ОКО ПЛАНЕТЫ > Первая полоса > Россия вынуждена защищать свои интересы железной рукой

Россия вынуждена защищать свои интересы железной рукой


30-03-2014, 12:54. Разместил: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ

Россия вынуждена защищать свои интересы железной рукой

Сергей Караганов — политолог, почетный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, председатель редакционного совета журнала "Россия в глобальной политике". Декан Факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ. 

Резюме: Кризис на Украине свидетельствует о провале политики, проводившейся после окончания холодной войны

Распад Советского Союза не был воспринят как поражение российскими людьми, но, тем не менее, Запад относится к России как к побежденному государству.

Президент Владимир Путин пытается объединить большую часть стран бывшего Советского Союза в рамках экономического альянса. Это могло бы повысить экономическую конкурентоспособность различных регионов, а также позволило бы избежать того варианта нестабильности, который стал серьезной проблемой в Веймарской республике после распада Германской империи. Однако Запад в той или иной мере сделал все возможное для того, чтобы предотвратить подобное разумное сближение.

Украинская элита оказалась неспособной привести свою страну к более процветающему будущему. В 1990 году валовой внутренний продукт Украины на душу населения был сравним с показателями Белоруссии, а сегодня он составляет лишь половину того, что имеет Минск. В результате каждой смены правительства в киевских коридорах власти оказывалась еще менее способная группа некомпетентных чиновников и воров. Выборы 2004 года - в них открыто вмешивался Запад - привели к власти Виктора Ющенко, националиста и невероятно некомпетентного руководителя подчеркнуто прозападной ориентации. В 2010 году его сменил Виктор Янукович, недостатки которого оказались столь же серьезными.

Эта дискредитировавшая себя элита держится за власть, стравливая между собой Россию и Запад и пытаясь извлечь выгоду для себя в обмен на эфемерные заверения о своей лояльности. Последний раунд этой игры произошел в тот момент, когда Евросоюз, униженный целой серией отказов, предложил заключить соглашение об ассоциации, которое не позволило бы Украине участвовать в возглавляемом Россией Таможенном союзе. Янукович, надеявшийся получить кредиты от Запада или с помощью шантажа склонить Россию к проявлению большей щедрости, сделал вид, что делает выбор в пользу Европы. Когда Россия в ответ пообещала предоставить кредит, Янукович, как и ожидалось, поменял свою позицию, переметнувшись на другую сторону.

Многие люди были возмущены подобным поведением и вышли на улицы Киева. Вскоре к ним примкнули сомнительные праворадикальные группировки, которые в течение нескольких недель нападали на сотрудников милиции, используя для этого бутылки с зажигательной смесью. Российское руководство считает, что Запад открыто поддерживал протестующих. Затем прозвучали выстрелы, и Украина еще глубже погрузилась в хаос.

Все эти события происходили на фоне антироссийской клеветнической пропагандистской кампании, которая к этому времени продолжалась уже более года. Я был свидетелем двух десятилетий холодной войны, но я с трудом могу вспомнить подобную лавину лжи. Эта кампания приобрела особенно отвратительные формы во время Олимпийских Игр в Сочи, ставших триумфом России и российских спортсменов.

Эксперты в России прекрасно понимали цели этой кампании - заложить основу для новой политики сдерживания. Все это заставляет вспомнить о двойных стандартах и лжи, которые были характерны для поведения Запада за последние 20 лет. Приходится вспомнить о расширении НАТО на восток, а также о призывах и протестах ослабленного российского государства. Если бы Украина была втянута в этот альянс, то стратегические позиции России стали бы невыносимыми.

Когда призывы к разуму оказались бессильными и не смогли остановить расширение НАТО, Россия перешла к другим методам и остановила этот процесс железной рукой. В 2008 году Россия ответила на нападение грузинских войск, в результате которого были убиты российские миротворцы и многочисленные граждане Осетии. После этого Украина провозгласила себя неприсоединившимся государством, хотя представители НАТО продолжили попытки заманить ее в свою организацию.

Именно на этом фоне следует рассматривать действия России в течение последней недели. Железный кулак вновь демонстрируется реваншистам, пытающимся компенсировать свои геополитические и моральные поражения последнего десятилетия. Конечно, некоторые представители российского истеблишмента также хотят усилить свои позиции или скрыть свои прежние ошибки за счет конфронтации с Западом.

Чтобы не допустить дальнейшего ухудшения ситуации, все стороны сегодня должны успокоиться. Трехсторонние переговоры по поводу будущего Украины должны состояться с участием самой этой страны, России и Евросоюза, как Москва это уже неоднократно предлагала.

Контуры компромисса уже ясны. Федеральная структура украинских институтов власти - и переход от президентской системы правления к парламентской - позволила бы людям каждого региона сделать собственный выбор относительно языка и культурной принадлежности. Что касается собственности и контроля над газотранспортной системой, то они должны быть поделены между Украиной и ее соседями. Этой стране должно быть позволено участвовать в российском Таможенном союзе, а также заключить соглашение об ассоциации с Европейским Союзом.

Нынешний кризис является свидетельством провала политики, проводившейся после окончания холодной войны, однако он может быть использован конструктивным образом. Нам давно пора начать работу и двигаться в направлении общей цели, направленной на создание Европейского альянса, простирающегося от Лиссабона до Владивостока, альянса, в котором люди и торговля не будут встречать никаких преград. Мы должны соединить мягкую силу Европы с жесткой силой и ресурсами России, как часто предлагают видные европейцы и Путин.

Россия в экономическом отношении начинает, наконец, поворачиваться лицом к восходящему Востоку. Будет большой потерей - для россиян и для других европейцев, - если этот сдвиг будет сопровождаться политическим, социальным и даже культурным отчуждением.

| Financial Times


Вернуться назад