ОКО ПЛАНЕТЫ > Оружие и конфликты > Бундесвер без иллюзий

Бундесвер без иллюзий


5-07-2015, 08:13. Разместил: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ

Бундесвер без иллюзий

 

 

Бундесвер без иллюзий


В условиях конфронтации НАТО с Россией европейские члены альянса, при многосторонней поддержке США, повышают боеготовность собственных вооруженных сил и стремятся улучшить взаимную координацию в военной сфере. Не является исключением и Германия. Хотя украинский кризис не стал здесь поводом для модернизации армии, планомерная работа по повышению боеспособности бундесвера проводится более интенсивно; в то же время, она видоизменяется в соответствии с геополитической ситуацией, с учетом того, что в расширении Сил быстрого реагирования Германии отведена роль ответственного координатора.

Весь период после объединения Германии военное строительство было нацелено на преобразование бундесвера из «ударной силы» НАТО, противостоящей Варшавскому договору, в армию, способную отправлять контингенты для участия в миротворческих операциях. Исходя из того, что для выполнения таких задач многочисленная армия не требовалась, в большинстве стран НАТО была отменена всеобщая воинская обязанность. Однако в Германии с отказом от призыва медлили: главные протагонисты в политике (христианские демократы) настаивали на том, что сохранение призыва обеспечивает связь армии с обществом, а военные указывали, что призывники обеспечивают 40% кадрового пополнения. Призыв сохранялся, но сроки службы призывников сокращались, и к 2010 г. молодых немцев призывали всего на полгода. Поскольку за шесть месяцев невозможно качественно подготовить солдата к выполнению боевых задач, армия фактически разделилась на более и менее боеспособную части. По оценке Европейского оборонного агентства, в 2011 г. численность военнослужащих, способных принимать участие в боевых действиях, составляла в Германии 7 тысяч человек, а в отменивших призыв Франции и Великобритании – соответственно 30 и 22 тысячи.

При этом в немецкой обществе призыв воспринимался как анахронизм, что дополнительно снижало престиж воинской службы. В итоге в верхах было принято принципиальное решение о проведении реформы, которая бы обеспечила, на первый взгляд, взаимоисключающие цели: повышение боеспособности при продолжающемся снижении оборонного бюджета и переход на добровольный принцип комплектования. Численность личного состава была сокращена с 240 до 185 тысяч человек. С начала украинского кризиса некоторые отставные генералы открыто сожалели по поводу отказа от призыва. Ханс-Петер Бартельс (глава парламентского комитета по обороне, член СДПГ) считает, что отказ от призыва был слишком поспешным (что странно, если учесть, что социал-демократы еще в начале 2000-х гг. требовали отмены призыва), но призыв на полгода вообще лишен смысла. Как бы то ни было, нынешний министр обороны Германии Урсула фон дер Ляйен намерена сохранить добровольный принцип комплектования армии; впрочем, юридически призыв не отменен, а приостановлен. Это значит, что его можно восстановить без формальных проволочек.

Бундесвер без иллюзий

Министр обороны Германии Урсула фон дер Ляйен увлекается личным пиаром, а в стиле руководства демонстрирует пренебрежение спецификой ВС.

К началу украинского кризиса реформу, бравурно начатую Карлом-Теодором цу Гуттенбергом, занимавшем пост министра обороны в 2009-2011 гг., без каких-либо специальных политических решений стали скромно называть «реогранизацией» (Neuausrichtung). По определению, реорганизация должна обеспечивать выполнение бундесвером функции «неотъемлемого инструмента политики безопасности». После начала реформы сменились два министра обороны; в действующем кабинете министерство возглавляет Урсула фон дер Ляйен, назначение которой вызвало недоумение в обществе, не говоря уже о склонном к консерватизму бундесвере – никогда прежде женщина не руководила Вооруженными Силами. Ляйен увлекается пиаром собственной персоны (чем напоминает Гуттенберга), а в стиле руководства демонстрирует пренебрежение ярко выраженной спецификой ВС. Это принципиально отличает нынешнего министра от ее предшественника, Томаса де Мезьера (министр обороны в 2011-2013 гг.). Может быть, на его стиль накладывала отпечаток семейная традиция: отец министра, генерал Ульрих де Мезьер, был одним из организаторов армии ФРГ в послевоенный период. Напротив, фон дер Ляйен склонна к решению проблем чисто технократическими методами. К примеру, кадровые проблемы, включая вербовку добровольцев, предполагается решить путем превращения бундесвера в «самого привлекательного из работодателей Германии», а сбои с выполнением оборонного заказа – оптимизацией отношений между заказчиком и поставщиком вооружений. Некоторые эксперты предостерегают, что такой подход угрожает превращением самой фон дер Ляйен в «часть проблемы». Подобное предостережение представляется вполне резонным, если принять во внимание, что большинство министров обороны расставались со своим постом не по доброй воле. Упомянутый цу Гуттенберг был вынужден оставить пост и даже ушел из политики после скандала из-за обвинений в плагиате при написании диссертации. Из 17 министров обороны ФРГ в канцлеры прочили многих (начиная с Франца-Йозефа Штрауса до цу Гуттенберга), но удалось это лишь Гельмуту Шмидту. Амбициозные планы нередко приписывают и Ляйен. Тем больше у нее оснований добиваться популярности среди военнослужащих. Вполне закономерно, что первой инициативой Ляйен стал проект, направленный на повышение привлекательности воинской службы.

