ОКО ПЛАНЕТЫ > Статьи о политике > Европейская интеграция и современный феномен постдемократии

Европейская интеграция и современный феномен постдемократии


22-11-2017, 06:58. Разместил: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ

Европейская интеграция и современный феномен постдемократии

Европейская интеграция и современный феномен постдемократии

Общественные изменения, берущие начало в 80-ых годах, как социально-экономического характера, так и политического устройства общества в странах Западного мира, породили множество новых теорий и идеологий, одним из отличий которых являлось видение мира через призму постмодернистних идей, уход от классического модернизма.

В рамках постмодернистской мысли, родилась новая концепция – постдемократическая эпоха, одним из отцов-основателей которой выступил британский политолог Колин Крауч. Первоисточником общественных изменений, описываемых постдемократией, явился кризис демократической системы, в условиях которого институты публичной власти развитых государств становятся во многом декорацией, утрачивая функции обеспечения массового участия населения в политической жизни общества. [3 – C. 19]

Постдемократические процессы отражаются как в экономической, так и политической сфере общества. Рассуждая на тему политических изменений, Колин Крауч утверждает, что в XXI веке меняется сам политический режим: на фоне падения политической активности граждан, их нежелания принимать участие в политическом процессе, отстаивать интерес той социальной группы, которой они принадлежат, мы видим тенденцию к изменению политических технологий, методов и целей политической борьбы.

Легче всего наблюдать данный процесс в партийной системе государства, размываются партийные программы, в идеологическом плане они становятся более гибкие, выполняя задачу – охватить максимальное число электората, они уже не опираются на конкретный класс, а значит и не отражает четкие интересы определенной социальной группы. Немецкие политологи К.Ритзи и Г. Шааль отмечают, что в новом постдемократической обществе своего пика влияния на общественное мнение достигает роль СМИ, именно они и формируют отношения к политическим лидерам, «продают» политическую идею населению.

В экономическом плане, постдемократия характеризуется в первую очередь усилением влияния транснациональных компаний над национальными экономиками мира, их полное доминирование в мировых хозяйственных отношениях. Гигантские корпорации стали один из двигателей экономического роста даже в отдельно взятых государствах. Как пишет Колин Крауч в своем интервью «Постдемократический мир корпораций» в Русском журнале в 2010 году: «Ни экономика малого бизнеса, ни экономика, контролируемая государством, не способны дать нам то процветание, которого мы все жаждем». Следовательно, политические и экономические элиты в собственном стремлении к обогащению будут защищать интересы глобальных компаний, создавать все более выгодные условия для привлечения их капитала, традиционная концепция демократии – достижение индустриальной эпохи общества, в этом случае становится лишь преградой для властных экономических элит и способов их обогащения.

Экономическая составляющая (транснациональные компании)
Возникает логический вопрос о будущем Европейского союза в условиях выше перечисленных процессов. На первый план в экономической сфере постдемократического общества выходит деятельность транснациональных компаний, рассматривая их влияние на страны Европейского союза, можно отметить, их огромный вклад в процесс интеграции Европейского пространства. Помимо усиления экономических связей они так же влияют на правовую систему ЕС.
Колупаева Юлия Вячеславовна своей статье «Лоббирование Интересов транснациональных корпораций в Евросоюзе» утверждает, что у 80% правовых норм, действующих сегодня на территории стран ЕС, — брюссельское происхождение. Это обусловлено широким распространением практики представительства корпоративных интересов в ЕС, в том числе и теневого характера, что способствует созданию целостной правовой архитектуры во всех странах-членах Европейского Союза. Речь в данном случае идет о сближение представителей крупного мирового бизнеса с брюссельским истеблишментом. [4 – C. 162]

