ОКО ПЛАНЕТЫ > Новый взгляд на историю > Проект «Украина». Часть 1. Новая, неизвестная науке национальность

Проект «Украина». Часть 1. Новая, неизвестная науке национальность


27-10-2012, 12:39. Разместил: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ

Проект «Украина». Часть 1. Новая, неизвестная науке национальность

 
Иван Лизан

Могущество России может быть подорвано только отделением от неё Украины… необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России, стравить две части единого народа и наблюдать, как брат будет убивать брата. Для этого нужно только найти и взрастить предателей среди национальной элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть всё русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Всё остальное — дело времени.

Автор неизвестен

Главным столпом современной Украины, как государственного образования, является наличие титульной нации, т.е. украинцев, коих по социальным опросам на Украине подавляющее большинство. Титульная нация представляет собой часть населения государства, национальность которой определяет название государства. И сочинил этот термин французский поэт, политик-националист Морис Баррес в конце 19-го века, когда и начался процесс выделения наций и обоснования необходимости построения мононациональных государств, не представляющих угрозы для «владычицы морей» - Великобритании. А конкурентов у Британской империи в мире было хоть отбавляй. Чего только стоят четыре империи – Германская, Австро-Венгерская, Османская и Российская. С последней у англосаксов всегда были весьма специфические отношения, наполненные искренней «любовью» и «трепетным» отношением. Но о приключениях империй речь пойдет чуть позже. А пока, пожалуй, начну издали.

До 19-го века наций в мире не было, ибо никто не ассоциировал себя с государством, в котором он проживал. Происхождение человека определялось его местом рождения и проживания, поэтому с Украиной предки нынешних граждан сего территориального образования не связывали, предпочитая называть себя русскими, указывая название земли, откуда они произошли.

Еще в середине 17-го века Гадячский полковник Григорий Грабянка писал о гетманской междоусобице, главными персонажами которой были Дорошенко и Самойлович: «Тогда он (Дорошенко – И.Л.) вышел из города, поклонился боярину и гетману, сдал Самойловичу гетманство вместе с булавой и бунчуком, потом вывел из города наемников и артиллерию. Их место заняло войско великорусское и малорусское во главе с Черниговским полковником Василием Борковским, в городе они нашли немалое число пушек и много пороха. А Дорошенко победители приказали ехать в малороссийский город Сосницу на проживание, вот таким позором и разрушением Украины завершилось гетманство Дорошенко. Ибо привел на Украину турецкого султана, а тот, захватив Подолию и Украину, передвинул границу своей империи до самого Львова». Из вышеизложенного следует, что Грабянка не выделяет никаких украинцев, а делит войско по территориальному принципу. Территориально часть нынешней Украины разделена на три составляющие: Малороссию, Подолию и Украину. Украиной тогда называлась лишь полоска земли у границы с татарами между Южным Бугом и Днепром со столицей в Чигирине, откуда и выкурил гетман Самойлович гетмана Дорошенко. (Воскрешение Малороссии / Олесь Бузина К.: Арий, 2012. - стр. 31

По праву отцами украинства могут считаться поляки, начавшие работу по селекции нового народа еще во времена Гетманщины, когда контроль над территорией нынешней Украины стал ослабевать и необходимо было придумать новый способ закрепления Речи Посполитой на Украине. Так, само употребление слов "Украина" и "украинцы" впервые в литературе стало насаждаться поляками. Оно встречается уже в сочинениях графа Яна Потоцкого. Другой  поляк,  граф Фаддей Чацкий, тогда  же вступает на путь расового толкования термина  "украинец".  Если  старинные  польские  анналисты, вроде Самуила Грондского, еще в 17 веке выводили этот  термин из географического положения Малой Руси, расположенной  на краю  польских владений ("Margo enim polonice kraj; inde Ukгаinа quasi provinсiа ad fines Regni posita"), то Чацкий  производил  его от  какой-то  никому  кроме  него не известной  орды "укров", вышедшей якобы из-за Волги в 7 веке. 

