училище произвело первый выпуск и имело полных четыре курса, включая и только что набранный - первый. Но немцы продвигались, не давая передохнуть, и курс, следующий за выпускным, был также произведён в командиры. Остальных свели в батальоны и влили в состав бригады морской пехоты. Училище, за четыре года только-только отстроенное руками этих пацанов, опустело, а мыс на стыке двух бухт заняла легендарная ныне 14-ая артиллерийская батарея береговой обороны.

Курсанты не попали ни под Одессу, ни под Севастополь, а ушли на переформирование и хоть какое-то обучение тактике полевого боя. Им ещё предстоит сказать своё слово… А вот один из только что произведённых командиров, Алексей Смаглий попал на Ленинградский фронт и принял на Пулковских высотах артиллерийскую батарею, составленную из орудий, снятых с кораблей. Батарею немцы взяли, Алексея привязали к орудию, облили бензином и подожгли. Сколько мог, он пел «Варяга»… Так училище обрело своего первого Героя Советского Союза среди выпускников.

А тут и курсанты кое-чему научились и с началом зимы, видимо, по недоразумению даже в полушубках, прибыли на фронт под Ростов. Тут им сразу «повезло» – на их участке обороны располагались бронетанковые части дивизии СС «Викинг», усиленные её же подразделениями моторизованной пехоты. Как и юнкера в Гражданскую, как-то в едином порыве рванули курсанты в контратаку. Без команды. Видимо, допекло. На ежи, опутанные колючей проволокой, побросали полушубки… В общем, к линии немецкой обороны добежали в тельниках и взяли её в штыки. Пришлось их потом поддерживать огнём, техникой, личным составом… В итоге отбросили немца почти на 30 километров. С тех пор у черноморцев так и пошло.

В 1949 году училище сделало свой первый послевоенный, а фактически лишь второй выпуск и сразу стало высшим. И тут на самом верху задумались над присвоением ему какого-нибудь имени. Было б оно постарше, уж давно было бы имени какого-нибудь Бонч-Бруевича, но называть всё и вся именами своих соратников Верховный после войны уже не спешил. А трибуцы-головко, да октябрьские с кузнецовыми, как назло, были ещё живы. Но ушаковых с суворовыми, вроде, недавно сам разрешил, а в Севастополе всё просто дышало Нахимовым! Одна загвоздка: есть уже в Ленинграде Нахимовское училище. Всерьёз стали рассматривать кандидатуру друга и соратника Нахимова адмирала Владимира Алексеевича Корнилова, но… он оказался тёзкой некоему Лавру Георгиевичу, а такой путаницы Иосиф Виссарионович допустить не мог. И с 1952 года ЧВВМУ всё же стало носить имя Павла Степановича Нахимова.

Второе рождение училище получило, как ни странно, при Хрущёве. Сергей Павлович Королёв, видимо, не нарочно, рассказал Никите Сергеевичу про ракеты. А тот от радости как пошёл артиллерийские крейсера на иголки резать! И ЧВВМУ с тех пор, да, пожалуй, и поныне остаётся единственным флотским сплошь ракетным учебным заведением. Вот только нет его теперь… Но ведь ничего другого тоже до сих пор нет!

Ракеты изучали все: крылатые, баллистические, ударные, зенитные, противолодочные… – все. Всех видов базирования. На III береговом факультете – даже воздушного и, понятно, берегового. На I корабельном и II противолодочном – надводного и подводного. «Рогатые»(I фак) и «сапоги»(понятно кто) изучали, конечно, и артиллерию, но так, не всерьёз. «Румыны» (противолодочники - минёры, в общем) тоже зубрили торпеды, мины и бомбы, но по-взрослому наваливались на противолодочные ракетные, ракето-торпедные и реактивные комплексы «х…реновой погоды»: «Вихрь», «Вьюга», «Гром», «Метель», «Пурга», «Смерч», «Шквал», «Шторм» и… «Тюльпан» - но это уже аппаратура предстартовой автоматики. На факультете даже завели позор командного училища – два инженерных класса, но маслопупами их звать язык не поворачивался. Они, конечно, крутили гайки, как какие-нибудь трюмные машинисты, но крутили они их, приворачивая спецбоеприпас ко всему выше перечисленному. СБП, в общем. Коротко и ясно.

Секретность была страшная, и едущие в училище курсанты на «колбасе» родной «шестёрочки» шипели на бедовых и черноглазых водительниц троллейбусов, в дни увольнений неизменно объявлявших «Следующая остановка – ЧМУ» вместо «…Стрелецкая бухта, конечная». Согласитесь, смешно: у входа в Лабораторный корпус №1 (ЛК-раз), просто нависающий над Песочной бухтой, стояли две, устремленные ввысь, зенитные ракеты. Но начальство, видимо, полагало, что их с пляжа не видно.

