ОКО ПЛАНЕТЫ > Размышления о истории > Адрианополь наш! Почему русская армия не взяла Константинополь

Адрианополь наш! Почему русская армия не взяла Константинополь


5-07-2019, 14:06. Разместил: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ

Адрианополь наш! Почему русская армия не взяла Константинополь

Русско-турецкая война 1828-1829 гг. Константинополь-Царьград был у ног русской армии. Войск у турок больше не было. Дибич разметал турок в Болгарии, Паскевич – на Кавказе. Русский флот мог высадить десант в Босфоре. Султан умолял о мире. Ещё 2-3 перехода, и Константинополь мог бы стать русским. Но этому не суждено было произойти (как и позднее, в 1878 году). Русское правительство не посмело пойти против своих «западных партнеров». Освободить Болгарию и повесить щит Олега на вратах Царьграда.

Адрианополь наш! Почему русская армия не взяла Константинополь

Боевой эпизод Русско-турецкой войны 1828-1829 гг. Г. Ф. Шукаев



Блестящий марш русской армии на Балканах и победы на Кавказе не привели к такой же политико-дипломатической победе. Россия в переговорах проявила крайнюю умеренность. Петербург не использовал исключительно выгодное положение, созданное усилиями русской армии и флота.

Сражение у Сливно


После захвата Ямболя армия Дибича расположилась на южном склоне Балкан, на фронте от Ямболя до Бургаса. Левый русский фланг был обеспечен господством флота на море. Русский флот укрепил положение русской армии на побережье. 21 и 23 июля высаженный с кораблей русский десант под началом подполковника Бурко захватил города Василик и Агатополь. Большая часть приморской Болгарии оказалась под контролем русских вооруженных сил.

Для защиты тыла армии в центре и на правом фланге со стороны Шумлы и для связи с придунайской Болгарией русские войска заняли три прохода через Балканские горы. В конце июля 1829 года русская армия получила подкрепления. Однако новые части до прибытия на фронт понесли такие большие потери от эпидемии, что немногим усилили Забалканскую армию. В конце июля у Дибича в Айдосе было около 25 тыс. бойцов. Остальные силы были связаны охраной тыла, занятых крепостей и наблюдением за Шумлой.

Дибич, несмотря на малочисленность русской армии для такой операции, решил развить наступление на Адрианополь – вторую столицу Османской империи. Это была последняя сильная крепость османов на пути в Константинополь. Движение к Адрианополю было естественным продолжением Забалканского похода. Однако перед броском на Адрианополь необходимо было разбить турков у Сливно.

Турецкое командование ещё надеялось остановить русских у Сливно. Город был хорошо укреплен, здесь расположился корпус Халил-паши, усиленный местными войсками. Он ждал прибытия великого визиря с подкреплениями. Русская армия не могла наступать на Адрианополь, пока на фланге стоят значительные силы противника. Дибич решил упредить врага и уничтожить корпус Халил-паши. Он соединил войска 6-го и 7-го корпусов, усилил их 5-й пехотной дивизией из состава 2-го корпуса, и поспешил к Сливену. Сражение произошло 31 июля 1829 года. По данным нашей разведки основные силы Халила-паши располагались в походном лагере перед городом на Ямбольской дороге. Дибич направил часть сил в обход основных сил противника, чтобы захватить сам город и перерезать врагу пути отхода. Другая часть армии быстро наступала по дороге, с помощью артиллерии и кавалерии сметая передовые отряды врага. В такой ситуации Халил-паше надо было бежать или драться в окружении.

Русские войска на правом фланге обошли противника и вышли к городу. Здесь они встретили противодействие вражеской артиллерии. Русский главнокомандующий бросил в бой 19-ю артиллерийскую бригаду. Русские артиллеристы по меткости огня сильно превосходили противника, поэтому турки быстро бросили позиции и вывезли орудия в город. Преследуя врага, батальоны 18-й пехотной дивизии ворвались в Сливен. Халил-паша, как и предполагалось, бросил ямбольские укрепления. Турецкие войска бежали по ещё свободным дорогам. Русскими трофеями стали 6 знамен и 9 пушек.

Таким образом, попытки турецкого командования остановить движение русской армии к Адрианополю провалились. У Айдоса, Ямболя и Сливно турецкие корпуса последовательно были разбиты и рассеяны. Великий визирь, находясь в Шумле, ослабил свою армию выделением отдельных отрядов, потеряв возможность к активным действиям и связь с Константинополем. Русский главнокомандующий Дибич, обеспечив свой тыл и правый фланг, теперь мог спокойно идти на Адрианополь. Хотя войск у него по-прежнему было мало.

Адрианополь наш!


Дибич мог подождать и пополнить армию идущими в Болгарию резервами. Но, учитывая факт стягивания турецких войск к Адрианополю, и быстрое строительство новых укреплений, наш главнокомандующий предпочёл быстроту и натиск, по заветам Суворова. Дав войскам один день отдыха, 2 августа 1829 года Дибич продолжил наступление.