ПОВЫШЕНИЕ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТИ ВОИНСКОЙ СЛУЖБЫ

Кадровая проблема была отправной точкой реформы, начатой при Гуттенберге. Но, несмотря на сокращения, проблему нехватки кадров она не решила, а поставила по-новому. Теперь требуется, с одной стороны, обеспечить постоянный приток добровольцев, а с другой – исключить дефицит квалифицированных кадров по ряду специальностей и предотвратить уход из Вооруженных Сил востребованных специалистов. Армейская служба по-прежнему не считается престижной. По опросам, 2/3 немцев отговорили бы родных и друзей от профессии военного, хотя 8 человек из 10 имеют положительное представление о кадровых военных. «Если нам нужен сильный, боеспособный, гибкий бундесвер, то ничего не остается, как позаботиться о привлекательности службы», – заявила Ляйен.

Бундесвер без иллюзий

Кадровая проблема стала отправной точкой реформы бундесвера.

Проект повышения привлекательности службы охватывает широкий спектр мер, которые юридически оформлены специальным законом о повышении привлекательности бундесвера, вступившим в силу с апреля 2015 г. В соответствии с положениями закона, впервые за всю историю бундесвера, для основного состава вводится нормированный рабочий день, т.е. военнослужащие приравнены к гражданским служащим и будут иметь фиксированную продолжительность рабочей недели в 41 час, как предусмотрено Директивой ЕС по рабочему времени 2003/88/EG. В случаях, когда 41-часовая неделя невозможна (например, для участников зарубежных миссий, моряков, при борьбе со стихийными бедствиями и т.п.), служащие будут получать денежную компенсацию.

В части оплаты труда предполагается введение персональных надбавок, повышение оплаты на период участия в учениях и т.п. Повышение оплаты коснется 22 тыс. военных и 500 гражданских служащих. С 1 ноября 2015 г. ежемесячное денежное довольствие военнослужащих будет увеличено на 60 евро (в начале 2015 г. оно составляло от 777 до 1146 евро). Расширяются социальные гарантии, например, улучшаются условия выхода на пенсию до достижения пенсионного возраста профессиональным военным, контрактникам увеличивается выходное пособие. В 2015-2017 гг. Министерство обороны предполагает потратить на дополнительное материальное стимулирование военнослужащих 764,2 млн. евро, на улучшение инфраструктуры (преимущественно речь идет о ремонте бытовых помещений) – 750 млн. евро.

Изначальная слабость закона заключается в том, что упор сделан на материальное стимулирование, однако из-за специфики воинской службы материальные стимулы не могут гарантировать полное решение проблемы. К тому же большинство военнослужащих удовлетворены уровнем оплаты труда. Например, среди добровольцев оплатой довольны 83%. С другой стороны, для привлечения квалифицированных кадров (а в бундесвере сетуют на нехватку специалистов по логистике, инженеров и медицинских работников) использовать материальное стимулирование вполне логично. Естественна и положительная реакция военных на инициативу нового министра. Теперь в оценках ее деятельности превалирует призыв не возлагать на Ляйен ответственность за ошибки предшественников.