«Сапогов» не то, чтобы гнобили, нет. Просто в училище был фантастический культ моря и флота и они поневоле держались со своими «цветными» просветами на погонах как-то в тени. Всё, что не было «спецухой», отвергалось и презиралось: если от предмета тянуло ГСМ и инженерными «молотками», или он был исчадием кафедры марксизма-ленинизма, им занимались постольку поскольку, лишь бы не вышибли. Всё остальное - от морпрактики и кораблевождения до тактики и боевого применения – было «спецухой». Плохая учёба по «спецухе» - моветон. Между прочим, в училище был свой планетарий. Да-да! Даже далеко не каждый город мог похвастаться подобным учреждением, а курсанты имели возможность «просекать» навигацию, так сказать, в режиме «он-лайн». Кстати сказать, не раз и не два выпускники ЧВВМУ сажали в лужу «настоящих» штурманов уже на флотах. Да и других тренажёров хватало: применения оружия, боевого маневрирования… Чё вы хотите – кроме Учебного, три Лабораторных корпуса, набитые «спецухой» по самые крыши. Да судно для тренировок по борьбе за живучесть, да свой дивизион посыльно-оперативных катеров, да водолазный комплекс… Да-с!

Физподготовка или, на местном жаргоне, ФИЗО – это отдельная статья. Просто перечисление: футбольный стадион с беговой дорожкой, пляж, шлюпочная станция, эллинг с яхтами, три теннисных корта, две волейбольные площадки, одна баскетбольная, три спортивных городка с турниками и силовыми снарядами, полоса препятствий, стрельбище, две кроссовые дистанции и два спортивных зала – один с рингом, второй с борцовскими матами. Резюме – первые места на всех спартакиадах ВВМУЗ. На первенствах Вооруженных Сил, чего скрывать, были и просто призовые… Бедные, бедные питерские курсанты, нервно потягивающие «Беломор» фабрики Урицкого в тесных, подслеповатых, асфальтовых двориках под унылым дождиком северной столицы…

Всё вкупе, видимо, было не зря, и на флотах оценено: с 1975 года училище стало называться длинно – Черноморское Высшее Военно-морское ордена Красной Звезды училище имени П.С.Нахимова. Боевой орден, знаете ли… Но для краткости имело два прозвища. Для общесоюзного употребления – ЧМУПС, где хотя бы инициалы легендарного адмирала, но присутствовали обязательно. Для местного же, так сказать, использования – Стрелка, и севастопольским девушкам сразу становилось ясно, в какую бухту держать курс. А выпендрёжник-чмупарь в ушитой в обсос голландке, непомерных «сходных» клешах и шитой на заказ фуражке имел нос, как корабль клотик, самой высокой точкой своего тела… Элита флота! Белоподкладочник! Курсантов пятого курса разбирали, как горячие пирожки!

А что по вечерам в выходные творилось в училищном клубе! А на летней киноплощадке!.. Но это, вероятно, тема совсем другой публикации.

Всё было славно… до декабря 91-го. Личный состав построили, опечатав ружейные пирамиды учебных рот, и какой-то «пиджак», которого сопровождали незнакомые офицеры, прочитал с трибуны Начальника училища (!) полную, казалось бы, галиматью. Строй стоял, силясь проснуться. «Пиджак» воспрял духом, не поймав настроения масс, и тут же предложил желающим присягнуть чему-то невообразимому. Строй поколебался ещё мгновение и… рассыпался. На трибуне началась истерика с требованиями вернуться на места. Толпа – а это была уже толпа – ответила. Не стройно так, не по-военному, но - убедительно и самую суть. Истерика была перенесена на училищных офицеров. Те ответили примерно то же самое, и враг бежал, теряя листы обращения. Разошлись по ротам, а вечером, не сговариваясь, все вместе, все той же толпой, пошли в город. Без увольнительных билетов и нарушая форму одежды.

Потом, конечно, воровато забегали какие-то одинаково кругленькие, маленькие офицерики с бритыми затылками и усами подковкой. Нашлись и желающие присягнуть… Декабрьских событий на Сенатской площади не вышло, хотя и повод, на первый взгляд, похож. А позже, под душераздирающий вой, плач и стоны девушек, жён старшекурсников и матерей всех подряд сотни и сотни курсантов разных курсов и факультетов, закинув за спину вещмешки, потянулись в пешем строю к вокзалу. Они разъезжались. В Питер, во Владик, в Калининград. Многие, ой многие шли под упрёки родных в эгоизме, себялюбии и прочих грехах. Звучали просьбы и угрозы одновременно, кто-то огрызался, кто-то убеждал, кто-то шёл молча, играя желваками, кто - опустив голову. И в поезда сели не все. Не все. Но остались десятки, а уехали – сотни.

