ОКО ПЛАНЕТЫ > Статьи о политике > Украинская промышленность после Майдана: переломы, атрофия, некроз

Украинская промышленность после Майдана: переломы, атрофия, некроз


13-01-2017, 13:35. Разместил: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ

Украинская промышленность после Майдана: переломы, атрофия, некроз

Экономист Александр Дудчак в колонке на АиФ.ru оценивает состояние украинской промышленности, которая до государственного переворота и сменыл власти была одной из ведущих на постсоветском пространстве.

За три года, прошедших после Майдана, привыкание к ситуации на Украине выработалось далеко не у всех. Привыкнуть можно ко многому, даже к неправильно сросшимся костям после множественных переломов. Состояние Украины именно такое: многочисленные переломы, в том числе и открытые, приведшие к атрофии целых отраслей промышленности и некрозу отдельных территорий. Лечением пока никто не занимается: зарубежные «доктора» оказались всего лишь корыстными трансплантологами, а сам пациент верит, что на костылях и без некоторых органов организм работает намного эффективней, чем до катастрофы.

При чтении статистических сводок о состоянии экономики Украины не оставляет мысль о том, что всё это когда-нибудь придётся восстанавливать. Чем более запущена болезнь, тем сложнее и затратнее будет процесс лечения. Временщики, считающие себя украинской властью, разрушение экономики не остановили, и, судя по их планам и так называемым реформам, даже не планируют.

Деградация, подошедшая к точке невозврата, коснулась многих отраслей, как высокотехнологичных (авиация, ракетостроение, производство двигателей и пр.), так и объектов инфраструктуры (например, украинская газотранспортная система). Степень износа дорожного фонда и железнодорожной инфраструктуры достигает 90-95%.

Украина приняла решение не модернизировать свою ГТС: её перспективы после 2019 года туманны, а такие долгосрочные инвестиции, не дающие моментальный результат, не в почёте у нынешних властей. Как следствие, без заказов осталось Сумское машиностроительное научно-производственное объединение им. Фрунзе, некогда ведущее предприятие СНГ по производству автомобильных заправочных газокомпрессорных станций и оборудования для транспортировки газа, с количеством сотрудников до 10 тысяч человек. Не помогла Сумскому НПО и декоммунизация, лишившая его в названии «им. Фрунзе», и попытки выслужиться перед новой властью — предприятие оказало спонсорскую помощь «АТО» на сумму в 14 млн грн., в частности, передало Нацгвардии 30 своих автомашин.

Потребление газа на Украине в целом сокращается. И этот факт косвенно характеризует состояние упадка экономики, но представителями власти преподносится как «избавление от зависимости от российского газа». Потребление природного газа на Украине по итогам 2016 составило 30,3 млрд кубометров, что на 4% меньше прошлогодних показателей, а в 2015 году сокращение потребления газа составило 20% за счёт спада промышленности и сокращения потребления населением (правда, из-за аномальных морозов Украина увеличила отбор газа из ПГХ на 64%).

В целом будущее украинской ГТС смутное. Прояснить его в определённой степени поможет решение Стокгольмского арбитража. Высока вероятность того, что в обозримом будущем контроль над украинской ГТС перейдёт к одной из европейских компаний. К слову, 80% своих доходов НАК «Нафтогаз Украины» получила от транзита российского газа.

Тает на глазах потенциал всемирно известных предприятий и конструкторских бюро «Антонов» и «Южмаш», он безвозвратно исчезнет с уходом остатков кадрового состава: просто некому передавать бесценные навыки и опыт. А создавать с нуля подобные предприятия смысла не будет даже со сменой власти. Отсутствие запчастей, поставляемых из России, привело к остановке «Антонова», причём инициатива разрыва кооперационных связей принадлежит украинской стороне.

Отмирает не только космос и авиация, но и автопром. За 11 месяцев 2016 года производство автотранспортных средств на Украине по сравнению с аналогичным периодом 2015 года сократилось на 29%: до 4,586 тыс. единиц.

В том числе производство легковушек сократилось на 13%, до 3,8 тыс. штук, производство коммерческих автомобилей сократилось на 61%, до 547 штук, а автобусов — на 65%, до 239 штук.

