ОКО ПЛАНЕТЫ > Статьи о политике > Интервью: Яра Салех, пленница ССА

Интервью: Яра Салех, пленница ССА


22-09-2012, 08:00. Разместил: Swarm

Журналистка частного телеканала Аль-Акбария Яра Салех вместе со съёмочной группой была захвачена Свободной «сирийской» армией. Её пощадили и оставили в качестве заложника. Благодаря широкой мобилизации в Европе на французского президента было оказано давление, чтобы он приказал своим друзьям из ССА освободить её. После её освобождения национальной сирийской армией она согласилась ответить на вопросы Сети Вольтер.


 

Несколько сотен боевиков, принадлежащих к различным салафистским и такфиристским группировкам, 20 июля сошлись в деревне Аль-Тала. Большинство из них не были сирийцами. Некоторые жители, благосклонные к демократии, приняли их, считая, что разделяют с ними одни и те же убеждения. Боевики напали на комиссариат и взяли в плен нескольких полицейских, в числе которых были раненые. Они согласились доставить в больницу лишь тех, кто был из числа суннитов, а остальным было отказано в медицинской помощи. Сразу же новый революционный Совет Аль-Талы установил сектантские законы. Население бежало из города, включая и тех, кто поначалу принял ССА, поверив западным обещаниям.

Боевики взяли в заложники около тридцати мирных жителей, включая съёмочную группу канала Аль-Акбария, работавшую в этих местах, и окопались в этой деревне. Заложники были расселены в разных домах, и каждый день их переводили в другие места. Боевики хотели установить в этом месте исламский Эмират, но революционный Совет, под управлением сирийского дезертира, был информирован о готовящейся атаке со стороны национальной армии. В распространённом видео он угрожал убить журналистов и требовал снять заграждение вокруг деревни, чтобы дать боевикам возможность бежать. Не получив удовлетворительного ответа, он получает по спутниковому телефону приказ о передислокации. В ночь с 15 на 16 августа от 500 до 700 человек, вместе с наиболее важными заложниками гуськом двинулись через всю деревню. В это самое время в небе зажглись несколько осветительных ракет, позволив национальной армии открыть прицельный огонь и уничтожить за несколько минут более 200 джихадистов.

Яра Салех, журналистка канала Аль-Акбария, припала к земле и спаслась. Другие заложники, оставшиеся в деревне, были найдены утром и освобождены.

Ниже приведены свидетельства Яры Салех, которые она нам предоставила спустя несколько часов после освобождения.

Тьерри Мейсан: Как они захватили вас и вашу группу?

Яра Салех: Мы приехали в Аль-Тала, чтобы сделать там репортаж. Я знала, что это опасно, но я надеялась сделать что-нибудь о простых людях, о том что с ними происходит, что они думают об этих схватках, как с ними обходятся боевики и воины национальной армии. Мне много раз приходилось бывать в подобных местах, и я знаю, что с точки зрения журналистики всё, что касается мирного населения, очень важно. Прежде всего я обратила внимание на то, что в деревне не было гражданского населения. Я увидела на краю деревни всего лишь 7 мирных жителей, все остальные были боевики.

Тьерри Мейсан: Сколько было боевиков?

Яра Салех: Я не знаю. Когда они нас захватили, они нас повели в центр, который располагался в здании школы. Оно ещё не было достроено. Но они там расположились. Их там было около 700…, 500…, 700… Я потом узнала, что они занимали и другие места.

Тьерри Мейсан: Они были из этой деревни или из других мест?

Яра Салех: Они были из разных мест и принадлежали к разным национальностям. Да, я слышала, как они разговаривали по-ливийски. Они ругались и били нас. Когда они оставили нас одних, я слышала, как один из них говорил, что среди них есть саудовцы. Мне не удалось их отличить друг от друга, так как они были похожи друг на друга, с бородой и без усов, как у салафистов. Одного из них даже звали Салафи, и все в его группе были «салафистами». У всех было огнестрельное оружие, калашниковы… Я не знаю, как называется всё это оружие, но они мне о нём говорили. Они остановили нашу машину, когда мы въехали в деревню. Они заперли двери. 6 или 7 гражданских кричали: «Отпустите их, пожалуйста, пусть они уезжают». Они приставили автомат женщине к виску: «Замолчи, это наш бизнес». И они увели нас вместе с ними. Их было человек 10 или 15, и они все были вооружены. Сначала они приказали нам выйти из машины. Они били нас. Меня били по щекам. Я упала на землю. Моих товарищей они связали по рукам. Со мной они ничего не сделали, потому что на мне не было чадры. Они посчитали меня отвратительной. Они снова посадили нас в машину. Они закрыли нам лицо. Только мне, потому что мои друзья сидели на полу машины, между креслами. Я не знаю, куда они нас привезли. Я не знаю, что это было. Знаю, что это было недостроенное здание. Только стены и крыша, и ничего более. Ни дверей, ни окон. Нас посадили в одну комнату. Там было вместе с нами по меньшей мере 100 человек. Может быть, 50…,75…, я точно не знаю.