Также приняты меры чисто рекламного характера, направленные на привлечение к воинской службе молодежи. Началось распространение рекламных буклетов, в Берлине открыт рекрутинговый центр – площадка, на которой желающие могут получить интересующую информацию непосредственно у военнослужащих и пройти собеседование. Бундесвер принял участие в крупнейшей молодежной ярмарке по профориентации, которая традиционно проходит в Дортмунде. Летом этого года впервые пройдет День бундесвера, во время которого будут открыты для посещения несколько казарм и организованы показы современной боевой техники. За проведение успешной рекламной кампании введена специальная премия. В дальнейшем День бундесвера будет проводиться ежегодно.

О том, что проводимая кампания достигает своей цели, можно судить по цифрам набора добровольцев. В 2013 г. в Вооруженные Силы пришли 8,3 тыс. добровольцев, а в 2014 г. – уже 10,2 тыс., что немногим меньше последнего призыва – 12 тыс. срочников. Министр считает, что в идеале ежегодно 60 тыс. молодых людей должны обращаться в вербовочные пункты, чтобы Вооруженные Силы получили возможность отбирать по конкурсу 15-20 тыс. добровольцев. Это явно завышенные ожидания: ведь задача не просто в том, чтобы привлечь как можно больше добровольцев. Пока лишь 25% из них намерены остаться в армии и заключить контракт. По недавнему опросу, 2/3 добровольцев сомневаются в осмысленности своей службы. Отчасти это объясняется тем, что места созданы лишь для 5 тыс. рекрутов, а остальных просто некуда «пристроить». В целом можно заключить, что реальность не оправдывает подогретых рекламой ожиданий молодых людей. По опросам, меньше трети добровольцев довольны прохождением службы и лишь четверть считают, что научились чему-то полезному.

ОБОРОННЫЙ ЗАКАЗ

Не менее серьезной хронической проблемой бундесвера является ненадлежащее выполнение оборонных заказов. В 2014 г. фон дер Ляйен санкционировала проведение компаниями KPMG, P3 и Taylor Wessing независимого аудита крупнейших оборонных заказов: на производство БМП Puma, транспортных самолетов A400M, истребителей Eurofighter, транспортных вертолетов NH90, ударных вертолетов Tiger, фрегатов класса F125, тактической системы ПВО TLVS, системы слежения и разведки SLWUA, а также радиооборудования SVFuA. Эти заказы охватывают 2/3 всех затрат на вооружение, их общая стоимость составляет около 57 млрд. евро. В итоговом докладе аудиторы пришли к весьма тривиальному общему выводу о неудовлетворительном состоянии исполнения заказов: срыве сроков, удорожании, низком качестве готовой техники.

Бундесвер без иллюзий

Хорошо, что в Германии больше не делают бронетехнику с шахматным расположением катков, иначе ремонтники бундесвера вряд ли бы вписались в 41-часовую рабочую неделю.


Срок максимальной задержки поставок приближается к 10 годам. Так, соглашение от 1998 г. с компанией EUROCOPTER (в настоящее – время Airbus Helicopters) предусматривало поставку до конца 2011 г. 80 вертолетов UH Tiger, но в конце 2014 г. было поставлено только 36. Заказ от 2000 г. предусматривал поставку 134 транспортных вертолетов NH90, а к концу 2013 г. было поставлено 106 машин. Первый транспортный самолет A400M поставлен в декабре 2014 г., с опозданием на четыре года. При этом в 2014 г. военные рассчитывали получить два самолета, а в соответствии с еще боле ранними планами – пять. Весь немецкий заказ сокращен с 60 до 53 самолетов, при этом люфтваффе оставит себе только 40 из них.

Проблемы есть не только в авиации: так, поставки БМП Puma (изготовители Krauss-Maffei Wegmann и Rheinmetall), предназначенных для замены устаревших БМП Marder, запаздывают на девять лет. Пресса приводила данные об удорожании этого проекта на 666 млн. евро, так что вся поставка 350 машин обойдется в 3,7 млрд. евро. По договору, заключенному в 2004 г., стоимость одной БМП составляла 6,5 млн. евро, но к февралю 2014 г. она, по данным Министерства обороны, выросла уже до 9,9 млн. евро.

В целом из 93 заказов бундесвера стоимостью свыше 25 млн. евро подорожали 50: за поставку придется заплатить 59,6 млрд. евро, что на 8% (или на 4,3 млрд. евро) выше договорных сумм.

