ОКО ПЛАНЕТЫ > Размышления о политике > Михаил Хазин: Как возродить «Красный проект», не допустив ошибок СССР

Михаил Хазин: Как возродить «Красный проект», не допустив ошибок СССР


6-08-2012, 12:16. Разместил: VP

Сам проект действовал в Советском Союзе не так уж долго – с конца 20-х до конца 50-х годов



http://zbroya.info

Тема реализации в СССР «Красного» глобального проекта постоянно всплывает на разных форумах и в разговорах. Причина этого понятна: популярность «Красного» глобального проекта по мере развития кризиса увеличивается, а его противники готовы на все, чтобы его не допустить.

 

Как следствие, на неподготовленного читателя обрушивается колоссальный вал ложной информации, построенной по классическим канонам идеологической обработки. Во-первых, чистая ложь, во-вторых, отдельные истории, возводимые в обязательные составные части «Красного» проекта (типичные примеры – зверства времен Гражданской войны или какие-нибудь еще элементы, типа «половой свободы»), в-третьих, системные проблемы СССР, с которыми «Красный» проект боролся, но победить так и не успел - вот основные направления этой пропагандистской борьбы. И по этой причине я решил написать небольшой текст, посвященный моему пониманию отношения России и «Красного» проекта.

 

Для начала – что же такое «Красный» проект. Хотя это написано в моих текстах, посвященных теории глобальных проектов, повторю еще раз. «Красный» глобальный проект – это идея, появившаяся в XVIII веке и направленная на то, чтобы соединить в себе Библейскую систему ценностей (то есть восстановить разрушенную с возникновением Реформации и Капиталистического глобального проекта систему ценностей) с идеей научно-технического прогресса, которая с XVI-XVII веков развивалась с использованием ссудного процента.

 

Поскольку ссудный процент в Библейской системе ценностей запрещен, сделать это было можно только одним способом – запретить частное использование прибыли от этого процента, то есть обратить его на общественную пользу. Именно это и было сделано в рамках реализации «Красного» проекта в СССР и других социалистических странах. Однако вначале «Красный» проект прошел полуторавековую «сетевую» стадию.

 

И в этот период в рамках развития его идей появилось колоссальное количество разных людей, которые предлагали что-то свои и новое. Кто-то считал, что раз речь идет о борьбе с религией (а на самом деле – с альтернативными религиозными глобальными проектами), то можно включать в систему идей откровенный сатанизм, кто-то напирал на национальные черты и так далее. Адепты развивающегося «Западного» проекта активно пытались его использовать в своей борьбе с капиталистическим и религиозными проектами и так далее. Вообще, как и всякое новое направление, в XIX веке кто только туда не набежал, не говоря уже о персонажах, в задачи которых входило разрушение самой модели «Красного» проекта на деньги проектов альтернативных. Тут можно вспомнить весь корпус мифов об СССР, который был сочинен на Западе, впрочем, это было уже несколько позже.

 

Собственно научную теорию «Красного» проекта сочинил Маркс и его последователи, но есть одна тонкость – поскольку в государственном управлении они не понимали ничего, то и модель их на практике работать не могла. Именно по этой причине Советская Россия/СССР в первое десятилетие своего существования прошла через многократные изменения государственной политики. Нужно было адаптировать проектные принципы «Красного» проекта к реальной практике государственного управления. Отметим, что предъявлять сегодня претензии по этому вопросу просто глупо – любой человек, который сталкивается с новой для себя проблемой, на первом этапе делает ошибки.

 

Отметим, тем не менее, серьезную ошибку Маркса, которая, скорее всего, была связана с его личным отношением к религии. Он полностью выкинул из корпуса обоснования «Красного» проекта мистическую компоненту – и это стало, быть может, самой серьезной его ошибкой. Отметим, что, судя по всему, Сталин понял эту ошибку и попытался ее исправить, однако явно не успел, а пришедший ему на смену Хрущев, который был, по большому счету, догматик, неспособный к сложной интеллектуальной работе, эту линию в государственной политике не только не поддержал, но и жестко обрубил.

 

Не исключено, что связано это с тем, что все глобальные проекты принципиально враждебны друг другу (что естественно, на то они и глобальные) и в этом смысле «Красный» проект враждовал и с «Западным», и с Исламским, и с Православным, и с Католическим. Но для двух проектов - «Западного» и Православного - эта вражда стала основой для разработки серьезной идеологической базы. Для первого понятно почему - практически всю середину ХХ века эти два проекта боролись за первенство в мире, а Православный был серьезным конкурентом потому, что Российская империя была для него базовой страной на протяжении нескольких веков.

 

Отметим при этом, что работу «Красного» проекта по борьбе с проектом Православным сильно облегчил Петр I, который отменил Патриархию, а вместо этого сделал чисто имперскую конструкцию Священного Синода, гражданского учреждения, направленного на то, чтобы контролировать и направлять умонастроения в обществе. Как следствие, за 200 лет работы этого учреждения, отношение к Православной церкви в русском обществе сильно ухудшилось – что сильно облегчило работы по ее демонтажу после 1917 года (причем значительная часть этой работы была сделана в период с февраля по октябрь 1917 года).