Собственно, и жили так наши предки до конца 19-го века, не подозревая, что они оказалась в лаборатории и над ними проводятся селекционные опыты. Причем жили весьма неплохо. Если во времена Богдана Хмельницкого население Украины насчитывало 700 тыс. чел., то к 1897 г., когда состоялась перепись населения в Российской империи, таковых стало 22,5 млн. чел. Как видите, гнобили предков наших, малороссов, страшно, отчего их стало более чем в 22 раза больше. (Воскрешение Малороссии /  Олесь Бузина  К.: Арий, 2012.  - стр. 41)

И так текла река жизни в Малороссии достаточно долго. А теперь мысленно переместимся в нынешнюю Западную Украину. Конец 19-го - начало 20-го века. Противостояние Австро-Венгерской и Российской Империй. Территория Западной Украины заселена русинами, считавшими себя частью русского мира, и потенциально являющимися пятой колонной в Австро-Венгрии. Порохом Первой Мировой войны пока не пахнет, но дух чего-то нехорошего явно витает в воздухе. Необходимо было решать проблему русофилии среди населения Галиции, что и сделали, подняв  как знамя, тему национального вопроса и приправив ее лозунгом «Убей русского в себе да помоги соседу тем же».  

О политике Австро-Венгерского правительства и Католической церкви, направленной на переплавку русских в свидомых галичан свидетельствует писатель Иван Франко. «После Брестского собора 1596 года, – писал Иван Франко, – только две южнорусские епархии, Львовская и Перемышльская, остались в православии. Только со времени реорганизации православной митрополии в Киеве православие начало подниматься и в других епархиях, начало отнимать у унии захваченные ею церкви… Но римская иерархия зорко следила за каждым шагом, который делало православие, стараясь парализовать успехи его. С разных сторон, систематически и неусыпно, велись подкопы под православие; воспитание юношества, фанатизирующие толпу иезуитские проповеди, печатные и рукописные памфлеты и пасквили и, в конце концов, протекция могущественных панов, распоряжения правительства, все пускалось в дело, все должно было служить одной цели».

В 1870-х  поляками начался процесс привития чувства национального сепаратизма галицко-русскому сельскому населению. Для этого было учреждено во  Львове общество "Просвiта", ставшее издавать книги, с которыми правительство Российской Империи боролось с переменным успехом. Именно на запрет такой литературы и был направлен Валуевский циркуляр.

До конца 19-го века термины "украинец", "украинский" на территории Галиции были употребляемы только кучкой украинствующих галицко-русских интеллигентов. Народ не имел о них никакого понятия, зная лишь тысячелетиями названия - Русь, русский, русин, землю свою называл русской, а язык свой - русским. Официально слово "русский" писалось с одним "с", чтобы отличить его от правильного написания с двумя "с", употребляемого в России. Все журналы, газеты и книги, даже украинствующие, печатались по-русски (галицким наречием), старым правописанием. На некоторых кафедрах Львовского университета преподавание велось на русском языке, гимназии назывались "русскими", в них преподавали русскую историю и русский язык, читали русскую литературу.

О масштабах национального возрождения в Галиции красноречиво свидетельствует собравшая более 100 тыс. подписей (население 3-х Львов образца 1900 и 1931 гг.)  русских жителей Галиции петиция 1880 г. в Венский парламент: “Высокая палата! Галицко-русский народ по своему историческому прошлому, культуре и языку стоит в тесной связи с заселяющим смежные с Галицкой землей малоросским племенем в России, которое вместе с великорусским и белорусским составляет цельную этнографическую группу, то есть русский народ. Язык этого народа, выработанный тысячелетним трудом всех трех русских племен и занимающий в настоящее время одно из первых мест среди мировых языков, Галицкая Русь считала и считает своим и за ним лишь признает право быть языком ее литературы, науки и вообще культуры. Доказательством этого является тот факт, что за права этого языка у нас в Галиции боролись такие выдающиеся деятели, как епископы Яхимович и Иосиф Сембратович, ученые и писатели  Денис Зубрицкий, Иоанн Наумович […] и многие другие. Общерусский литературный язык у нас в Галиции в повсеместном употреблении. Галицко-русские общественные учреждения и студенческие общества ведут прения, протоколы, переписку на русском литературном языке. На этом же языке у нас сыздавна издавались и теперь издаются ежедневные повременные издания, такие как: "Слово", "Пролом", "Червонная Русь", "Галичанин", "Беседа", "Страхопуд", "Издания Галицко-русской матицы", "Русская библиотека", "Живое слово", "Живая мысль", "Славянский век", "Издания общества имени Михаила Качковского", расходящиеся в тысячах экземпляров”. Далее в петиции приводились требования свободы изучения и преподавания русского языка, истории и права на русских землях, входивших в состав Австро-Венгрии.