Продукция на момент поставки не только оказывается дороже, чем предусмотрено в договоре, но и не удовлетворяет ожиданий заказчика. Например, БМП Puma лишь после 2018 г. будут поставляться в комплектации с ПТРК SPIKE-LR (MELLS). Не соответствует договорной комплектации ни один из поставленных вертолетов NH90, а достичь ее военные надеются только в 2021 г. При приемке первого Airbus 400M обнаружилось 875 дефектов.

Причины удорожания продукции известны: занижение стоимости заказа исполнителем на этапе заключения договора, а также финансовое покрытие коммерческих рисков заказчиком. Таким образом, на этапе заключения договора обе стороны преднамеренно, чтобы получить финансирование, занижают стоимость заказа. Предусмотренные за просрочку поставки штрафы не настолько велики, чтобы повысить исполнительную дисциплину подрядчика. В докладе перечислены 140 проблем и рисков и предложены 180 мер, исполнение которых, по мнению аудиторов, позволит за два года принципиально улучшить положение дел.

Одна из предложенных мер – ужесточение требований к подрядчику со стороны Минобороны – уже применена на практике: Министерство обороны приостановило приемку истребителей Typhoon вплоть до урегулирования финансовых аспектов заказа. Производитель самолетов – компания Eurofighter (BAE Systems) признала, что из-за дефектов обшивки число летных часов истребителей сокращается в два раза. Министерство, видимо, рассчитывает, что тем самым удастся снизить стоимость одного истребителя, которая, по данным прессы, в настоящее время составляет 134 млн. евро.

Пока шла проверка крупных заказов, Минобороны нацелилось на аудит штурмовых винтовок G36, состоящих на вооружении с 1997 г. Экспертная комиссия по их проверке начала работу летом 2014 г. В конце марта 2015 г., не дожидаясь объявления итогов проверки, Ляйен заявила о том, что из-за проблем с точностью стрельбы при высоких температурах использование винтовки в миротворческих миссиях будет ограничено, а в перспективе бундесвер и вовсе откажется от них. В ответ на подрывающие ее репутацию обвинения, фирма-производитель Heckler & Koch пригрозила обратиться в Федеральное управление уголовной полиции для проверки выводов экспертной комиссии.

Этот спор свидетельствует о возникших противоречиях между германским военным ведомством и оборонной промышленностью. Недовольство промышленников вызвало и предложение аудиторских компаний отказаться от немецких поставщиков. Причем предложено закупать вооружение тех видов, которые Германия активно экспортирует: подводные лодки, стрелковое оружие, бронетанковую технику. Ляйен выступает сторонницей специализации немецкой оборонной промышленности. В ее представлении, у собственных производителей стоит закупать в первую очередь шифровальную аппаратуру и средства ведения разведки. Идею отказаться от продукции немецкой промышленности отвергает министр экономики Зигмар Габриэль. При этом именно социал-демократ Габриэль выступает за ужесточение правил экспорта вооружений, что не в интересах национальной оборонной отрасли. По данным последнего отчета SIPRI, Германия уже уступила Китаю свою позицию, оказавшись в 2014 г. на четвертом месте по объему экспорта вооружений. Эксперты по безопасности от ХДС призывают к поставкам немецкого оружия, включая танки, в прибалтийские страны.

Еще до начала кампаний по аудиту, в начале своей деятельности на посту министра, Урсула фон дер Ляйен сменила чиновников, отвечающих за оборонные заказы. 18 декабря 2013 г. был уволен Рюдигер Вольф, госсекретарь по вооружениям и бюджету, занимавший эту должность с 2008 г. С 1 января 2014 г. уволен начальник отдела вооружений Министерства обороны, руководитель проекта «Информационная техника» Детлеф Зельхаузен. В феврале 2014 г. лишился поста госсекретарь Штефан Беелесман, которому было поставлено в вину сокрытие от бундестага факта перевода 55 млн. евро в счет оплаты поставок истребителей. Беелесман был замешан и в скандале 2013 г. с беспилотниками, но тогда де Мезьер не стал его увольнять.