С другой стороны важно учитывать, что зачастую различные формы лоббизма оказываются отрицательное влияние на развитие общества, в данном случае такой организации, как Европейский Союз. Мировые экономические гиганты могут стать яблоком раздора в европейском сообществе, вызывая недоверие, как к отдельным институтам Европейского Союза, так и к вопросу целесообразности нахождения в данной организации. В данном случае, уместно будет вспомнить крупный скандал в ноябре 2014 г., эпицентром которого оказалось Великое Герцогство Люксембург. Международный консорциум журналистов-Расследователей (International Consortium OF Investigative Journalists) опубликовал ряд документов, которые свидетельствуют о том, что сотни компаний проводили секретные сделки в Люксембурге по тайному соглашению от 2003 года, что позволило сохранить таким компаниям, Apple, Ikea, Amazon, Pepsi, всего их около 340штук, миллиарды долларов от налогового обложения стран еврозоны. В этом скандале, получившем название Luxleaks, оказался замешан и Жан-Клод Юнкер, нынешний Председатель Европейской комиссии и бывший Премьер-министр Люксембурга.
Примечательно, что даже спустя 2 года, данный скандал до сих пор остается поводом для обсуждения не только среди евроскептиков, но и тех, кто высказывается за продолжение европейской интеграции, так один из депутатов Европарламента от экологической партии Франции Ева Жоли летом 2016 г. выпустила книгу – «Волк в овечьей шкуре».

По ее словам, Люксембург за последнее десятилетие стал самой богатой страной в мире на душу населения, в то время, как европейские страны недополучали миллионы долларов от фискальной политики. Бывший премьер-министр Жан-Клод Юнкер Великого Герцогства «коммерциализировал люксембургский суверенитет», отдав его транснациональным компаниям, с которыми заключались тайные налоговые договора, имеющие крайне низкую ставку налогообложения.
Нельзя не выделить также и смежную проблему, стоящую на пути интеграции европейского пространства, а именно коррупцию. По словам Сесилии Мальмстрем, бывшего Европейского комиссара по внутренним делам, на данный момент во всей Европе не осталось ни одной сводной зоны от коррупции. В тоже время согласно данным Евробарометра за 2016 год более 75% европейцев считают, что коррупция в их странах распространена очень широко.
Пессимистичные настроения, как в обществе, так и среди политических элит, озабоченных данным вопросом, безусловно, подрывают доверие к сложившейся демократической системе, традиционным институтам демократии. Влияют они и на отношение к ЕС, как политико-экономической организации, существует угроза распространения мнения, что Европейский союз не просто не способен бороться с экономическими злоупотреблениями чиновников, но и в значительной мере и является причиной данных проблем.

Политическая составляющая (Популизм правых партий)
Как было уже сказано ранее, постдемократическая эпоха характеризуется созданием нового политического режима, этот режим не изменяет политические институты классической демократии эпохи модерна, однако, в сути своей полностью меняет ход политического процесса. Ключевой идеей новых политический реалий становится идея популизма, так Григорий Ильич Вайнштейн, доктор исторических наук, сотрудник РАН, определяет популизм, как основной инструмент политической борьбы. На фоне общественных разочарований в способности существующей системы представительной демократии отвечать на современные угрозы, партии, использующие популизм, как метод политической борьбы, своего рода заполняют политических вакуум, перетягивая на себя значительную часть электората. [1 – С. 33]

В первую очередь, говоря о общеевропейском популизме, многие исследователи сосредоточены именно на феномене праворадикального популизма. Лаптева Юлия Игоревна, кандидат политических наук, в своей статье «Правый популизм и перспективы выборов в Европейский парламент 2014 г.» утверждает, что подъем активности правопулистских партий и движений в Европе начался приблизительно со второй половины 1990-х. [2 – С. 39]

Это отчетливо видно на примере активности правых сил Франции, в частности, партии – «Национальных фронт», начиная с президентских выборов 2002 года, на которых Жан-Мари Ле Пен почти 17% голосов (16,86) в первом туре, влияние партии постоянно увеличивается, особенно на фоне современных проблем, стоящих перед Пятой республикой. Такой успех стал возможным, во-первых, благодаря интеграции постматериальных ценностей в идеологию партии, что позволило уйти от ассоциаций с неофашисткими движениями, а, во-вторых, благодаря манипулированию идеями евроскепсиса, темой контроля над миграционными потоками, представлением альтернативы господствующей неолиберальной экономической доктрине.

