ОКО ПЛАНЕТЫ > Статьи о политике > Белградская осень – 2000: воспоминание о будущем

Белградская осень – 2000: воспоминание о будущем


7-10-2020, 17:08. Разместил: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ

Так когда же, наконец, придёт время учиться на чужих ошибках?

 

Двадцать лет назад, 6 октября 2020 г. в 22.39 по местному времени Слободан Милошевич выступил с последним телеобращением к гражданам Югославии, в котором признал своё поражение на президентских выборах. Утро 7 октября Белград встретил запахом гари, перевернутыми мусорными контейнерами, разбитыми витринами магазинов на центральных лицах столицы. Всюду были следы вандализма и грабежа.

Первая в новейшей мировой истории «цветная революция» победила, а её мутирующие технологии живут и побеждают поныне. На фоне сгрудившихся в одной точке времени событий в Белоруссии, вокруг Карабаха, в Киргизии белградская осень 2000-го и ее последствия выглядят назидательно. Лозунги о свободе и демократии обернулись для сербов не только утратой части суверенитета и исторической родины (Косова), но и привели к национальному унижению. Напомню читателю кое-что.

Аспект политико-экзистенциальный. 28 июня 2001 г. (в Видовдан – священный для сербов памятный день битвы воинов князя Лазаря с войском султана Мурада в 1389 г.) Милошевич, этот единственный балканский лидер, бросивший вызов албанским сепаратистам и армаде НАТО,  был тайно передан правительством демократов Гаагскому трибуналу. Это был второй акт предательства. Первый свершился 5 октября, когда руководство силового блока (армия, МВД, спецназ) отказалось выполнять присягу.  Начальник югославского Генштаба Небойша Павлович не реагировал на прямые обращения президента. Когда был подожжен парламент, на просьбу Милошевича принять нужные меры Небойша ответил: «Подожжен, но жертв нет». И повесил трубку. А командира спецназа Милорад Улемек, услышав голос Милошевича по рации, разбил ее у здания телецентра об асфальт под улюлюканье толпы.

Операцией выдачи Милошевича в Гаагу руководил новоиспеченный премьер-министр Зоран Джинжич. Его последующая судьба – подтверждение классических историй о том, чем заканчивают предатели. 12 марта 2003 г. в 12.25 в холе Дома правительства Джинджич был ранен двумя выстрелами из снайперской винтовки и скончался через час от полученных ранений.

Ещё три года после убийства премьера-демократа Милошевич не столько вёл свою защиту в Гааге, сколько обвинял преступный интернационал, бомбивший Югославию. В своих выступлениях он давал развёрнутый анализ истоков и хода войн НАТО против Югославии; демонстрировал фото- и видеоматериалы военных преступлений альянса: рассказывал об использовании запрещённых видов вооружений (боеприпасы с обедненным ураном и кассетные бомбы), об уничтожении гражданской инфраструктуры и атаках на мирное население.

Милошевич превратил МТБЮ в трибуну обличения НАТО – и процесс по делу Милошевича не позволили закончить. 11 марта 2006 г. бывший президент Югославии Слободан Милошевич скончался при невыясненных обстоятельствах (по мнению российских и сербских историков, он был убит). Третий раз сербский лидер был предан «своими» демократами уже после смерти: ему было отказано в похоронах с государственными почестями. Однако 80 тыс. жителей Белграда и других городов (в десятки раз больше, чем оказалось на улицах 5 октября 2000 г.) пришли на прощальную панихиду в здание Музея революции. А в церемонии похорон Милошевича 18 марта 2006 года в его родном городе Пожаревац во дворе его семейного дома приняли участие 50 тыс. сербов.

Еще один психологический удар сербы получили 24 марта 2016 г., когда МТБЮ признало «недостаточность свидетельств у обвинения для доказательства того, что Милошевич является виновным в военных преступлениях и преступлениях против человечности». Несколько месяцев спустя глава МИД Сербии Ивица Дачич опубликовал на сайте внешнеполитического ведомства заявление о том, что позиция МТБЮ «освобождает Милошевича от подозрений в этнических чистках и военных преступлениях». Вот так!

Боль от сопричастности к предательству никогда не покинет сербское общество.