После этих громких увольнений министр возложила всю полноту ответственности за вооружение бундесвера на генерального инспектора (пост, соответствующий начальнику Генерального штаба). В июле 2014 г. госсекретарем, отвечающим за оборонные заказы, Ляйен назначила Катрин Зудер. Новый госсекретарь намерена добиться соответствия поставок договорам в части сроков и цены. О масштабах предстоящей работы можно судить по общему количеству заключенных договоров: только в 2013 г. их было подписано 7700. Под руководством Зудер в сжатые сроки была разработана программа «Вооружение 4.0», включающая шесть направлений. Провозглашается принцип прозрачности, ориентация на ключевые технологии, выбор приоритетов и развитие кооперации с партнерами в других странах. Очевидно, из-за того что наиболее сложная ситуация сложилась с авиацией, выделены два отдельных направления: «самолеты» и «вертолеты». В связи с появлением новых угроз принят отдельный проект «Технологии безопасности будущего», которым руководит лично Катрин Зудер – физик по образованию. Намечено разработать концепцию «Бундесвер 2040 – ответ на новые вызовы». Повышение прозрачности будет выражаться в улучшении информированности депутатов бундестага – в декабре 2014 г. Зудер уже принимала участие в заседании парламентского комитета обороны. Информация о заседании не разглашается, известно лишь, что госсекретарь призвала парламентариев к терпению, а содокладчики (инспекторы Сухопутных войск генерал-лейтенант Бруно Касдорф, ВВС – Карл Мюллер и ВМФ – вице-адмирал Андреас Краузе) подтвердили этот исходный тезис, приводя данные о боеготовности отдельных видов техники. Работу министра и его команды энергично поддерживают христианские демократы.

В прессе высказывается скепсис по поводу весьма амбициозных планов нового госсекретаря, потому что, с одной стороны, оборонный заказ относится к разряду «вечных проблем», а с другой – сходные трудности имеются и в других странах. К тому же попытки пригласить для их решения гражданских специалистов (в данном случае – Зудер) предпринимались в Германии и ранее, но не были успешными.

ТЕХНИЧЕСКОЕ ОСНАЩЕНИЕ АРМИИ

Одной из примет 2014 г. стало пристальное внимание политиков и СМИ к вопросам технического оснащения бундесвера. Упомянутый выше доклад аудиторских компаний о состоянии оборонных заказов подводит к выводу о накопившихся существенных проблемах с вооружением. Этот вывод подтвердили и слушания в парламентском комитете по обороне, которые проводятся теперь два раза в год. Хотя доклады не являются открытыми, тем не менее СМИ публиковали полученные по своим каналам отрывочные данные о неисправной военной технике. Сообщалось, например, что из состоящих на вооружении 180 новейших БТР Boxer исправны 110, из 89 истребителей Tornado – 38, из 83 транспортных вертолетов CH-53 – 16 (по другим данным, и вовсе семь), из 56 транспортных самолетов Transall – 24 и т.д.

Столь же широко освещались случаи технических неполадок, особенно аварийные ситуации, связанные с международным имиджем бундесвера. Так, из-за неисправности грузового самолета C-160 Transall сорвалась торжественная церемония вручения военных грузов курдам в Эрбиле, куда Ляйен прибыла специально для этой цели. В Афганистане военно-транспортный Airbus 310 не принял на борт ожидавших отправки домой военных, за которыми пришлось прислать самолет правительственного авиапарка. Не с первой попытки удалось доставить груз медикаментов в Либерию – выделенный для этого самолет совершил вынужденную посадку на Канарских островах. Наконец, бундесвер отказался от участия в учениях НАТО по причине неисправности восьми из девяти вертолетов подразделения спецназа KSK. Все приведенные примеры касаются авиации, которая, по уверениям инспектора ВВС генерал-лейтенанта Карла Мюльнера, работает на пределе возможностей.

Бундесвер без иллюзий

В декабре 2014 г. на вооружение бундесвера поступили первые танки Leopard 2A7.

Нам представляется, что подобная информация не может служить достаточным основанием для вывода о низкой степени технической боеготовности бундесвера в целом. Критерии оценки степени боеготовности в этих сообщениях не проясняются. Скорее всего, техника, не полностью им удовлетворяющая, при необходимости может быть привлечена к выполнению боевых задач и успешно справится с таковыми. Кроме того, к небоеспособным иногда относят те единицы техники, которые не полностью укомплектованы или не достигли планируемого уровня возможностей. К тому же не все сообщения прессы достоверны: в частности, упоминалось, что две из четырех имевшихся на тот момент у кригсмарине подлодок неисправны, но министр в одном из своих выступлений упоминала о том, что две субмарины стоят на приколе из-за того, что их экипажи не укомплектованы.