А  в  1890-х гг. все это исчезает, ибо процесс украинизации набирает полные обороты. В школах, судах и во всех ведомствах вводится новое правописание, называемое «желиховкой» по имени создателя Е. Желиховского. Издания украинствующих переходят на навое правописание, старые школьные учебники изымаются, вместо них вводятся книги с новым правописанием. В учебнике литературы на первом месте помещается в искаженном переводе на галицко-русское наречие монография Николая Костомарова "Две русские народности", где слова "Малороссия", "Южная Русь" заменяются термином "Украина" и где подчеркивается, что "москали" похитили у малороссов имя "Русь", что с тех пор они остались как бы без имени и им пришлось искать другое название. По всей Галиции распространяется литература об угнетении украинцев москалями. Оргия насаждения украинства и ненависти к России разыгрывается вовсю.

В те времена, впрочем, как и ныне на Украине, основой относительного спокойствия Австро-Венгрии было провоцирование конфликтов между представителями разных народов, поляков стравливали с австрийцами, венгров с русинами. За последними внимательно следили и составляли в жандармерии списки неблагонадежных, т.е. тех, кто сочувственно относился к Российской Империи. С началом Первой Мировой войны, 01.08.1914 г. во Львове, где по переписи населения 1900 г. насчитывалось 84 тыс. поляков, 45 тыс. и только около 34 тыс. галичан, провели аресты. Арестовали около 2 тыс. москвофильствующих, т.е. около 6% украинских жителей. Далее последовала организация концентрационных лагерей Телергоф и Терезин, куда помещались наиболее «неблагонадежные» элементы, испытывающих симпатию к Российской Империи.  И к 1931 г., когда была проведена уже польская перепись населения, во Львове проживало:  198 тыс. поляков,  45 тыс. евреев. И только русских жителей Галиции больше практически не стало – 35 тыс. 173 чел. Это свидетельствует о том, что зачистка прошла успешно, Западную Украину очистили от русинов.

В первое время на территории нынешней Западной Украины было уничтожено более 60 тыс. человек, более 100 тыс. бежали в Россию, еще около 80 тыс. было уничтожено после первого отступления русской армии, в том числе уничтожено около 300 униатских священников, заподозренных в симпатиях к православию и России. Эти сведения приводит польский депутат Венского парламента И. Дашинский. Все русские депутаты этого парламента были расстреляны.  

Параллельно с зачисткой неблагонадежных элементов взращивалась новая национальная, украинская, корректнее было бы назвать, галичанская элита. Молодежь обрабатывалась в «правильных» национальных координатах, самые яркие представители которой тренировались в военизированных лагерях, так называемых «Пласте» и УСС (Украинские сечевые стрельцы).  Таким образом, лелеялось то, что стало позднее украинским национализмом. Прибавьте сюда еще Д. Донцова с его «Интегральным национализмом» и Вы получаете типичного украинского свидомого. Это было ответной реакцией на русское национальное возрождение.

Затем, в 1916 г., после начавшейся смуты в Российской Империи, в дело всерьез вступили украинские националисты. Первые правящие свидомые, избравшие себя Украинской Центальной Радой, а так же их последователи, дабы пустить корни в почву власти, стали проводить политику обособления захваченной территории и перемещения граждан бывшей Российской Империи в новую систему жизненных координат, где они значились украинцами, и разговаривали на сием новом языке. Но и тогда с образованием новой нации были проблемы. Не хотели жители нынешней Украины признавать себя украинцами, посему приходилось проводить агитационную работу (пример которой изображен здесь).

