Владимир Зеленский, безусловно, должен присутствовать на этом мероприятии, и его выбор очень сложен. Он боится украинских националистов (достаточно вспомнить, что мемориал жертвам Холокоста он в прошлом году посещал в частном порядке), а националисты относятся к вопросам преследования евреев неоднозначно.

С одной стороны, они как бы понимают, что быть антисемитом в современном мире неправильно и что антисемитизм — одна из значимых черт нациста. К тому же многие евреи активно поддержали и «революцию достоинства», и «войну с Россией».

Отсюда — мифы о том, что в ОУН и УПА* входили евреи.

 

С другой стороны, украинские националисты — ксенофобы по определению и, по большому счёту, для них не важны политические убеждения евреев или крымских татар.

Вот, например, руководитель днепропетровской «Просвиты» Егор Гуськов (кстати, почему он не поменял русские имя и фамилию?) в своём фейсбуке осудил попытки «ввести на законодательном уровне искусственное понятие "преступление, совершённое на почве ненависти"», «добиться от украинцев постоянного публичного признания "вины" за "исторические преступления" против евреев», «признать на законодательном уровне искусственное понятие "антисемитизм"», «ввести уголовное наказание за "антисемитизм"» и т.п.

Он считает это попытками повлиять на «политику исторической памяти суверенного государства украинского народа» и расценивает такого рода инициативы как «акт агрессии (! — Авт.) по отношению к Украине». Гуськов, разумеется, вскоре публикацию убрал (злые языки утверждают, что ему позвонили из синагоги и вежливо поинтересовались, хорошо ли он помнит, откуда берутся средства на деятельность, например, «Движения по защите украинского языка»), но, как говорится, «ложечки нашлись, а осадок — остался».

А в сентябре прошлого года был обрисован свастиками памятник в Богдановке Николаевской области. В оставленной вандалами записке президенту угрожали повторением Холокоста в случае проведения земельной реформы.

По большому счёту, понятно, что сторонники первой точки зрения в принципе разделяют вторую, но ведут себя менее прямолинейно, чем Гуськов.

Есть ещё и фактор Польши — с этой страной у Украины и так напряжённые отношения, а любое высказывание относительно Холокоста поляки могут оценить как антипольское. Прецеденты были: год назад по инициативе Польши был отменён саммит «Вышеградской четвёрки» в Иерусалиме, крайне резкой была реакция Варшавы на высказывания Нетаньяху и Путина относительно польского антисемитизма.

Зеленскому надо сказать что-то оправдывающее Украину (а она считается одним из европейских лидеров по антисемитизму) и не спровоцировать конфликт с местными и польскими националистами.

Ситуация осложняется тем, что для Зеленского это ещё и личная тема — он сам еврей. Кроме того, у него сложились «особые» отношения с израильским премьером Беньямином Нетаньяху — первый визит в Киев при новом президенте осуществил именно он (притом что в последнее десятилетие отношения между Украиной и Израилем складывались не лучшим образом).

В общем, у Зеленского есть три варианта действий.

 

Вариант 1: встать на сторону своих и жёстко высказаться в отношении проявлений антисемитизма и пообещать меры, вызывающие возмущение гуськовых. В общем, попереть буром против националистов.

Вероятность такого развития событий невысока именно потому, что он боится националистов и полагает, что ресурсов государства недостаточно для его защиты от них (это, скорее всего, не так, но он художник, он так видит).

Вариант 2: встать на сторону «своих» и заявить, что на Украине антисемитизма нет. Разумеется, не так, чтобы совсем прямо, а с реверансами, как это уже было — в виде сравнения Холокоста с Голодомором и подчёркивания того, что он всё-таки стал президентом Украины.

Вероятность такого варианта довольно высока. Во всяком случае Зеленский публично высказывается именно в этом ключе.

 

Вариант 3: вообще не ехать в Израиль.

Вариант разумный в смысле налаживания контакта с украинскими националистами, но не слишком логичный в плане развития внешнеполитических контактов. Вероятность его не слишком велика — он всё же старается от националистов отстраиваться, да и с точки зрения такого подхода в Париж тоже не надо было ехать.