Тьерри Мейсан: Они все были боевиками?

Яра Салех: Да, боевиками. По меньшей мере 75… или 50, точно не знаю. Я не знаю, сколько их было. Они избили моих товарищей. Они кричали мне в лицо. Они плевали в меня и нецензурно ругались. «Откуда вы? Какую религию вы исповедуете?» Первые вопросы касались нашего происхождения, нашей религии. «Поддерживаете ли вы Башара? Поддерживаете ли вы правительство?» Все вопросы были такими.

Тьерри Мейсан: В видео, которое они сделали с вашей помощью, они говорят, что гражданские лица были были убиты в результате обстрелов национальной армии. Они заявляют также, что один из членов вашей группы, которого они попросили снять фильм, также был убит во время этого обстрела.

Яра Салех: Нет. Сначала они нас остановили и увезли. Они отобрали наши мобильные телефоны и всё в них просмотрели. Они нашли там видео, где были засняты армейские учения. Они спросили: «Вы поддерживаете армию! Сирийскую армию!» Они увели водителя вместе с ассистентом оператора, которого убили. Они их обоих увели. Я слышала выстрелы. Водитель вернулся один. Я спросила его, что случилось с Хатемом? Он ответил, что они убили его. Когда они уводили его, я кричала: «Возьмите меня и отпустите его! Все проблемы у вас из-за меня. Это я делала этот репортаж». Но они этого не сделали. Они сказали, что они меня казнят отдельно. Они увели его и убили.

Тьерри Мейсан: Как они обращались с вами и с вашей группой?

Яра Салех: Очень плохо. Мне неприятно говорить об этом. Один из них пытался меня изнасиловать.

Тьерри Мейсан: Они все салафисты, не так ли?

Яра Салех: Когда они вместе, они молятся и читают Коран. Один из них всегда был на страже, чтобы мы не сбежали. Когда он был один, он никогда не молился. А когда он понял, что армия близко, и что он умрёт, он молился, а остальное время нет. Это он пытался меня изнасиловать, но я ему не далась.

Тьерри Мейсан: В обращении, которое они зачитали, они требовали, чтобы правительство сняло блок-посты, чтобы жители могли вернуться в свои дома.

Яра Салех: Я знаю все эти требования.

Тьерри Мейсан: Что это означало на самом деле?

Яра Салех: На самом деле они ждали, что им подвезут боеприпасы, потому что на этот момент у них было мало боеприпасов. Они ждали подкрепление.

Тьерри Мейсан: Была ли у них связь с внешним миром?

Яра Салех: У них был спутниковый интернет.

Тьерри Мейсан: Если у них был спутниковый интернет, значит у них был и спутниковый телефон?

Яра Салех: Думаю, что да. Но не там, где они нас держали. В основном мы были в маленьких помещениях.

Тьерри Мейсан: Они получали приказы извне? Включая и текст, который они зачитали. Известно ли вам, кто отдавал им приказы?

Яра Салех: Они говорили о каком-то Совете. Я не знаю, что это за Совет.

Тьерри Мейсан: Совет?

Яра Салех: Да, но этот разговор был на улице. Один боевик сказал, что он разговаривал с кем-то, но не назвал настоящих имён. Они говорили о каком-то Абу Муавья, я не знаю, кто это. А по-саудовски он сказал, что разговаривал с друзьями из Катара и Турции. Мы слышали как они разговаривали с ними по рации. Мы всякого наслушались и всяких имён тоже.

Тьерри Мейсан: Почему на видео у вас лицо закрыто чадрой?

Яра Салех: Они сказали, что я должна её носить. Потому что так требует ислам. Просто, чтобы закрыться.

Тьерри Мейсан: Вы хотите сказать, что их политическая программа – это всего лишь носить паранджу на голове?

Яра Салех: Главное требование – это носить чадру. Я вам сказала, что был там шейх и группа салафистов. Я должна была её носить и даже закрывать руки. Я должна была её носить. И на видео на мне чадра.

Тьерри Мейсан: Вы разговаривали с ними о политике?

Яра Салех: Я разговаривала с многими из них, но с нормальными людьми, а не с главарями. Они просто вооружённые люди.

Тьерри Мейсан: Да, в основном, простые люди. Что они знают о происходящем?

Яра Салех: Они ничего не знают. Они думают, что с оружием или с калашниковыми они могут бороться против режима.

Тьерри Мейсан: А почему они хотят бороться против режима?

Яра Салех: Они хотят умереть и отправиться на небеса. Потому что, если они умрут, то попадут на небеса.

Тьерри Мейсан: Тогда зачем нужно свергнуть режим?

Яра Салех: Потому что лидер этой власти алауит, некоторые так говорили.