А затем установилась советская власть. И ничего не изменилось. Линия, проводимая между русскими и украинцами (не забываем о белорусах), с целью  разделения единого народа, стала только утолщаться.

Роза Люксембург, обвиняющая В.И. Ленина в создании искусственного "народа" и сознательном расчленении России писала: "Украинский национализм в России был совсем иным, чем, скажем, чешский, польский или финский, не более чем простой причудой, кривлянием нескольких десятков мелкобуржуазных интеллигентиков, без каких либо корней в экономике, политике или духовной сфере страны, без всякой исторической традиции, ибо Украина никогда не была ни нацией, ни государством, без всякой национальной культуры, если не считать реакционно-романтических стихотворений Шевченко. […] И такую смехотворную штуку нескольких университетских профессоров и студентов Ленин и его товарищи раздули искусственно в политический фактор своей доктринерской агитацией за "право на самоопределение вплоть" и т. д.".

Вот какую историю  поведала 30.01.1917 г. в своем письме пламенная революционерка Инеесса Арманд, прибывшая в Российскую Империю в одном вагоне с В.И. Лениным, услышанную ею от бежавшего из германского плена солдата: "Пробыл год в немецком плену... в лагере из 27 000 чел. украинцев. Немцы составляют лагеря по нациям и всеми силами откалывают их от России. Украинцам подослали ловких лекторов из Галиции. Результаты? Только-де 2 000 были за "самостийность"… Остальные-де впадали в ярость при мысли об отделении от России и переходе к немцам или австрийцам.  Факт знаменательный! Не верить нельзя. 27 000 – число большое. Год – срок большой. Условия для галицийской пропаганды – архиблагоприятные. И всё же близость к великорусам брала верх!".

Доклад в МИД Австро-Венгрии представителя австрийской миссии при Центральной Раде генерал-майора Вальдштетена 16.05.1918 г.: "Нет никакой украинской национальной мысли, по крайней мере, в Южной Украине. Все живут, думают и говорят по-русски. По-украински никто не понимает. Главное, интеллигенция (включая даже еврейскую часть) - за союз с Россией... Союз Украины с Россией рано или поздно наступит. У них общее и язык, и религия, и хозяйство". ( Елена Борисенок «Феномен советской украинизации» стр. 34 )

И, тем не менее, тов. Ленин не останавливался в своем порыве расшатывания основ Российской Империи, ибо ломать -  не строить, а строить Владимира Ильича не учили. Цель стояла пред ним совсем иная: Российскую Империю нужно было расшатать, уничтожить и позволить разграбить. А для этого все цели хороши.

В 1918 г. нарком просвещения УССР Владимир Затонский, старый партийный деятель, начинавший карьеру с меньшевиков, а в 1936 г. расстрелянный, писал: «Широкие украинские массы относились с… презрением к Украине. Почему это так было? Потому что тогда украинцы (свидомые – И.Л.) были с немцами, потому что тянулась Украина от Киева аж до империалистического Берлина. Не только рабочие, но и крестьяне, украинские крестьяне, не терпели тогда «украинцев. Мы через делегацию Раковского в Киеве получали протоколы крестьянских собраний. В этих протоколах крестьяне писали нам: мы все чувствуем себя русскими и ненавидим немцев и украинцев и просим РСФСР, чтобы она присоединила нас к себе».