Очевидно, что с большим основанием следует доверять не прессе, а руководителю пресс-службы Министерства обороны Йенсу Флосдорфу, заявляющему, что «в нормальном случае бундесвер хорошо вооружен». Добавим, что слухи о низкой боеспособности бундесвера представляют собой способ давления на общественное мнение в самой Германии – излишне пацифистское, если соизмерять его с конфронтационным настроем руководства НАТО и отдельных членов альянса и прежде всего – Польши. В этом ряду, на наш взгляд, стоит и растиражированное прессой заявление Ляйен о том, что бундесвер не в состоянии полностью выполнить обязательства в рамках альянса. Очевидно, что это высказывание носит нарочито обобщающий характер, между тем как в действительности речь шла о состоянии ВВС. Конкретно имелось в виду сообщение о том, что в экстренном случае бундесвер не мог бы предоставить 60 истребителей Eurofighter, как предписано в разделе по Военно-воздушным системам NATO Defence Planning process на 2014 г. Более того, сама Ляйен фактически дезавуировала кампанию СМИ, рисующую плачевное состояние вооружений бундесвера. В одном из интервью она заявила, что благодаря этой кампании широкая общественность убедилась в необходимости наращивания оборонного бюджета. Остается предположить, что «утечки» данных из секретных докладов были организованы преднамеренно. Опросы общественного мнения показывают, что население оказалось восприимчиво к этой кампании – уже половина немцев считают, что оборонный бюджет следует увеличить. Член парламентского комитета по обороне Хенниг Отте (ХДС) на недавнем экспертном совещании упомянул, что на перевооружение планируется потратить 58 млрд. евро.

По имеющейся отрывочной информации, даже при невысоком уровне бюджетного финансирования, вооружение бундесвера постоянно модернизируется. Вот конкретные примеры:

• Стрелковое оружие. Наметились подвижки в решении проблемы с основной для бундесвера винтовкой G36. В 2012 г. активно обсуждались недостатки, выявившиеся при использовании G36 в Афганистане, в частности, перегрев ствола. В середине 2014 г. Министерство обороны инициировало проверку качества винтовки, одновременно, по предположению СМИ, отказавшись от дальнейшей закупки этой модели. «Нужно не допустить того, чтобы министерство вложило еще 34 млн. евро в оружие, которое, вероятно, не удовлетворяет потребностям Вооруженных Сил», – цитировала пресса анонимный информированный источник. В результате в октябре 2014 г. был подписан контракт (правда, без окончательного утверждения) на поставку новых винтовок G38 (HK416) разработки той же компании Henckler & Koch. На вооружение морского спецназа (Kommando Spezialkrдfte Marine) принят пистолет Henckler & Koch P9A1.

• Бронетехника. В декабре 2014 г. на вооружение 203-го танкового батальона 21-й танковой бригады поступил первый танк Leopard, модернизированный к версии 2A7 (производство Krauss-Maffei Wegmann). Пока заказано 20 машин этой модификации, в дальнейшем командование бундесвера намерено изыскать средства для модернизации к версии 2A7 всех ОБТ Leopard 2A6, которых, по разным источникам, в ВС имеется от 200 до 322.

• Авиация. Несмотря на проблемы с NH90, в марте 2015 г. бюджетный комитет бундестага одобрил заключение с поставщиком вертолетов Airbus Helicopters рамочного соглашении на 8,5 млрд. евро о поставке следующей партии этих вертолетов. Ожидается, что в итоге бундесвер получит еще 80 транспортных вертолетов NH90, а также 57 боевых вертолетов Tiger (первоначальный заказ, сделанный еще до реформы, был заключен соответственно на 122 и 80 единиц). Оговорено, что 22 NH90 будут использоваться многонациональными силами, а базироваться – в Германии. Одобрено и выделение 1,4 млрд. евро на закупку 18 вертолетов Sea Lion (немецкое обозначение морской версии NH90). В среднесрочной перспективе состоящие на вооружении Sea Lynx будут заменяться на NH90 Sea Lion. В ноябре 2014 г. успешно прошел испытания первый экземпляр легкого многоцелевого вертолета Airbus Helicopters EC645 T2, предназначенного главным образом для участия в операциях спецназа. Контракт на поставку 15 машин этого типа стоимостью 194 млн. евро был подписан в июле 2011 г. и должен быть выполнен до конца 2015 г. Поставки осуществляются без задержки.