Украина славилась производством труб различных диаметров. В 2012 году Днепропетровский трубный завод (ДТЗ) заявлял о расширении производства и освоении новых технологий. В постмайданный период если что-то и было стабильным на предприятии, так это остановки производства. За 2015 год производство продукции ДТЗ сократилось на 65,1% в сравнении с 2014 годом, чистый доход упал на 21,7%, но чистый убыток увеличился на 54,8%.

По данным правительства Украины, за 11 месяцев 2016 года произошёл рост производства труб на 0,7% в сравнении с аналогичным периодом 2015 года. Но это выглядит прыжком на дне на фоне сокращения на 39,4% производства труб из чёрных металлов основными трубными предприятиями Украины в 2015 году по сравнению с 2014 годом.

До Майдана завод «Веста-Днепр» считался современным высокотехнологичным предприятием по производству стартерных аккумуляторных батарей. После Майдана и благодаря ему он стал банкротом. Тем же путём ушли в небытие и другие промышленные предприятия Украины. Среди них Днепропетровский комбайновый завод, Кременчугский автосборочный завод, «Львовсельмаш», Львовский автобусный завод, Запорожский электровозоремонтный завод, Баливский комбинат хлебопродуктов, завод «Азовские смазки и масла» и многие другие.

В декабре 2016 из-за многомиллионных долгов по зарплате были арестованы счета одного из крупнейших машиностроительных комплексов Украины: завода «Азовмаш». Потеря рынка стран СНГ привела к сокращению выпуска холдингом «Азовмаш» грузовых вагонов в 13 раз в 2015 году в сравнении с 2014.

В октябре о прекращении своей работы объявило крупное предприятие по производству строительных материалов «Кнауф Гипс Киев», которое входит в международную группу компаний Knauf. Представители компании объяснили своё решение катастрофической ситуацией с украинскими железными дорогами.

Вследствие так называемой «евроинтеграции» и разрыва производственных и кооперационных связей с Россией и странами СНГ происходящая деиндустриализация Украины привела к изменению структуры экспорта страны. Если продовольственные товары и сельхозсырьё в 2010 году составляли 19,4%, то в 2016 году — уже 41%. И не за счёт значительного роста производства с\х продукции, а вследствие падения производства промышленной. Доля машин, оборудования и транспортных средств в экспорте сократилась с 17,7% в 2010 году до 12% в 2016.

В целом все три постмайданных года экспорт из Украины падал. Если в 2013 году он составлял 63,3 млрд долл., то в 2014 году — уже 54 млрд, в 2015 — 38,2, а в 2016 — 36,4 млрд. В то же время падающий импорт вырос с 36,5 млрд долл. в 2015 году до 38,9 млрд в 2016. Чем покрывать растущие расходы и отрицательное сальдо в 2,5 млрд долл., кабмин Украины объяснить не в состоянии.

Страна катастрофически зависит от импорта. В том числе от импорта топлива. Вследствие чего курс национальной валюты и цены на внутреннем рынке подвергаются значительному влиянию со стороны внешних факторов.

На сегодняшний день из шести украинских НПЗ работает лишь один. Это привело к росту зависимости Украины до 80% от импорта светлых нефтепродуктов.

По оценкам украинского Министерства экономического развития и торговли, потери промышленности страны от разрыва с Россией уже составили 98 млрд долл. Невзирая на это, типичной для украинского «истеблишмента» можно считать позицию министра иностранных дел Украины Павла Климкина, обнародованную в The New York Times в виде статьи-обращения к избранному президенту США Дональду Трампу: «За два года, прошедшие после Революции достоинства, Украина как страна добилась гораздо больших успехов, чем за всё время с момента провозглашения независимости в 1991 году. Мы наконец начали серьёзно бороться с коррупцией и провели целую серию реформ, которые помогут государству лучше функционировать».

Судя по всему, «больной» не понимает или не хочет понимать всей сложности и запущенности своего положения. Тем не менее уходит время сектантов Майдана, поющих про «мы никогда не будем братьями». Чем раньше они уйдут, тем в большей степени сохранится научный и промышленный потенциал страны, тем меньше времени и средств уйдёт на восстановление и лечение постмайданной Украины.

Оригинал публикации


Вернуться назад