А что творилось на кораблях и в частях! Брошенные на два года под Военно-морским флагом СССР, люди семьями жили на кораблях, отключённые от береговых коммуникаций, без денег, без продуктов, без перспектив. Офицеров обхаживали «купцы», соблазняя внеочередными званиями, окладами, должностями. Тех из них, что отряжались в Москву за зарплатами на весь экипаж, грабили и калечили в поездах…

А тем временем сбежавший от суда военного трибунала Тихоокеанского флота новоиспечённый Командующий ВМС Украины Михаил Ежель затеял реконструкцию Военно-морских училищ Севастополя. По замыслу киевских «политтехнологов» объединённый Военно-морской институт должен был носить имя опять же гетмана Сагайдачного, раз уж, согласно глобусу Украины, именно запорожские казаки разбили и турок, и татар, и ещё чёрт-те знает кого… Какого гетмана? Где?! В Севастополе?!! Да они с ума посходили: в Севастополе Бога зовут Пал-Степанычем! Местные энтузиасты, раскатывающие туристов на своих еле дышащих джонках по многочисленным бухтам и бухточкам, на полном серьёзе уверяют, что именно Нахимов построил над Южной бухтой беседку, чтоб государыня императрица Екатерина II могла с комфортом любоваться парадом Черноморского флота. Один из них, узнав, что это был Потёмкин, живший почти на столетие раньше Нахимова, резонно спросил: «Ну и кому он нужен, если его никто не знает?»

Столкнувшись с фантастическим сопротивлением, причём не только севастопольцев, но и в среде своих же, «новообращенных» офицеров, в местных администрациях, и даже в некоторых киевских кругах, идею похоронили. Хорошо бы навсегда. Хотя в последние годы всё чаще звучит новая версия: Нахимов потому так любим и велик, потому что украинец! Нахименко его фамилия, а в николаевской России с малороссийской фамилией выбиться в люди было совершенно невозможно. Некоторые категории украинского народа (с проросшими мозгами в селедцы) горячо подхватили это известие. Многие верят. Так что возможны рецидивы…

Офицеры, закончившие противолодочный факультет ЧВВМУ им.П.С.Нахимова в 1979 году увидели своё училище через 25 лет. Среди них контр-адмирал – приятно. Но есть и старший лейтенант – что ж, бывает. Абсолютное большинство капитаны III ранга – не густо. Ещё больше уже в запасе – нормально. Никто не присягал дважды – а как иначе?

Что это был за выпуск – 1979 года? Уже был Афганистан, страна надрывалась и там, и на предолимпийских стройках. Обычный, вроде бы, выпуск в череде многих. Впереди – кому больше, кому меньше, а в среднем так - 25 лет службы, как бы в наследство оставленные Петром. Полсрока – двенадцать с половиной лет – карьера на самом взлёте. Кто уже командует кораблями III, II ранга, кто пока в старпомах, кто-то ждет вызова на классы, кто-то двинул по специальности во флагмана. Некоторые готовятся в академию, а кое-кто её уже и заканчивает. Полсрока – двенадцать с половиной лет – абсолютное большинство капитаны III ранга. 1991 год. И… всё.

Первая реакция: где абрикосы? Аллеи училища утопали в абрикосовых деревьях! Вырубили? Зачем? Снесли забор клуба… Может, и правильно. Демократично так: пришла девушка в гости, может прогуляться с курсантом по территории. Во всех курилках нет скамеек… Почему? А-а, урн тоже нет. Видимо, за здоровый образ жизни. Но скамейки можно было и оставить. Курсантское кафе «Фрегат»… Господи, что это с ним? На ремонт не похоже – полкрыши снято… Так есть кафе или нет?

Слышь, военный, а что это за зданьице с куполом? Как не знаешь?! Планетарий там должен быть! Что значит «будя брехать»?!! Та-а-ак… Пошли дальше.

Жилой корпус. А чё это они все с флягами? В Крыму всегда было не ахти с водой, но чтоб так! Нам фляги и на руки-то не выдавали… А это что за дети? Какой пионерский лагерь?!! Это ж воинская часть!!! А-а, пока большинство курсантов на практике и в отпусках… Офигеть!