Несмотря на отсутствие сопротивления противника, поход был тяжелым. Стояла жара. Наши войска, непривычные к таким условиям, сильно страдали. Отступающие турецкие войска портили по пути колодцы, забрасывали их трупами животных. Встречавшиеся ручьи пересохли от жары. Болезни косили солдат. В итоге каждый переход походил на сражение – численность армии постоянно сокращалась. За шесть дней войска прошли 120 верст и 7 августа вышли к Адрианополю. У Дибича осталось всего 17 тыс. бойцов. Дибич с начальником штаба Толем выехали на рекогносцировку, планируя на следующий день пойти на штурм города. Это был великий день. Со времен князя Святослава русские дружины не стояли у стен Адрианополя.

Тем временем турки собрали в Адрианополе значительные силы: 10 тыс. регулярной пехоты, 1 тыс. конницы, 2 тыс. ополченцев. Кроме того, стены города могли защищать 15 тыс. вооруженных горожан. Местность у города была пересеченной, что ухудшало возможности атаки, имелись старые укрепления. В городе было много больших каменных зданий, удобных для обороны. Русская армия не имела сил для полноценной блокады, а решительный штурм при мощной сопротивлении врага мог закончиться провалом. Затягивать осаду Адрианополя было опасно. Русские войска косила эпидемия. Султан Махмуд II призвал для защиты Константинополя войска из Македонии и Албании. Проявлять осторожность в этой ситуации было нельзя, это показывало слабость армии. Только решительность и быстрота могли привести к победе. Оценив обстановку, Дибич всё сделал правильно. Русские войска приготовились к наступлению. 2-й корпус был в первой линии, 6-й корпус – во второй, 7-й – в резерве. Казаки передового отряда генерала Жирова заняли дозорами высоты вокруг города. Донской казачий полк полковника Ильина занял дорогу на Константинополь.

Прорыв русских через Балканы, поражение турецких отрядов у Айдоса и Ливны парализовали волю османов к сопротивлению. Они были ошеломлены и растеряны. Дибич, без паузы начав движение малочисленной армию к Адрианополю, ещё больше испугал османов. Они были уверены в силе русских. Такой угрозы османы ещё не знали в истории войн, которые они вели в Европе. Турецкие командиры и начальники растерялись, отдавали противоречивые приказы, и подготовиться к обороне не смогли. Войска парализовала апатия, среди горожан началась паника. Уже вечером 7 августа турецкие командиры Халил-паша и Ибрагим-паша предложили обсудить условия сдачи.


Дибич под угрозой скорого и решительного штурма предложил сложить оружие, сдать все знамена, пушки, всё армейское имущество. На этих условиях туркам разрешали покинуть Адрианополь, но уйти не в Константинополь (там они могли усилить тамошний гарнизон), а в другую сторону. Русский главнокомандующий дал османам 14 часов на размышление. Утром 8 августа русские войска начали движение на Адрианополь двумя штурмовыми колоннами. Первую вёл Дибич, вторую Толь, резерв возглавлял Ридигер. Но штурма не было. Турецкие командиры дали согласи сдать город на условии свободного прохода войск без оружия. Они ушли в западном направлении.

Таким образом, 8 августа 1829 года русская армия заняла Адрианополь. Русским достались богатые трофеи – 58 пушек, 25 знамен и 8 бунчуков, несколько тысяч ружей. Нашей армии досталось большое количество различных припасов и имущества – Адрианополь был одной из тыловых баз турецкой армии. Падение Адрианополя произвело огромное впечатление не только на Константинополь, но и на Западную Европу. В турецкой столице был шок и паника. От Адрианополя до Константинополя была прямая дорога, и русские могли довольно быстро выйти к сердцу Османской империи.

Константинополь у ног русской армии


9 августа 1829 года русские войска возобновили движение. Передовые силы выдвинулись к Кирклиссу и Люле Бургасу, угрожая уже Константинополю. Штаб-квартира русского главнокомандующего расположилась с Эски-Сарае – загородной резиденции турецких султанов.

Русский император Николай Первый подчинил Дибичу Средиземноморскую эскадру, действовавшую в Восточном Средиземноморье. Дибич поручил командующему русской эскадрой (она состояла из кораблей Балтийского флота) в Средиземном море Гейдену начать блокаду Дарданелл и действовать против турецкого побережья. Тем самым был блокирован подвоз продовольствия в Константинополь из Южных областей Османской империи, в первую очередь Египта. В это же время Черноморский флот под началом адмирала Грейга блокировал Босфор. Русские корабли перехватывали турецкие корабли у берегов Анатолии и Болгарии. Ещё 8 августа черноморские моряки захватили Иниаду, а 28 августа – Мидию на болгарском берегу. В Стамбуле очень боялись, что русские высадят десант и для захвата укреплений Босфора. В таком случае сильные отряды моряков-черноморцев могли поддержать наступление армии Дибича на Константинополь.

