Торговая война или просто война: за что США наказывают Китай?

"Сегодня я объявляю о создании подразделения по контролю за торговой политикой (Trade Enforcement Unit), которое будет расследовать недобросовестную торговлю в таких странах, как Китай. Нас ждут новые инспекции по предотвращению попадания на нашу территорию небезопасных товаров из-за границы. И Конгресс должен сделать так, чтобы ни одна иностранная компания, приходящая на американский рынок для создания своего бизнеса, не получила никаких конкурентных преимуществ. Наши рабочие - самые продуктивные на Земле, и я обещаю, что Америка будет выигрывать всегда".

Эти слова американского лидера, произнесенные им в ходе обращения к конгрессу с речью о "положении дел в стране", многие уже сейчас называют одними из наиболее резких и категоричных за весь первый срок правления Обамы. На протяжении последних лет двусторонние отношения США и Китая уже неоднократно испытывали на прочность различные политики как со стороны Поднебесной, так и со стороны Соединенных Штатов.

Корень всех проблем раньше, да и теперь, многие аналитики и эксперты видят исключительно в валютном споре. Для примера, сейчас кросс-курс американского доллара к юаню составляет 6,2913. С июня 2010 г. власти Поднебесной решили начать постепенно освобождать национальную валюту от жесткого контроля со стороны Народного банка КНР, в результате чего пришел в действие механизм ревальвации юаня. Это происходило главным образом из-за того, что "реньменби", как называют юань, считается сильно недооцененным. Отсюда и критика Вашингтона - китайские товары поступают на американский рынок по заведомо меньшей стоимости, что делает их более привлекательными по сравнению с товарами, произведенными в США.

Так что в целом нынешняя валютная политика китайского Центробанка отвечает интересам Америки. Но не до конца. Из-за сильной недооценки китайской валюты ее курс продолжит повышаться. Причем, по оценкам американских властей, сейчас юань недооценен к доллару на 25-40%. А значит, "справедливый", по мнению критиков, курс должен составлять около 5 юаней за один доллар. Таким образом, пока ситуация на валютном рынке далека от идеальной. Поэтому слабеющий внутренний спрос в США, при котором американцы отдают все большее предпочтение относительно дешевым товарам, заставляет Вашингтон выступать со все более жесткой риторикой в адрес КНР.

Впрочем, на этом спор двух крупнейших в мире держав не заканчивается. На протяжении всего прошлого года неоднократно всплывали обвинения как американских, так и европейских компаний в адрес Китая. В голове у западного бизнеса, привыкшего к открытым дверям рыночной экономики, не укладываются те барьеры, которые на своей территории создает Китай. В этом контексте стоит сказать, что китайские власти, с одной стороны, всячески стимулируют и приветствуют иностранные инвестиции, а с другой, ведут типично протекционистскую политику в ряде секторов. Особенно явно подобный конфликт интересов виден в тяжелой промышленности и в финансовом секторе континентального Китая. Так что регулярные призывы к Китаю как со стороны Европы, так и с берегов Америки "играть по правилам" в целом оправданы. Хотя идея защитить ключевые сектора национальной экономики едва ли может показаться порочной.

Наконец наиболее четко проследить отношения Китая и США можно через статистику внешней торговли и прямых инвестиций. Начнем с последнего. Ежегодный объем прямых иностранных инвестиций американской экономики в китайскую можно оценить на уровне 50 млрд долл. Удивительно, но те же прямые иностранные инвестиции Китая в США в десятки раз меньше - всего около 0,8 млрд долл. в год. А вот в торговле ситуация зеркально противоположная. Если ежегодный объем экспорта американских товаров в Китай можно оценить в 92 млрд долл., то у Народной Республики в отношении США этот показатель равен 365 млрд долл. Очевидно, пока что китайские власти рассматривают Штаты исключительно как рынок сбыта. В то время как Америка изо всех сил старается покорить "красную" экономику.

Таким образом, заявления Обамы можно было бы считать очередным звеном торгового спора двух стран, если бы не одно "но". Китай не является союзником США и, в общем-то, не скрывает этого. Пока Европа и другие страны будут петь в унисон со Штатами, вводя эмбарго на импорт нефти из Ирана, Поднебесная станет их увеличивать. И вот почему. Китай срочно нуждается в росте стратегических запасов. Сейчас их уровень составляет 110 млн барр., а новая цель правительства – 500 млн барр. Этого должно хватить примерно на 3 месяца "автономного существования". Получается, стране нужно увеличить резервы на 390 млн барр.

Так вот эксперты из Goldman Sachs считают, что Китай начнет скупать черное золото у Ирана в больших объемах (сейчас – 540 тыс. барр./сутки) именно для увеличения резервов. При этом по ценам куда ниже рыночных, ведь спрос на иранскую нефти упадет, а значит, диктовать условия станет покупатель. И даже если Ирану придется отказаться от прежней цены предложения, китайский спрос все равно будет поддерживать иранскую экономику. И если представить себе ситуацию, при которой очередная военная кампания на Ближнем Востоке станет неизбежной, американской демократии будет жизненно важно отрезать от своего противника всех партнеров, заинтересованных в его нормальной жизнедеятельности, с тем чтобы никто не смог встать на его защиту.

В этой ситуации послание главы Белого дома представляется в несколько ином свете. Уже нельзя говорить о том, что Обама выступал исключительно от лица американского бизнеса. Сейчас в его словах уже прослеживаются нотки геополитического противостояния с Пекином. И если до последнего момента стороны ограничивали себя торговыми и валютными противоречиями, то теперь между ними стало нарастать уже политическое противостояние. И кто уступит в этой ситуации, остается загадкой.

Игорь Наймушин