В апреле 1926 года И.В. Сталин пишет Лазарю Кагановичу и другим членам ЦК КП(б)У письмо, в котором говорится следующее: «Верно, что целый ряд коммунистов на Украине не понимает смысла и значения этого движения и потому не принимает мер для овладения им. Верно, что нужно произвести перелом в кадрах наших партийных и советских работников, все еще проникнутых духом иронии и скептицизма в вопросе об украинской культуре и украинской общественности. Верно, что надо тщательно подбирать и создавать кадры людей, способных овладеть новым движением на Украине. Все это верно. Но т. Шумский допускает при этом, по крайней мере, две серьезные ошибки. Во-первых, он смешивает украинизацию нашего партийного и советского аппаратов с украинизацией пролетариата. Можно и нужно украинизировать, соблюдая при этом известный темп, наши партийный, государственный и иные аппараты, обслуживающие население. Но нельзя украинизировать сверху пролетариат. Нельзя заставить русские рабочие массы отказаться от русского языка и русской культуры и признать своей культурой и своим языком украинский. Это противоречит принципу свободного развития национальностей. Это была бы не национальная свобода, а своеобразная форма национального гнета. Несомненно, что состав украинского пролетариата будет меняться по мере промышленного развития Украины, по мере притока в промышленность из окрестных деревень украинских рабочих. Несомненно, что состав украинского пролетариата будет украинизироваться, так же как состав пролетариата, скажем, в Латвии и Венгрии, имевший одно время немецкий характер, стал потом латышизироваться и мадьяризироваться. Но это процесс длительный, стихийный, естественный. Пытаться заменить этот стихийный процесс насильственной украинизацией пролетариата сверху – значит проводить утопическую и вредную политику, способную вызвать в неукраинских слоях пролетариата на Украине антиукраинский шовинизм». Однако в реальности проводили именно ее.

Январь 1926 г., Одесса. Записка коммуниста Кравчука секретарю ЦК КП(б)У Затонскому:  "Для нас более чем для кого другого, должно быть ясным, что подавляющее большинство населения в Одессе и на Одесщине составляют русские и евреи. Зачем же по-ребячьи тешить себя и других, что это не так. Вся поголовная украинизация воспринимается большинством населения как акт насильственного действия и ставит украинское население в привилегированное положение в сравнении с русскими и евреями. Надо же снять шоры с глаз и не душить свободу языка неукраинской нации. Долго ли ЦК КП(б)У будет заниматься насильственной украинизацией и к чему это приведёт?"

«Презренный шкурнический тип малоросса, который… бравирует своим безразличным отношением ко всему украинскому и готов всегда оплевать его», – гневно сокрушался в те годы на заседании ЦК КП(б)У народный комиссар просвещения Украины Александр Шумский. Шумскому вторил, ненавидящий большевиков, бывший член Украинской Центральной Рады Сергей Ефремов: «Нужно, чтобы сгинуло это рабское поколение, которое привыкло только «хохла изображать», а не органично чувствовать себя украинцами».

Но присоединять Малороссию к Великороссии было нельзя, нужно было усугублять раскол, дабы развалить Империю и удовлетворить аппетиты бенефициара – Британскую Империю и СГА, заодно наполнив утробу зверя революции. Поэтому заходили все дальше и дальше. Но об этом речь пойдет позже.

А теперь время подвести выводы:

1.       Украинцы стали новой, придуманной национальностью, ибо ни в 17-ом веке, ни в 18-м их не было. Звали себя наши предки русскими. Территория нынешней Украины делилась три части – Подолию, Малороссию, Украину. Единый народ делился по территориальному признаку на малороссов и великороссов.

2.       Процесс взращивания украинцев был начат польской шляхтой и Австро-Венгерской Империей, отнюдь не из благородных побуждений. Создание новой нации в Автро-Венгрии началось с составления списков неблагонадежных, а завершилось отправкой всех заподозренных в русофилии в концентрационные лагеря. Цель была одна – уничтожение русской пятой колонны в Галиции. Спасаясь, галичане от политики Императора стали украинцами, а их дети, повзрослев, стали националистами, со временем массово полезшими во властные этажи социальной пирамиды.

3.       Переплавка русских на украинцев в Малороссии проходила с огромными трудностями, в силу нежелания малороссийского населения становиться украинцами, которые в массовом сознании были предателями Российской Империи, перешедшими на сторону немцев во времена Первой Мировой.

4.       Линию по переделыванию населения Украины вслед за австрияками продолжило большевистское руководство и довело «продукт» до удобоваримого состояния, создав, зачастую репрессивными методами, новую национальность – украинцев.

 Продолжение следует.


Вернуться назад