Данные процессы без сомнения представляют серьезную угрозу для такой крупнейшей политико-экономической организации, как Европейский Союз. И если данная угроза еще в 2014 году не казалось реальной, то после референдума 23 июня 2016 года о членстве Великобритании в ЕС, возник вопрос, а будут ли вообще очередные выборы в Европейский парламент в 2019 году? Сохраниться ли та политико-экономической форма, которая существует на сегодняшний день?
Частичным ответом на данные вопрос являются выборы в Нидерландах, прошедшие 15 марта 2017 года, различные информационные агентства называли данные выборы «Генеральной репетицией правых в Европе». А по опросам общественного мнения лидировала право- популистская «Партия Свободы» Герта Вилдерса, именно эта политическое объединение и являлось официальным союзником французского «Национального фронта» и немецкой «Альтернативы для Германии». В итоге, этого не случилось, как сообщает обозреватель Владимир Добрынин Информационного агентства REGNUM от 23 марта 2017 года «Партия Свободы» уступила правящей партии («Народная партия за свободу и демократию»), однако партия Рютте потеряла в парламенте 8 (восемь) мест. А партия его противника, Вилдерса, приобрела 5 (пять) мест. Таким образом, евроскептики укрепили свои позиции, несмотря на проигрыш.

Культурная составляющая (символика идентичности)
В условиях постдемократических процессов, происходящих как в экономической, так и в политической сферах жизни общества, Европейский союз столкнулся с проблемой создания европейской идентичности среди участников объединения. Современные европейские политические элиты осознали необходимость разработки системы новых символов и смыслов в фарватере как классических европейских ценностей, так и постдемократической парадигмы, что в конечном итоге должно способствовать дальнейшей консолидации европейского сообщества.
Многие исследователи, дискутируя о способах развития процесса интеграции ЕС, подчеркивают важную роль символов, влияющих на массовое сознание и формирующих европейскую идентичность в будущем. В данном ключе в своих работах американский политолог Ариэль Коэн и английский антрополог Виктор Тернер называют символ основным социальным оператором, благодаря которому политическая власть диктует свою волю. [7, P.155]. Кроме того, известный американский политолог, один из основателей современной политологии, Гарольд Лассуэлл писал о том, что политическая символика является связывающим звеном между политическими лидерами и их последователями, между творцами политики и обществом. [6 - P.17].

Представляется важным отметить, что существует множество методов формирования символических значений, которые могут определять нормы и образцы поведения между вышеназванными субъектами. Российский политолог Александр Иванович Соловьев, рассуждая на данную тему, выделяет такие способы воздействия на общество, как религия, идеология, «политическая рекламистика» и мифология [5 C.31]. Если в прошлом основные сферы жизни европейского общества формировались под воздействием западного христианства, то сегодня европейский дискурс объединил разнородные по смыслу национальные мифы, религиозную символику, различные идеологии и современные маркетинговые формы символизации. В этой связи особое внимание обращают на себя европейские мифы, как наиболее распространенные конструкты в условиях постдемократии.

Политический миф и мифотворчество в целом, состоит из обширной системы различных вербальных и невербальных образов, символов и знаков, использующихся в интересах политической элиты, и носит искусственный характер, т.е. является продуктом некой политической воли, результатом деятельности привилегированных групп, стоящих у власти. Используемые в данном ключе мифы оказывают колоссальное влияние на общество, именно они играют одну из главных ролей в формировании нынешнего европейского культурного пространства.

Следует особо подчеркнуть, что миф выступает неким инструментом идеологического воздействия на общество, поэтому политическую мифологию следует отличать от идеологии, имеющей более четкие рамки. Если в архаическую (первобытную) эпоху миф отражал наивные попытки осмысления действительности, то сегодня он стал одним из эффективных инструментов для управления массовым сознанием, в том числе, и в политической сфере.
Активное конструирование европейской транснациональной идентичности началось в конце XX века. Еще в 1984 г. итальянский парламентарий Пьетро Адонино, возглавивший в те годы Комитет по интеграции европейских Народов в культурном секторе, выступил с докладом, в котором подчеркивал ключевую роль символов в повышении сознательности европейского общества, и обозначил необходимость донесения до европейского гражданина сути его европейской идентичности и культурного единства, основанных как на исторических связях, объединяющих народы Европы, так и на постматериальных ценностях.