Бундесвер без иллюзий

Начало поставок БМП Puma запаздывает на девять лет.

Особое внимание привлекает перспектива выпуска беспилотников. В 2013 г. проект Euro Hawk был остановлен, когда выяснилось, что расходы вдвое выше, чем заложено по проекту. Кроме того, в обществе шла дискуссия о том, соответствует ли этическим нормам использование Германией вооруженных БЛА, предназначенных для ударов по наземным целям. В отличие от Мезьера, Ляйен определенно выступает за производство вооруженных беспилотников. По сведениям прессы, пришедший на смену Euro Hawk проект Triton засекречен, что дает основания сомневаться в готовности военного ведомства обеспечить прозрачность своей работы. Есть официальное подтверждение, что по состоянию на конец 2014 г. действовала принятая в 2012 г. программа, предполагающая оснащение бундесвера к 2025 г. 16 беспилотными летательными аппаратами (с оружием и без). Для контингента, дислоцированного в Афганистане, еще на год, до апреля 2016 г., продлен лизинг израильских БЛА Heron. В начале апреля 2015 г. сообщалось, что Германия, Франция и Италия достигли соглашения о совместном производстве беспилотников нового поколения, которые начнут поступать на вооружение в 2020 г. (по крайней мере, не позже 2025 г.). Этот проект свидетельствует об усилиях по активизации сотрудничества в оборонной сфере, причем преимущественно – с европейскими партнерами.

В связи с нарастающей конфронтацией НАТО с Россией приобрел актуальность вопрос о неполном комплектовании воинских частей танками и тяжелой техникой. В настоящее время уровень комплектации составляет 70-75%. Чтобы исправить положение, министр обороны распорядилась приостановить списание устаревших модификаций танка Leopard 2 и выкупить 100 ранее списанных танков, потратив на это 22 млн. евро. По плану, утвержденному в 2011 г., количество состоящих на вооружении танков должно было составлять 225 единиц; по новым планам – 328 (при этом в 1990 г. на вооружении ВС ФРГ состояли 2,1 тыс. ОБТ).

С точки зрения доработки техники представляется важным, что бундесвер принимает участие в миротворческих миссиях. В 2014 г. бундестаг выдал мандат на продление всех зарубежных миссий и на присоединение к двум новым. Именно опыт, полученный в ходе этих операций, поставил на повестку дня вопрос о качестве винтовки G36. В Афганистане выяснилось, что бронетранспортеры Boxer стоит дополнительно оснастить, чтобы они были пригодны для поддержки пехотных подразделений. Вертолеты Tiger немецкого производства оказались хуже французских и т.д.

ВЫВОДЫ

В условиях конфронтации на европейском континенте Германия обращает пристальное внимание на повышение боеспособности армии. Принятая концепция повышения привлекательности воинской службы включает и улучшение социальных условий военнослужащих, и рекламные мероприятия. В 2014 г. удалось привлечь на службу свыше 10 тысяч добровольцев, из чего можно сделать вывод, что молодое поколение освободилось от чувства вины за преступления, совершенные немцами в годы Второй мировой войны, а идеи пацифизма утрачивают прежнюю популярность. Вопрос о возврате к призыву пока не ставится, но юридически призыв не отменен, а лишь приостановлен.

За последний год под лозунгом повышения прозрачности в СМИ появились некоторые данные о состоянии боеспособности бундесвера, которые прежде не подлежали публичному освещению. Эти сведения носят отрывочный характер и создают впечатление низкой боеспособности германских Вооруженных Сил. Такое впечатление представляется нам не соответствующим реальности и способным привести к неоправданным иллюзиям. В армии планомерно происходит обновление и модернизация парка вооружения и военной техники, а личный состав, участвуя в зарубежных миссиях, накапливает боевой опыт. Там же проверяется и качество новой техники. На политическом уровне предпринимаются усилия по укреплению взаимодействия между оборонной промышленностью Германии и других стран ЕС, прежде всего – Франции.

 

 

Автор Наталия МЕДЕН

Первоисточник http://www.nationaldefense.ru/includes/periodics/geopolitics/2015/0623/194016050/detail.shtml


Вернуться назад