Аспект военно-стратегический. После октябрьского переворота стараниями новой власти был запущен процесс уничтожения армии как боеспособной силы и ее «реформирования» по стандартам НАТО. Одним из первых указов были упразднены стратегически важные группировки (Первая, Вторая и Третья Армии), были расформированы структуры Ракетных войск и ПРО. В 2001 г. в отставку были отправлены 42 армейских генерала, в 2002 – ещё 32.

Убрать боевых генералов, организовывавших сопротивление в ходе агрессии 1999 г., было необходимо для перехода к следующему этапу – установлению «партнёрских» отношений с НАТО. 25 августа 2002 г. была создана министерская группа по координации подготовки к вступлению Югославии в программу «Партнерство во имя мира».

Переход сербской армии на стандарты НАТО осуществлял Борис Тадич, ставший после октябрьских событий министром обороны, а в 2004 г. президентом Сербии. Он подписывал приказы о сокращении численного состава армейских подразделений СРЮ с 200 тыс. до 52 тыс. чел., затем – до 30 тысяч. В настоящее время (информация получена приватно) боеспособные части армии республики представлены всего двумя бригадами (чуть более 12 тыс. чел.).

В качестве президента Тадич фактически лишил страну части суверенитета. 18 июля 2005 г. Сербия и Черногория подписали с НАТО договор «О сухопутных линиях коммуникации». С тех пор альянс имеет возможность беспрепятственного транзита своих войск через территорию республики; в полном распоряжении натовцев находятся аэродромы, шоссейные и железные дороги, информационные системы, казармы. В период с 2006 по 2009 гг. Белград подписал серию документов с НАТО и правительством США, резко изменивших стратегический баланс на Балканах. Положения военно-технического сотрудничества Сербии с НАТО и США предполагают:

  • освобождение солдат и другого персонала США от уголовной ответственности за совершение преступлений и нанесение ущерба на территории Сербии (правовой иммунитет);
  • освобождение от таможенного и любого иного контроля со стороны сербских властей за перемещаемыми по территории Сербии физическими и юридическими лицами, а также средствами правительства США и его договорных партнёров (в том числе военных компаний);
  • предоставление американским войскам и компаниям необходимой инфраструктуры; право строительства на территории Сербии объектов, в которых заинтересованы США.

Окончательно закрепило проникновение западных военных и разведслужб на территорию Сербии «Соглашение о статусе сил» (Status of Forces Agreement, СОФА), подписанное в январе 2014 г. в Вашингтоне министром обороны Н. Родичем и ратифицированное в июле 2015 г. Скупщиной. Документ определяет правовое положение вооруженных сил США и НАТО, находящихся на территории Сербии.

Довершило процесс полного включения Белграда в орбиту США и НАТО соглашение IPAP (Individual partnership action plan), вступившее в силу 15 января 2015 года. IPAP – оперативный документ, предполагающий максимальное углубление сотрудничества между Сербией и НАТО, проникновение структур альянса во все сферы сербского государства. Последующие договорённости, например, Соглашение о сотрудничестве в области материально-технического обеспечения (февраль 2016), лишь детализируют уже имеющиеся положения. Стоит отметить, что в этих условиях получение MAP (Мembership action plan) – плана действий по членству Сербии в НАТО, когда вся жизнь страны приспосабливается к условиям альянса, уже актуально: Сербия может формально и не вступать в блок, ибо она уже применяет все учредительные стандарты и выполняет все обязательства перед НАТО.

Аспект геополитический. 14 марта 2002 г. под руководством бывшего генсека НАТО и действующего генсека Европейского совета Х. Соланы было подписано соглашение об основах переустройства отношений между Сербией и Черногорией. Согласно подготовленной в ЕС конституционной хартии, новое го­сударственное объединение – Государственный союз – состояло из двух равноправных членов – Черногории и Сербии с двумя автономными краями (Косово и Метохия, Воеводина). Документ фиксировал трёхлетний мораторий на проведение референдума о самостоятельности государственных единиц Союза. В случае выхода Черногории из общего государства до истечения срока моратория Сербия должна была бы стать правопреемницей единого государства, в том числе и в отношении Резолюции СБ ООН № 1244, которая подтверждала «приверженность всех государств-членов суверенитету и территориальной целостности Союзной Республики Югославии». Черногория сроков хартии не нарушила. Соответственно, строго по букве документа – Резолюции № 1244 – Косово и Метохия (КиМ) может не рассматриваться международным сообществом как часть территории Сербии, поскольку СБ ООН подтверждал территориальную целостью СРЮ и автономию КиМ в составе Югославии, а не Сербии. Другое дело, что соглашаться с таким положением вещей, с отторжением исторической территории Сербии нельзя. Поразительно, что текст Резолюции был подписан российской стороной.