Учебный корпус - фасады выкрашены, отштукатурены… Господи, а на тыл краски не хватило? Гляди, дранка довоенная торчит! А стекла, стекла! Ну хоть стекла-то можно было вставить?

А спортивный городок чем помешал? Да вижу я турники, а снаряды где?! Ну все равно ж пустырь пустырём, лопухами всё позаросло!!! Слушай, а забор ближе стал или мне кажется? Как на нашей территории?! Вот это была наша территория?!!

На бывшей территории училища, как раз на дорожке, где они, давясь соплями и отхаркиваясь, сдавали много лет назад с оружием и полной выкладкой дистанцию в 6 километров, стоят очаровательные, будто игрушечные, коттеджи новых украинцев. И пусть умирали они там за зачётное время, но может быть, если бы кто и вправду помер, не осквернили бы могилы ленточным фундаментом?

ЛК-раз, лабораторный корпус №1, объект повышенной секретности, где выдаваемый на руки пропуск позволял пройти только на необходимую тебе кафедру и в строго определённую аудиторию. Конечно, не пустят, но чё не подойти? Гляди, пустили… Ни дежурного, ни дневальных… Пошли, что ли? Пусто. Кое-где какой-то народ и далеко не все в форме. Закрытых и открытых дверей примерно 50 на 50, оборудования мало или совсем нет. Вообще судить трудно, из минёров в этих помещениях никто в жизни не бывал. Пошли на свою кафедру. М-да, шаром покати… Пошли отсюда.

Обойдя корпус, зашли во внутренний двор, сплошь заваленный ржавыми ящиками и какими-то металлоконструкциями с сильно облупившейся краской. Господи, «Тюльпан»… А вот «Дозор-1»! И «Титан-2»!! Да вот же оно, оборудование!!! Но почему здесь? Ведь у причалов стоят корабли и тех проектов, на которых это оборудование установлено. А раз эксплуатируется, должно изучаться…

- На шлюпочную станцию пойдём?

 - Не, никуда не пойдём. Пошли отсюда на… совсем. Выпить надо.

А училищу, между тем, в 2007 году исполнилось 70 лет. И там, в Севастополе, эту дату никак не отметили. А ведь это теперь их учебное заведение. И оно имеет свою историю, свои традиции…

У Первого заместителя Командующего КЧФ России вице-адмирала Василия Георгиевича Кондакова, тоже выпускника ЧВВМУ 76-го года, слова «черноморец», «красавец» и «орёл» - синонимы. Он приложил весь свой авторитет, чтобы празднование этого юбилея на территории училища всё-таки произошло. Нет, не надо им. А, между тем, просматривая СМИ, создаётся полное впечатление, что все мало-мальски влиятельные должности на флоте заняты его выпускниками. Да и самые высшие – тоже. Нынешний Главком ВМФ адмирал Владимир Сергеевич Высоцкий также выпускник ЧВВМУ 76-го года. Да и предыдущий – адмирал Масорин - тоже. На флоте шутят, что в США есть семья Кеннеди, а на Российском флоте – Касатоновых. Все - выпускники ЧВВМУ во главе с в прошлом Первым заместителем Главкома ВМФ адмиралом запаса Игорем Владимировичем Касатоновым. Нынешний заместитель Начальника Главного штаба ВМФ вице-адмирал Владимир Викторович Пепеляев тоже вышел из его стен. Герой Советского Союза адмирал Сорокин, первым проведший советские атомные подводные лодки под паковыми льдами Арктики, тоже его выпускник. И, что уж совсем не присуще флотскому учебному заведению, министр обороны прошлых лет маршал Игорь Дмитриевич Сергеев – выпускник ЧВВМУ им. П.С. Нахимова 1960 года!

Выпускники училища, которого нет…

Нет, воля ваша, Украина – это не государство. Нет там государственного мышления ни на каком уровне! И не страна даже. Страна – от слова «сторона». А сторона эта наша, Российская, русская, исконно славянская. Это, наверное, окраина. В лучшем случае край. Всегда чей-нибудь край. Да они и сами это понимают, раз вынесли это понятие в название своего территориального образования.

И когда жена открывает перед тобой горшочек гетманского борща, а ты в одной руке держишь вилку со шматочком чесночного сала, а в другой – стопку горилки, как-то сразу понимаешь, что это за край. Это край великих гастрономических свершений: у них даже на гербе – вилка… Будьмо!

P.S. В этом году выпуску 79-го года – уже тридцать…

 

http://perevodika.ru/articles/8729.html


Вернуться назад