 

Победа Великой Октябрьской социалистической революции в ноябре (октябре) 1917 года поставила перед адептами «Красного» проекта множество задач.

 

Нужно было не просто адаптировать до того достаточно абстрактные проектные идеи к конкретному опыту государственного строительства, но еще и отсечь разного рода «попутчиков», причем в ситуации острого недостатка опытных и толковых людей. Отметим еще, что Россия в то время была страной аграрной, то есть средний уровень образования был достаточно низким, а большая часть людей образованных «Красный» проект не поддерживала. Это, а также иностранная интервенция и Гражданская война, вызвала достаточно высокий уровень конфронтации в обществе, который тоже сегодня критики приписывают «Красному» проекту, хотя он на первом этапе явно был не готов столкнуться с таким явлением. Достаточно вспомнить, что практически всех своих арестованных на самом первом этапе врагов новые власти России отпустили под «честное слово» и именно поголовное нарушение этого слова, во многом, и сформировало отношение к этим людям.

 

Я не буду сейчас подробно описывать события первых 10 лет Советской власти, поскольку объем текста явно это не позволяет, но об одной коллизии, которая, во многом, определяла политическую жизнь страны в 20-е годы, сказать точно нужно. Речь идет о том, что в это время решался принципиальный вопрос: идти ли войной на весь мир (линия, отстаиваемая Коминтерном), или же строить «Красный» проект в одной стране. За первое направление было то, что в то время шла отчаянная война между Капиталистическим и «Западным» проектами, побеждал в ней проект «Западный», который, скорее всего, довольно много сил и средств вложил в то, чтобы в элите «Красного» проекта было много скрытых его адептов. Идея тут состояла в том, чтобы за счет энергии масс «Красного» проекта разрушить государства, которые ограничивали капитал (то есть основу проекта «Западного»), и в первую очередь – наследственные монархии Европы.

 

Другая линия предполагала создание «базовой» страны, то есть перевод «Красного» проекта в иерархическую стадию. Эта линия победила, но в процессе пришлось пережить еще одну, практически гражданскую, войну, поскольку «коминтерновская» элита, особенно та ее часть, которая была связана с элитами зарубежными, активно сопротивлялась любой попытке ограничить внешнюю экспансию.

 

Отметим, что на тот момент советские элиты четко понимали, что глобальные проекты не совместимы в принципе и по этой причине никакого сколько-нибудь долгосрочного сосуществования между ними быть не может. И исходили из этого понимания в своем долгосрочном планировании. Но после смерти Сталина ситуация изменилась. Впрочем, вначале нужно отметить, что экономической базой для построения базовой страны для «Красного» глобального проекта Сталин выбрал построение собственной технологической зоны и последовательно проводил соответствующую политику, которая дала серьезные позитивные результаты. При этом он не создавал «элиту», как, например, это сделал Китай, а «тащил» вверх все советское общество (кстати, именно по этой причине на первом этапе рост уровня жизни был не очень высоким).

 

Хрущев, который пришел к власти, по большому счету, в результате государственного переворота (официальные инстанции его в 1955 году сняли с должности) уже сути специфики «Красного» проекта не понимал, и в 1956 году публично отказался от одного их главных проектных принципов, введя в обиход идею «мирного сосуществования». С точки зрения идеологии это было поражение, однако оформлялось оно достаточно долго.

 

В начале 60-х годов в СССР начался кризис, связанный с невозможностью расширения рынков (кризис падения эффективности капитала), однако догматики, пришедшие с Хрущевым, эту проблему решить уже не могли. Тем не менее, в начале 70-х, когда аналогичный кризис начался в США, СССР мог выиграть – но для этого нужно было преодолеть собственную идеологическую слабость и усилить свои позиции в рамках противостояния с «Западным» проектом, а не ослаблять их. Сделано же все было наоборот – и выигрыш был упущен.

 

Отметим, что как только в конце 50-х годов Хрущев начал отход от проектных принципов «Красного» проекта, в стране начала формироваться «прозападная» группа, которая, собственно, и снесла СССР 40 лет спустя. Ведь если система ценностей «Западного» проекта жестко не критикуется, то она начинает собирать своих сторонников – поскольку человек, в общем, слаб. Иными словами, разрушение СССР, формально, стало следствием объективных экономических процессов, которые, однако, были серьезно усилены субъективными процессами, связанными с отказом от проектных принципов государственной элиты СССР. Что, в свою очередь, было обусловлено локальными процессами борьбы за власть.

 

Таким образом, «Красный» проект, с точки зрения относительной чистоты своих проектных принципов, действовал в СССР не так уж долго – с конца 20-х до конца 50-х годов. Он воспитал поколение, которое и «держало» ситуацию до конца 80-х – но после его ухода все посыпалось достаточно быстро. А это значит, что при возрождении этого глобального проекта, что, по моему мнению, неизбежно, это обстоятельство нужно иметь в виду.

 


Вернуться назад