Тьерри Мейсан: То есть по религиозным мотивам?

Яра Салех: Для некоторых только по религиозным. Другие говорили: «Я хочу воевать, потому что это джихад, и я хочу отправиться на небеса».

Тьерри Мейсан: А кто объявил этот джихад?

Яра Салех: Что?

Тьерри Мейсан: Кто принял решение объявить джихад?

Яра Салех: Шейх.

Тьерри Мейсан: Какой шейх?

Яра Салех: Я не знаю их имён. Первый раз они принесли нам еду в час или в два часа ночи. Они нам принесли кое-что поесть. Еда была невкусная, и я не могла есть, потому что только что убили моего товарища. Тогда я отдала всё котёнку. Он спал со мной. Ему хотелось пить, и я напоила его из моей ладони.

Тьерри Мейсан: Как вас в конце концов освободила национальная армия?

Яра Салех: Я думаю, что армейцы перехватили их разговоры, потому что они узнали, что мы собирались уходить в другую деревню. Мы должны пройти через эту гору. Мы шли между деревьями, вокруг не было жилищ. Мы шли колонной по одному. Тот, кто шёл рядом со мной, сказал: «Когда мы встретим армейцев, я приложу мой автомат к твоему виску и скажу, что убью тебя, если они нам не дадут уйти… ты же женщина, так что они сжалятся». Они вели нас с собой. И вдруг осветительная бомба. Всё вокруг стало светло. Никакого взрыва, только свет. И орудия вдоль всей дороги, от вершины горы до подножия. Когда я увидела свет, я сразу упала на землю. И я оставалась в таком положении, пока стрельба не прекратилась. Затем зажглась другая осветительная бомба. Но за это время я перебежала на другое место, потому что я заметила, что с вершины горы спускался вниз огонёк. Я перебежала в другое место, за маленький холмик, чтобы спрятаться. Я оставалась там до тех пор, пока всё не закончилось. Они пытались меня увести. Но я не захотела. Тут снова свет. Они все попрятались пока было светло, а потом убежали. Вот так.

Я не знала, что стало с моими товарищами. Потому что я не могла их видеть. Я была напугана. Я шла со всеми в колонне, но ниже остальных, и это было неудобно. Так как я женщина, я была в стороне. Из ружей стреляли в сторону долины, а не в сторону вершины. Они смогли разбежаться, а я осталась. Мой товарищ Абдалла сделал то же самое. Но он искал и не мог найти водителя Хуссейна. И я оставалась одна минут двадцать. Всё стихло, и никаких голосов. Я стала кричать: «Я из сирийского агентства новостей. Аль-Акбария. Сирийский канал!» Мне ответили: «Яра, мы знаем, что вы здесь! Мы знаем, что это опасно, но мы должны вас освободить. Идите сюда».

Они взяли меня с собой, и я расплакалась. Сначала из-за моих товарищей. Они сказали, что Абдалла был с ними. Абдалла и я, мы сделали всё, что можно и всё, что должны были сделать. И армейцы тоже так думают. Они нас видели. И пока мы были среди боевиков, они стреляли мимо, не в нас.

Мы были спасены. Мы не возвратились назад. Мы оставались там, пока всё не кончилось. А потом нас доставили в расположение части.

Тьерри Мейсан: Согласно военным источникам около 200 боевиков были уничтожены, а остальные бежали. Это так?

Яра Салех: Бежать пытались от 250 до 300 боевиков. Каждый день они приходили и говорили, что многих из них убили. Они говорили, что порядка 300 или 400 человек. Я не знаю точно. Эти цифры не от командиров. Они нам ничего не говорили. Они нам только угрожали. Каждые 10 минут кто-нибудь приходил и говорил: «Мы вас убьём». Именно так. Через 5 минут приходил другой и говорил: «Мы вас сейчас освободим».

Тьерри Мейсан: Они играли у вас на нервах?

Яра Салех: Самым отвратительным образом. Один говорил: «Я вас разрублю на куски и выброшу собакам на съедение». Я спросила одного из них. Что будет, если правительство или армия примут ваши требования? Они ответили: «Мы тебя будем держать у себя, чтобы потребовать больше». Да они сказали, что будут требовать больше.

Тьерри Мейсан: Хотите ли вы сказать что-нибудь тем, кто в Европе пытался вам помочь?

Яра Салех: Я хочу вам всем сказать большое спасибо. В конце концов я на свободе. Конечно, мои герои - это сирийские воины, но и вы тоже. Большое спасибо. Я знаю, что благодаря вашим усилиям и вашим молитвам я свободна. Я никому на свете не пожелаю такой участи. Это было так тяжело. Мне не хватало солнца. Не хватало моих родителей. Мне не хватало всех. В конце концов я свободна. Слава Богу! Особенно женщины, я надеюсь, вы никогда не попадёте в такую ситуацию.

Тьерри Мейсан: Спасибо, Яра.


Вернуться назад