Новообразование Государственный Союз Сербии и Черногории (СиЧ) просуществовало недолго – с 4 февраля 2003 г. по 5 июня 2006 года. Решение о выходе Черногории из СиЧ было принято 21 мая 2006 г. на референдуме. Черногорское общество по вопросу об отделении от Сербии раскололось почти пополам: «за» отделение – 55,5 %, «против» – 44,5 %. В ходе референдума со стороны сторонников «независимости» было множество нарушений и даже на их фоне судьбу двух стран решили 2000 голосов. Подозрения в чрезмерном использовании административного ресурса правительством М. Джукановича были вызваны тем, что «за» проголосовало с небольшим запасом ровно столько, сколько требовалось.

После обретения полной «независимости» Подгорица сразу определила новую интеграционную цель. Вступление в ЕС было зафиксировано в 15 статье конституции республики, а 16 декабря 2008 г. она подала на членство в ЕС. С 2010 г. Черногория имеет официальный статус кандидата в ЕС. В июне 2017 г. республика стала 29-м членом НАТО.

Если политический развод Сербии и Черногории был мирным, то косовский вопрос до сих пор остается высушенным порохом Европы.

В очередной раз вспомним железного канцлера, немного перефразировав его: «Если в ближайшие годы на Балканах начнется война, то обязательно из-за какой-нибудь глупости вокруг Косово».  Превращение 17 февраля 2008 г. автономного края Косово и Метохия из территории под международным контролем в квази-государство – тоже итог октябрьского переворота 2000 года. Создание «Республики Косово» в корне меняет положение не только на Балканах, но и во всей Европе. В 2014 г. увидела свет книга служившего в КиМ французского генерала, Жака Огара под говорящим названием – «Европа умерла в Приштине». Автор, помимо прочего, констатирует: чудовищная несправедливость по отношению к сербам «обернется непоправимыми последствиями для самой некогда христианской Европы, гордо именовавшейся ранее Европой апостола Петра». Последствия, действительно, стали непоправимыми. Легализация косовских «баронов войны» привела не только к проникновению криминала вглубь Европы и значительному расширению контролируемого албанцами наркотрафика. Современное Косово – это региональное ядро международного терроризма. Здесь расположены одни из самых популярных у боевиков-джихадистов тренировочные лагеря (районы Джаковицы, Урошеваца, Дечани, Призрена и Печа). В этих пара-милитарных конвейерах окончательное закрепляется идеология радикального ислама, идёт развитие навыков владения оружием и ведения боевых действий. Обязательное военное обучение включает такие курсы, как «городская герилья», «системы вооружения», «обработка взрывчатых веществ». После двух месяцев обучения воины джихада получают оклад в размере 500-700 долл. (внушительная сумма для бедных балканских стран), а после трехмесячного курса – униформу и оружие, которое прячут по возвращении домой в ожидании приказа на выдвижение…

* * *

5 октября 2000 г. был осуществлён первый в новейшей истории политический переворот с использованием технологий «цветных революций». Тогда это было совершено без цифровых платформ, но всё остальное — сегодня стало классикой: создание сетевых движений-големов; удары по главе государства; отсутствие программы и огромное влияние внешних сил на процессы внутри страны.

За несколько дней до своего окончательного поражения, не столько личного, сколько государственного, Милошевич сказал принципиальной важности слова: «Каждому должно быть ясно, что страны НАТО нападают не на Сербию из-за Милошевича, а на Милошевича из-за Сербии». Потом история повторялась не единожды: на Каддафи напали из-за Ливии; на Асада – из-за Сирии; на Лукашенко – из-за Белоруссии… Хемингуэй, помнится, говорил: «Впереди нас ждет эпоха необъявленных войн».

Так когда же, наконец, придёт время учиться на чужих ошибках?


Вернуться назад