Ещё до захвата Адрианополя, граф Дибич приказал генералу Киселеву, командующему нашими войсками в Валахии, перейти из обороны в наступление. Наши войска должны были форсировать Дунай на правом фланге и быстрым маршем (в основном силами конницы) идти по болгарской земле к Балканам, начать боевые действия в западной часть Болгарии. Такой поход встретил бы поддержку болгар, как и Забалканский поход Дибича. Генерал Киселев с 4-м резервным кавалерийским корпусом успешно форсировал Дунай, занял город Врацу и вышел к Балканским горам. Русский авангард уже собирался спуститься с гор в Софийскую долину и освободить Софию. Однако этом марш был остановлен в связи с началом переговоров с турецкой делегацией.

Таким образом, русская армия могла все возможности освободить Софию и всю Болгарию от турецкого владычества. Генерал Киселев писал: «Казаки мои были в двух маршах от Софии, и через три дня я занял бы сей замечательный и важный для нас город… болгары встречали нас приятельски…». Войска Киселева очистили от разрозненных турецких отрядов обширную область. Русские заняли города центральной части Болгарии Ловчу, Плевну и Габрово и важный для возможного продолжения войны Шипкинский перевал. Остатки турецкой армии оставались только в долине р. Марицы. Уже после заключения мира русские войска под началом генерала Гейсмара разбили отряд Мустафы-паши (он решил продолжить войну самостоятельно) у перевала Орхание, всё же заняли Софию.

Ведомая Дибичем русская армия оказалась на пороге османской столицы, древнего Царьграда-Константинополя. В это же время русские войска под началом Паскевича-Эриванского разгромили османов на Кавказе, взяли Эрзерум. Турки потеряли две главные армии. Стамбул оказался без зашиты. Османское правительство не могло быстро восстановит армии на Балканах и в Анатолии. Больших армейских резервов для защиты столицы не было. Такого поворота событий в Турции и Европе не ожидали. Русские войска были в 60 километрах от Константинополя – один суворовский суточный марш-бросок.

Паника охватила Стамбул и европейские дворы. Из Константинополя в Адрианополь и обратно заспешили дипломаты и послы. В первый же день пребывания Дибича в Эски-Саре к нему прибыли посланцы от британского посла Гордона, от французского Гильемино, прусского – Мюфлинга. Все европейские послы были единодушны – любой ценой остановить движение русских к Константинополю и проливам. Очевидно, что они лучше чем российское правительство понимало главную тысячелетнюю национальную задачу Руси-России – занять Царьград и проливную зону, сделать Чёрное море русским «озером».

Османское правительство, ободренное такой мощной дипломатической поддержкой, теперь не торопилось с переговорами о мире. Султан надеялся, что Франция и Англия введут свои флоты в Мраморное море и защитят турецкую столицу. Дибич, встревоженный поведением турецких «партнеров», уже планировал двинуть войска на Константинополь и встать лагерем в видимости со стен города. Как отмечал находившийся тогда при штаб-квартире главнокомандующего военный историк и генерал А. И. Михайловский-Данилевский, взять Константинополь было легко – авангард левой колонны армии располагался в Визе, и был вблизи от водопроводов, снабжавших столицу. Поток воды можно было остановить, и город был обречен на сдачу в самые короткие сроки. Кроме того, в армии знали, что Константинополь некому оборонять, сопротивления не будет. Русская армия ждала приказа войти в Константинополь – это было разумно, справедливо и отвело национальным интересам русского народа. Михайловский-Данилевский, автор официальной истории Отечественной войны 1812 года, писал, что никогда он не видал большего уныния, чем в дни стоянки изнуренных войск, когда стало ясно, что такого приказа не будет.

В итоге император Николай Первый остановил Дибича в Адрианополе. В Петербурге боялись крушения Османской империи. Всерьёз полагая, что «выгоды сохранения Оттоманской империи в Европе превышают его невыгоды». Это была стратегическая ошибка. На выходе Россия получила позор Крымской войны, когда русским запретили иметь вооружения и флот на Чёрном море и побережье, войну 1877 – 1878 гг. и выступление Турции против России в Первую мировую войну. А ведь могли решить все вопросы в пользу России одним ударом в 1829 году.

Русская армия могла просто войти в древний Константинополь, а русские эскадры занять Босфор и Дарданеллы. Коллективный Запад тогда не был готов выступить против России, по примеру Крымской кампании. Россия после победы над империей Наполеона была «европейским жандармом», ведущей военной державой Европы (значит и мира). Однако ошибочная политика Александра I с его Священным союзом, приоритетом «стабильности» и легитимности в Европе, продолженная правительством Николая I, интересы «западных партнеров» перевесили русские национальные интересы. Прозападный вектор Петербурга тяжким заклятием сковал движение русского богатыря.




Медаль «За турецкую войну». Медалью награждали всех, принимавших участие в военных действиях против Османской империи с 1828 по 1829 год. Награждались все генералы, офицеры, нижние чины, как строевые, так и нестроевые, а также ополченцы. С декабря 1830 года стали награждать и моряков, участвовавших в сражениях. Источник: https://ru.wikipedia.org

Вернуться назад