Первым шагом к европейской интеграции стали разработка и создание флага ЕС. Данная символика апеллирует к мифологическим и религиозным сюжетам: синий фон, символизирующий мир, чистое небо над головой и желтые звезды, выступающие символом всей Европы и отождествляющиеся с двенадцатью апостолами, двенадцатью знаками Зодиака и т.д.
Официальным гимном ЕС стала знаменитая ода «К радости» Л.В. Бетховена, которая символизирует идеалы свободы, мира и солидарности. В знаменитой инициативе «Европа — это мы! Манифест перестройки Европы от самого основания», предложенная социологом Ульрихом Беком и депутатом Европарламента Даниелем Кон-Бенедитом в 2012 г. подчеркивается ведущая роль национальных государств при создании единого европейского сообщества.

Стоит отметить, что руководство некоторых современных европейских государств использует саму идею евроинтеграции в качестве ключевого символа в своей политике. Например, в 90-е годы XX века в Польше были популярны идеи «возвращения к Европе» и лозунги «Европа как шанс». Кроме того, бывший президент Чешской республики Вацлав Гавел в своих речах подчеркивал, что именно интеграция европейских стран вокруг объединенной Европы способна помочь решить различные экономические и политические проблемы.

Также данная идентичность формируется и поддерживается благодаря созданию исторических мифов об европейском прошлом (исторические герои, пантеон героев, исторические праздники и т.п.), которые консолидируют европейское сообщество. Обращение к мифологизации истории в контексте создания европейской идентичности характерно для стран Прибалтийского региона. К таким мифам можно отнести, например, восстановление государственности, а именно, политическое развитие современной Латвии сопровождалось тесным сотрудничеством с государствами Европейского союза, где ценности демократии и толерантности являются главными.

Таким образом, современный процесс интеграции стран Европейского союза подвергается влиянию постдемократических трендов, имеющих как внутренние, так и внешние проявления. Риски консолидации европейского общества кроются не только в объективных политико-экономических причинах, а как же и под влиянием субъективных интересов правящих элит европейского пространства, в том числе и национальных. Однако сложно оценивать данную обстановку, как полное поражение евроцентристов. Кейс современных проблем Евросоюза лишь показатель динамичности системы, стремящейся к более тесной интеграции, а не тот барометр перманентного кризиса, каким его хотят видеть популистские политические силы европейских держав.

Несмотря на это европейское сообщество связано общими ценностями, которые формировались на протяжении далеко не одного столетия, либеральными и постдемократическими ценностными парадигмами. Поэтому дестабилизация европейского региона, являющегося центром самых кровавых конфликтов человечества, не может являться интересом и тем более политическим торгом властных элит.


Литература

[1] Вайнштейн Г. Популизм в современной Европе: Новые тенденции // Мировая экономика и международные отношения. – 2013. №12.
[2] Волкова Е. А., Лаптева Ю. И. Правый популизм и перспективы выборов в европейский парламент 2014 года. // Воронежский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации. – 2014.
[3] Крауч, К. Постдемократия. / пер. с англ. Н. В. Эдельмана; Гос. ун-т — Высшая школа эконимики.— М.: Издательский дом Гос. ун-та – Высшей школы эконимики, 2010.
– С. 192.
[4] Колупаева Ю.В. Лоббирование интересов транснациональных корпораций в Евросоюзе // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. - 2013. №161.
[5] Соловьев А.И., Малинова О.И., Гаман-Голутвина О.В., Ильин М.В., Пшизова С.Н. Современные тенденции развития символического пространства политики и концепт идеологии: Материалы дискуссии // Полис. – М., 2004. - №4. – С. 28-52.
[6] Asher W. Hirschfelder-Ascher. Revitalizing political psychology: The legacy of Harold D. Lasswell. – Mahwah, NJ: Lawrence Erbaum Associates inc., 2005. – P. 197.
[7] Cohen A. The politics of elite culture: explorations in the dramaturgy of power in a modern African societies. – Berkeley: Univ. of California press, 1981. – P. 262.

Авторы: Кузнецов С.М., Шилова Е.В., факультет истории, политологии и права МГОУ, д/о, 4 курс, 44 гр.
Научный руководитель: Федорченко С.Н., доцент, кандидат политических наук, доцент кафедры политологии и права, заместитель декана факультета истории, политологии и права по научной работе МГОУ.

Метки к статье: ЕС, Постдемократия


Вернуться назад